с сережками и кольцами. Такое ощущение, что кто-то здесь навел хаос.
Перерываю все шкатулки, несколько раз все осматриваю. В груди что-то больно сжимается.
Нет… Она не могла пропасть. Только не мамина подвеска. Я ведь даже ее практически не надевала. Всего несколько раз. Боялась потерять. Берегла. Хотела в будущем… подарить своей дочери. Чтобы это было традицией… моей семейной традицией.
Слезы катятся по щекам. Руки дрожат, я по третьему кругу начинаю все пересматривать, но от того, что руки дрожат я лишь роняю украшения на пол.
Звук закрываемой ручки заставляет меня вздрогнуть и обернуться.
— Что тебе здесь нужно?! — Произношу громко и с натиском, когда вижу в своей комнате Жданова.
— Я весь вечер искал возможность с тобой остаться наедине, — произносит мужчина и делает шаг в мою сторону, я моментально отступаю назад. Противно даже то, что мы сейчас с ним находимся в одной комнате, за закрытой дверью. А от мысли, что он еще и окажется ко мне слишком близко, вообще тошнить начинает.
— Зря искал, потому что я не разделяю твоих желаний.
Произношу снова громко и делаю попытку прорваться вперед. Обойти Жданова со стороны, но он быстро просчитывает мой план и через секунду уже нарушая мои личные границы хватает за руки.
— Лиза, прошу, у меня не было возможности с тобой поговорить. После всего, что произошло… Я искал любой способ с тобой связаться. Звонил, искал, но не мог. Ты не брала трубку. Игнорировала все мои звонки.
— Если твои звонки игнорируют, это значит, что с тобой не хотят говорить. Странно, что ты не понимаешь таких простых вещей в своей то возрасте, Жданов, — криво усмехаюсь и выплевываю ему в лицо.
Плевать, что у меня и телефона то не было все это время. Его у меня отобрали. Но если бы даже и был, я бы не приняла от него ни один вызов.
— Мы просто жертвы обстоятельств, пешки в игре твоего отца и Айдарова, — Жданов притягивает меня ближе, а я упираюсь ладонями в его грудь.
— Отпусти меня! Не смей прикасаться! — Кричу, бью его в грудь, но мужчине все равно, он впечатывает меня в свое тело силой, вдыхает запах моих волос, а меня трясет от омерзения.
— Хочешь, я тебя украду? Спасу от этого изверга, он больше никогда к тебе не притронется! — Хрипит мне на ухо, его руки скользят по моей спине, а я задыхаюсь от бессилия. Он меня так зажал, что я даже рукой пошевелить не могу, — моя девочка, ты ведь только моя. Одно твое слово и он больше никогда к тебе не прикоснется. Только я буду тебя касаться.
Я дрожу. От каждого его слова. От того, что он так близко. Впервые так дрожу от омерзения.
Неужели я когда-то могла любить этого мужчину? Хотя "мужчина" это точно не про него.
— Никогда, — хриплю в ответ. Жданов слишком сильно меня сдавливает.
— Что? — Андрей продолжает водить носом по моим волосам, громко вдыхать мой запах, а я чувствую, что еще немного и меня вывернет прямо здесь. На него.
— Я никогда не буду твоей девочкой, — шиплю сквозь зубы, — ты никогда не будешь меня касаться!
Жданов замирает от моих слов. Не двигается. Больше не вдыхает мой запах. Я пользуюсь моментов, и со всей силы толкаю его в грудь.
Мужчина делает несколько шагов назад, а я наконец могу вдохнуть. Такой необходимый кислород проникает в легкие.
— Я понимаю, ты еще злишься, — Андрей взмахивает руками и впивается взглядом в мое лицо, — но ты ведь не хочешь жить с ним?! Я знаю, что это было насильно! Ты не хотела! Это по моей вине, я готов все исправить.
На моих губах появляется саркастичная усмешка. Надо же. Какой благодетель. Спаситель хренов.
Делаю глубокий вдох. Я не хотела, чтобы между нами состоялся этот разговор. Но сейчас даже рада, что этот идиот сюда вошел.
— Айдаров — лучшее, что со мной случалось в жизни, — смотрю Жданову в глаза. Мой голос ровный, не дрожит, не срывается. Сама удивляюсь тому как говорю.
— Что ты несешь?! — Жданов запускает пальцы в волосы, выплевывает эти слова. По взгляду вижу, что он сейчас в бешенстве. Не ожидал что я такое выдам.
— Знаешь, в какой-то степени я даже благодарна тебе за то, что ты оказался таким гнилым человеком. За то, что проявил себя настолько рано и я не успела совершить самую ужасную ошибку в своей жизни.
Пожимаю плечами и снова улыбаюсь. Сейчас я говорю чистую правду. Мне ужасно повезло, что он проявился раньше, чем я успела стать его женой. Чем успела полюбить настолько, чтобы он смог причинить мне действительно ужасную боль.
— Я спишу это все на твою обиду, — Жданов кривится и делает ко мне шаг, я тут же отхожу назад. Бросаю взгляд на дверь и пытаюсь прикинуть как бы до нее добраться. Если бы я открыла дверь, я бы смогла позвать на помощь Рустама, — в том, чтобы связываться с молодой девчонкой есть свои плюсы и минусы. Сейчас минус в том, что ты слишком эмоциональна и не способна мыслить рационально. У меня нет времени ждать пока ты остынешь и начнешь думать головой. Я не позволю ему сделать тебя по-настоящему своей.
Так вот о чем он переживает? Чтобы Айдаров не переспал со мной?
— Тогда ты опоздал, — вижу как загораются глаза Жданова, для меня это не сулит ничего хорошего, но я продолжаю, — никогда не думала, что секс может приносить столько удовольствия.
— Врешь, ты не могла…
Он меня опережает, не дает улизнуть, делает большой шаг вперед и схватив за горло пригвождает к стене.
— Врешь, мелкая сучка, ты только моя и только я буду тебя трахать, — рычит в лицо. Мне ужасно страшно, потом что таким Жданова я еще никогда не видела. Глаза налиты кровью, он сейчас меня действительно ненавидит.
— Лучше сдохнуть, чем разрешить тебе ко мне прикоснуться, — выдаю из последних сил. Дышать уже практически невозможно.
Я отдаленно слышу какие-то звуки. Крики. Визг.
— Нет, нет, умоляю… нет…
Кажется, это голос сестры. Но перед глазами все начинает плыть, я вижу лишь разъяренные глаза Жданова, а после… его хватка вдруг слабеет. Я не сразу замечаю, что его лицо становится красным, а после… я перемещаю взгляд на его шею. Ее сжимает огромная ладонь…
— Вижу до тебя туго доходит, ублюдок. Ничего, сейчас я объясню более доходчиво, — Айдаров грозно рычит эти слова, а после Жданов летит к противоположной стене. Мои глаза расширяются, когда он ударяется
