– Слушай, что с тобой происходит? Ты словно с цепи сорвалась!
– Потому что я безумно люблю тебя, Майлз, ей Богу. И, знаешь что?
– Да?
– Знай, что я – с тобой. Я говорю об этом музыкальном бизнесе. Я полностью с тобой и знаю, что в Карнеги-холле ты будешь великолепен.
Он с улыбкой усадил ее на колени и поцеловал. Боже, думала она. Кошмар окончен, слава Богу.
– Майлз?
– Что еще?
– Между тобой и Роксанной действительно ничего не происходит?
Его губы щекотали ей ухо.
– С какой стати, если я – Дункан Эли? Ведь получается, что Роксанна – моя дочь.
– Я серьезно!
– Ничего не происходит. Серьезно, я уже говорил тебе. Она обняла его и поцеловала.
Глава 5
Теперь она снова была счастлива. Былые фантазии уже казались ей зловещими и глупыми, и она удивилась тому, что поддалась, хотя и не надолго, охватившим ее детским суевериям. Да, Майлз стал другим. Он менял свою жизнь – разве можно при этом не измениться самому? Странно, но она не возражала. Возвращение к музыке походило на азартнейшую игру, и Пола почему-то чувствовала, что здесь он выиграет. Приходя вечером с работы, она слышала его занятия на «Стенвэе». Майлз делал такие успехи, что ему не следовало опасаться критиков. Она все еще не понимала причины этих успехов, но они оставались фактом. В Майлзе бурлили энтузиазм и энергия, никогда еще она не видела его столь счастливым. Если он по-настоящему увлекся роялем, она не возражает, чтобы писательская работа была оставлена. Для нее главное – счастье и любовь.
Быть может, думала она, с Дунканом Эли связаны их наилучшие жизненные события.
* * *
Майлз уже занимался по восемь и по десять часов, готовясь к дебюту. Гаммы, поразительные по сложности этюды для пальцев, мощная игра октавами – все это шлифовало сложную исполнительную программу. Его стремление к совершенству завораживало ее. Он даже купил электронный тонар и настроечный ключ, чтобы собственноручно добиваться по утрам от инструмента нужного тембра. Неужели это необходимо каждый день? – удивленно спрашивала Пола.
– Я бью по клавишам так сильно, что строй слегка «уходит». Совсем немного, но я добиваюсь точной настройки.
Однажды он упражнялся до двух ночи. Летящая из светового люка музыка вызвала негодующие вопли соседей и визит полиции. Майлз извинялся и пообещал заканчивать в десять. После ухода полицейского. Пола сухо заметила:
«Ну и любят же нас соседи».
– Могли бы и не жаловаться, – сказал Майлз. – Ведь они получают бесплатный доступ в Карнеги-холл.
Они отправились в постель и Майлз добился близости. Пола не переставала удивляться, откуда берется его неистощимая энергия.
* * *
«Универсальная» Мэгги не только справлялась с отделкой интерьера в «Бич Бам Норт», но и готовила публику к его открытию. У них едва хватило денег на маленькое объявление в «Тайме» и, поэтому она полагалась на сплетни и рекламу, которую даст магазину Роксанна. Когда Мэгги сообщила подруге, что собирается попросить Роксанну составить список приглашенных на открытие, Пола отнеслась к этому неодобрительно.
– Но почему? – спросила Мэгги. – Она уже помогла нам. Почему бы не помочь и сейчас?
– Мне не хотелось бы просить ее, – ответила Пола.
– Милая, все это из-за твоей ревности…
– Это не правда.
– Не дурачь Мэгги.
– Не правда! Просто она помогает Майлзу, и я не желаю вмешиваться.
– Малыш, помни, что при удачном открытии мы получим по четыре тысячи. Роксанна сможет удружить нам, если соберет на открытие свой комплект знаменитостей. Так что – нравится тебя или нет – я не попрошу ее об этом.
Она так и сделала. Роксанна не только помогла Мэгги составить список, но и обзвонила многих из получивших приглашения, расхваливая новый магазин до небес и настаивая на их присутствии. Мэгги была в восторге.
К счастью, день открытия выдался тихим и ясным. Двери распахнулись в полдень и тут же заиграл рок-ансамбль «Лиловый Вихрь», нанятый Мэгги. Появились бесплатные напитки, а после четырех часов – коктейли и канапэ[9]. Вначале посетителей было немного, но к трем часам дело пошло веселее. К пяти, когда из центрального магазина приехала Пола, народу было хоть отбавляй. Бросалось в глаза оформление филиала: на стенах и потолке теснились плакаты в ярких психоделических рамах, расписанных Джимми Россом. Они представляли: Хэмфри Богарта, Теду Бару, Питера Фонду на мотоцикле, Махариши, Рави Шанкри, Ринго Старра, Марлона Брандо и Ширли Темпл. Плакаты окаймляли крошечные мигающие лампочки, усиливая ярмарочный эффект праздничного электрического шоу. «Лиловый Вихрь» теснился на центральном островке, между купальными костюмами и пляжными халатами. Усилители, грохоча, извергали ритмичные мелодии в стиле «нью саунд». Сквозь разодетую толпу протискивались манекенщицы в купальниках, а следом спешили официанты в белых смокингах с подносами, уставленными напитками и закусками.
– Потрясающе! – перекрывая шум, воскликнула Мэгги, обнимая Полу и Майлза. – Им это нравится! И все в сборе!
Действительно, телефонные звонки Роксанны собрали весьма модную толпу, представляющую деловое, общественное и театральное общество. Ненадолго заглянул сам Лорен Бэколл, и от этого настроение Полы и Мэгги взлетело до небес.
* * *
Пола не разговаривала с Роксанной с тех пор, как узнала о новой карьере Майлза. Она избегала общения с ней, поскольку стыдилась «шпионить» и не переносила ее влияния на мужа, хотя и не сомневалась, что их отношения оставались платоническими.
Теперь уклониться от встречи с ней было невозможно. Пола протиснулась через толпу к Роксанне, одетой в белое платье-мини с вышивкой; та беседовала с принцессой Иной Андраши. Заметив Полу, Роксанна с улыбкой повернулась к ней.
– Ваш магазин просто великолепен!! Поздравляю.
– Все это – заслуга Мэгги. Я хотела поблагодарить вас за хлопоты по приглашению замечательных гостей.
– Рада была помочь. Это оказалось несложным: всем ужасно хотелось сюда попасть. У меня лишь одна претензия.
– Какая?
– Оркестр! – кривя губы, она указала на «Лиловый Вихрь», исполнявший одну из наиболее громких песен. – Я оглохну!
– Боюсь, сегодня от них не избавиться, – улыбнулась Пола.
– Вот почему я не переношу дискотек – они страшно шумны. Пожалуй, музыка мне нравится, но громкость! Однако скажите мне, как вы восприняли успехи Майлза?
Пола сняла с подноса проходящего официанта бокал с виски.
– Это напоминало шок.
– О, знаю! И боюсь, мы проявили излишнюю изобретательность…
«Мягко сказано, – подумала Пола. – Скорее, шпионский заговор!»
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
