Марго хлопнула ресницами, судорожно сглотнув комок в горле. Ноги подкашивались, и она из-за всех сил вцепилась в стойку за своей спиной. Напряжение между ними раскалилось до предела, стало ощутимым, осязаемым, густым и обволакивающим. Волны обоюдного неистового влечения сталкивались в узком пространстве между их телами, сыпля снопами искр. Боже… Боже, это сродни жажде. Все внутри сжалось в предвкушении и требовательном призыве. Она помнила, что он может сделать с ней, как восхитительно и умело делал это в один единственный раз. Никто другой не сравнится с ним. Ник был прав. Три года назад. Когда сказал, что она никогда его не забудет.
— Ты понимаешь, на что подписалась? — хриплым шепотом спрашивает он, кончиками пальцев касаясь ее лица, лаская, изучая, вспоминая…
Марго отрицательно качает головой. Говорить нет сил. Она просто комок чувств, обжигающих, мощных и неумолимых. Что у нее был за план? Какой к черту план…
— Я расскажу тебе. — бархатистый баритон снимает последний заслон здравого смысла девушки. Качнувшись вперед, она опускает руки на его талию, чтобы удержаться на ногах. Ник склоняет голову, лбы их соприкасаются. От запаха его туалетной воды и сильного мужского тела она дуреет. Глаза в изнеможении закрываются. Его ладони скользят по прохладным плечам.
— Ты пришла ко мне, Маргарита. Пришла сама. — шепчет он, и от его горячего дыхания волоски на ее правом виске становятся дыбом. — Я никогда больше не отпущу тебя. Слышишь? Ты будешь моей гостьей, и, если понадобиться — пленницей. Ты отдашь мне все, что задолжала за три года. А еще… — он резко отстранился, очень удивив Марго. Нежные пальцы еще мгновение назад, вдруг почти грубо обхватили ее лицо, поднимая вверх. Неистовые глаза прожигали неожиданным гневом. В помутневшем сознании мелькнул колокольчик тревоги. — А еще я накажу тебя.
— За что? — опешив, спросила Маргарита, вернувшись в реальность.
— За бегство, за ложь, за измены. — совершенно спокойно сообщил Ник. Девушка опешила. Он серьезно? Или шутит?
— И как ты собираешься воплотить свое наказание? — напряженно спросила она. Сердце гулко забилось, когда в синих глазах проскользнуло торжество и твердая уверенность.
— Тебе понравится. — порочная улыбка раздвинула красивые губы Ника, на мгновение ослепив ее. Когда-нибудь она перестанет так замирать от каждой его улыбки. Даже к шокирующему совершенству можно привыкнуть.
— Наверно, мне пора домой. — пролепетала Марго. Единственная здравая мысль за все время пребывания на вражеской территории.
— Ты уже дома. — безапелляционно заявил мужчина. Девушка ахнула, когда его губы властно накрыли ее рот. Дыхание смешалось, языки нашли друг друга, чтобы начать свою страстную игру. Его руки в ее волосах, на плечах и спине, обхватывают ягодицы и, приподняв, прижимают к выпирающему доказательству его одержимости растерявшейся от накала чувств Маргаритой. Нетерпеливый стон срывается с его губ, и одним резким движением он задирает ее юбку, оглаживая обнажившиеся ягодицы. В поисках опоры, Марго откидывается на прохладную панель барной стойки, и Ник наваливается на нее всем телом, раздвигая коленом ее дрожащие ослабевшие ноги. Она чувствует его напряженную плоть сквозь одежду и с раздражением кусает за губу, подначивая к более решительным действиям. Ее откровенное желание и нетерпение вызывают у Ника легкий смешок, но уже в следующую секунду, он снова обрушивает на губы девушки яростный, требовательный и голодный поцелуй. Оторвавшись, чтобы отдышаться, они изумленно смотрят друг на друга.
— Сейчас. — хрипло говорит он. Его глаза черны от мощного примитивного желания. Он неумолим и тверд. И она хочет его в эту секунду. Без промедлений и сомнений. Марго согласно кивает, в голове ни одной порядочной мысли. Сплошной разврат и похоть. Ник просовывает руку между их телами, и наглые пальцы забираются во влажные трусики девушки, проверяя, так ли она готова, как говорят ее глаза и приглушенные поцелуями стоны. Горячая, шелковистая и божественно мокрая.
— Я не дойду до спальни. — ставит перед фактом. Марго удивленно моргает. Можно подумать, она дойдет! Рывком он стягивает с нее трусики, и снова погружает пальцы во влажное горячее лоно, одновременно поглаживая клитор. Девушка стонет и изгибается, в глазах мольба и жажда.
— Быстрее. — шепчет она, дергая ремень его джинсов. Вместе они отлично справляются с задачей. Ремень, пуговица, ширинка. И теперь он в ее руке. Прекрасный, пульсирующий и твердый. Подхватив Марго под колени, Ник входит в нее одним мощным толчком. Торжествующий обоюдный крик. Она заполнена им до предела. Все чувства фокусируются в одной точке, горячая волна поднимается из глубин ее существа, грозясь затопить куда раньше, чем она ожидала. Он глубоко и сильно входит в нее, тяжело дыша сквозь стиснутые от напряжения зубы. Ни грамма нежности. Только грубое и примитивное проявление яростного желания. Жесткий, беспощадный, неумолимый.
— Ааах. — Марго вцепляется ногтями в его спину, выгибаясь дугой. Мучительное наслаждение достигло верхней ступени, обожгло легкие, выпустив на волю крик блаженства. Ее бедра охватывает дрожь освобождения, сокращающиеся с оргазме мышцы лона доводят мужчину до капитуляции, и он кончает, рыча ей в губы.
— Вот так. — тяжело дыша, говорит он. Ее голова обессилено падает на его плечо, и Ник мягко опускает ее ноги, но девушка не в состоянии стоять. Повиснув на нем, она тихо постанывает, все еще пребывая в сладостном ощущении безграничного удовольствия.
Он нежно гладит ее волосы, пока она приходит в себя, покрывает быстрыми легкими поцелуями лицо.
— Прости, что я так набросился. Не смог удержаться. — приподняв ее подбородок, он заглянул в изумрудные глаза. — Ты не обиделась?
— На что? — туманная глупая улыбка трогает опухшие от поцелуев губы. «А ведь я пришла поговорить» — мелькает запоздалая мысль. «Вот и поговорили».
Ник скользит по ней изучающим очень нежным взглядом и снова целует с приглушенным стоном.
— Мне мало. — признается он. Она ловит губами его улыбку.
— Мне тоже.
Счастливый смешок, и Ник подхватывает девушку на руки. И несет к лестнице, потом по коридору, прямиком в спальню.
Ощущение дежа вю, когда он опускает ее на прохладный шелк простыней.
— Массаж бы сейчас не помешал. — томно шепчет она, разглядывая своего прекрасного любовника сквозь опущенные ресницы. Ник широко улыбается, снимая джинсы и футболку, и забираясь на кровать. На плечах и груди играют мышцы, очень сильное тело. Ни одного мягкого места. Рельефный пресс, и то, что ниже… О, он неподражаем и очень вынослив.
