с Хери едем к нему за город.
Повезло. Доехали без пробок. Торможу, съезжая с дороги.
Заходим к дяде. Небольшой домик: прихожая-кухня, две спальни и куча кладовок. В шкафах матрасы, подушки и одеяла — народ спит на полу. Раздвижные двери и окна.
Мы привезли продукты из супермаркета и блок туалетной бумаги, что не будет лишней в деревне. Нас встретили с распростёртыми объятьями и выяснилось, что дядя отправил свой ответ не по тому адресу. Хорошо, что мы заехали.
Перед обедом пьём традиционное рисовое вино-бражку макколи. Жена и дочь хозяина готовят привезённые нами креветки в кляре и свинину в кисло-сладком соусе. Пока суть да дело, Хери ведёт меня в огород. Под навесом на проволке сушатся кунжутные венки. Из них потом сделают кунжутное масло.
За огородом начинаются заливные зелёные рисовые поля. Хери показывает мне улиток и пиявок, что живут под рисовыми метёлками. Замечаю у дома каменную композицию из огромных камней. Оказывается, что это сделал дедушка Хери, когда вернулся с Корейской войны. В огороде плантация перца и дайкона. В саду растёт гранат, айва, финики, яблоки и груши. Жаркий климат с обилием дождей даёт хороший урожай. Я ни разу не садовод — поэтому равнодушно наблюдаю за всем происходящим.
Возвращаемся во двор. У сторожевой собаки три дня назад появились щенки, поэтому к будке не подходим. Собачья мама щерится и рычит, защищая потомство от непрошенных гостей.
Я пригласил сына дядюшки на должность помощника завхоза. Тот недавно закончил колледж, но так и не смог найти работу. Приедет в агентство на следующей неделе.
В доме накрывают на стол. Хозяин режет ножницами большие креветки, отделяя хвосты. Хери за столом пьёт соджу, а я, водитель, облизываюсь. Ну вот, поели — пора и честь знать. Выезжаем, когда начинает темнеть.
Хери в машине задремала после выпитого. Вспоминаю недоразумения, что у нас по-первости случались.
Моя дорогая прокурорша как-то от бессильной злобы выдавила мне в носки ботинок пол тюбика зубной пасты. Я это заметил лишь на работе. Пришлось переобуваться и идти на важную встречу в кроссовках. За это я намазал обувным чёрным кремом стёкла её солнцезащитных очков. Она визжала так, что чуть оконные стёкла не лопнули.
А ещё я положил в подарочную коробку для ювелирных изделий жевательную резинку и подарил подруге с расшаркиванием. Она, думая, что это дорогой подарок долго отказывалась. А когда открыла, то выбросила коробку в мусорное ведро.
Такая вот она резкая.
Припоминаю, как дурында прокурорша во время прогулки со мной уронила свой зонт. Его понесло прямо на дорогу с движущимся транспортом. Она догнала «летуна» у самого бордюра. Вижу, что одна из машин поднимает фонтаны дождевой воды на тротуар и через пару секунд грязное цунами накроет мою беспечную невесту. Подбегаю, разворачиваю, и, закрывая от потока воды, прижимаю её к себе. Весь мокрый отвожу её подальше от дороги. Она пытается платком вытереть грязь на моей джинсовке. Именно с этого момента она как-то иначе стала ко мне относится. Стала отпускать порой резкие шуточки, но зато по ночам она ни разу не стеснялась. И делала всё, чтобы нам синхронно сорвало крышу.
— Ты, чего лыбишься? — прерывает мои сладкие воспоминания моя невеста.
— Да так… Вспомнил, после чего мы говорим друг другу «Спокойной ночи!».
— Ну, ты и маньяк. Только об этом и думаешь!
Глава 8
Восьмая серия
— И как же тебя угораздило? Неужели, любовь настолько зла?
Вопросы к жениху на мальчишнике.
Место действия: Сеул (Южная Корея).
Время действия: 20 июля 2007 года.
Директор музыкального агентства «Star World», Ли ХоЯн.
Утро. Я поднялся наверх по уличной лестнице к Хери, набрал дверной код и разбудил спящую невесту поцелуем. Она поначалу фыркала и посылала меня вниз или куда-то ещё, но потом как-то размякла и обвила мою шею руками. Вот это поворот! Ещё и дождь за окном начался. Прямо, как в дораме. Стаскиваю с себя всё…
Хери, стянув с себя ночнушку, вдруг останавливается и, поставив перед собой «стопом» ладонь, начинает, вероятно, давно задуманный монолог:
— В браке верность и доверие важнее любви. Так говорила моя мама. Она не встречалась с отцом до помолвки. Их родители всё решили заранее между собой. Но моя мама не разу не сказала, что пожалела, выйдя за отца. Да, он бывал с нею порою груб, но никогда не поднимал руку. Да, он мог забыть про какую-то их дату, но потом всегда приносил подарок. Да, он был строг, когда я задерживалась вечером, гуляя с подругами, но он никогда не повышал на меня голос. А его спокойные фразы били меня так, что я вся дрожала. Он был хороший муж и отец. И ты найди себе такого, говорила мне моя мама. У меня был жених. Ну, как жених… Я не представила его маме. Мы встречались. Я доверяла ему, но оказалось, что он не расстался со своей бывшей, как сказал мне, а тоже ходил к ней. Я такого простить не могу. Если узнаю что ты гуляешь на стороне, то давай лучше расстанемся!
Вот же лошадь цирковая! Мы же вроде договорились не лезть в жизнь друг друга, а она…
Вдруг стук в дверь очень громкий. Хери смотрит на часы, тихонько взвизгивает и констатирует вполголоса:
— Мои сёстры пришли. Мы вчера договаривались. Я дверь с твоей лестницы гвоздями сдуру забила. Это тебе за кладовщицу… Давай в шкаф. Я их в кафе уведу…
Вошедшие сёстры начали наезжать на Хери, чтобы она не выходила за этого бабника и козлину.
Это они про меня что ли?
Моя невеста пыталась перевести разговор на другую тему и увести их в кафе, но сёстры не успокоились, пока не перемыли мне все косточки. Хери наконец-то переоделась и повела их по магазинам, а я вылез из шкафа с думой, как я дошёл до жизни такой, что в своём доме прячусь от женщин…
Еду на работу. Сегодня будет очень суматошный день. С утра на заседание в корпорацию КАКАО. Перед обедом видеоконференция, посвящённая приезду артистов с Севера. Днём мы с Хери едем к моей матушке на работу и ещё раз уточним всё о подготовке к свадьбе. Вечером у меня — мальчишник, у неё — девичник.
Как белка в колесе.
На заседании я с трудом уломал председателя Ли Сумана вложиться в свежесозданный американский Ютуб, чтобы наша корпорация стала одним из его
