Венцом политики примирения Иоанна Павла II стал акт покаяние за грехи церкви (Меа Culpa), совершенный в ходе воскресной мессы в соборе Святого Петра 12 марта 2000 г. Признав вину церкви за восемь грехов, папа осудил антисемитизм как "грех против Бога", призвал христиан к покаянию за ужасы холокоста и выступил против миссионерской деятельности христиан в отношении иудеев. В продолжение этого акта через несколько дней (26 марта) папа прибыл в Иерусалим и посетил Стену плача, куда вложил свою записку, содержание которой было приведено в брошюре, написанной раввином Леоном Кленики и изданной Антидиффамационной лигой в 2006 г. В ней было записано следующее (сохраняется орфография оригинала): "Бог наших отцов, ты избрал Авраама и его потомство, чтобы твое имя было донесено до народов: мы глубоко опечалены поведением тех, кто на протяжении истории, заставил страдать твоих сыновей и, прося у тебя прощения, хотим жить в истинном братстве с Народом Завета".
Иудейские круги высоко оценили деятельность Иоанна Павла II и его вклад в "очищение" католического учения. Особенно точный анализ в этом отношении сделал уже упоминавшийся нами иудейский исследователь Поль Гиневский в своей книге "Христианский антииудаизм. Мутация", в которой он дал общую оценку 40-летнего периода идейной эволюции католицизма в свете иудейской мысли и из- дожил ключевые цели иудаизма в отношении католицизма и всего христианства в целом.
Используя соответствующие понятия, взятые из иудейской традиции, он выделил три этапа процесса переосмысления: 1) "видуй" (исповедь) - искреннее признание своих ошибок; 2) "тешува" (покаяние) - обращение к другому поведению и 3) "тиккун" (искупление)- исправление. Это программа коренной мутации христианства. В настоящее время руководство Католической церкви переходит ко второму этапу, который "не будет завершен до тех пор, пока учение уважения не будет сформулировано в дидактических текстах и введено в новый катехизис, а их распространение не сформирует многочисленных по-новому мыслящих учеников и учителей". Как пишет Гиневский, "цель амбициозна: надо заставить слушать и принимать учение, говоря противоположное тому, чему обучали раньше, распространять "евангелие" любви к иудеям. Когда новое учение вытеснит старое, оно со временем, а времени может понадобиться много, искоренит антииудаизм, а затем и антисемитизм". Тогда и наступит время "тиккун".
Гиневский вместе с тем констатировал важный факт: если в руководстве церкви идеи сближения с иудаизмом широко распространены, то этого нельзя сказать о низовых христианских общинах, которые в массе своей незнакомы с Теми теоретическими новшествами, которые вводят католические богословы. Именно на "просвещение" и мобилизацию католических "низов" и должны быть направлены теперь интеллектуальные усилия прогрессивных "верхов". Выполнением этой задачи предстоит уже Бенедикту XVI.
ИТОГИ "НОВОЙ ЕВАНГЕЛИЗАЦИИ":
ОТ ТЕРПИМОСТИ РЕЛИГИЙ К РЕЛИГИИ ТЕРПИМОСТИ
Политика Иоанна Павла II, направленная на укрепление позиций церкви в общественной жизни Европы, не смогла остановить процесс деградации религиозного сознании европейцев, особенно углубившийся в последние два десятилетия в условиях осуществления неолиберального проекта развития.
Долгий период процветания на Западе сформировал глубоко потребительскую по своему характеру культуру, под влиянием которой обмирщалось и западное христианство, в котором после признания им концепции прав человека утвердились либерально-модернистские идеи, полностью вписавшиеся в плюралистическое общество. С переходом же к глобализации, превратившей "общество всеобщего благоденствия" в "благоденствие для избранных", привычный образ жизни, устоявшиеся социальные связи стали разрушаться, а вместе с ними происходит и ломка прежних представлений и самого духовного строя личности. Чувство уверенности сменилось глубоким пессимизмом, разочарованием и одиночеством, и со стороны значительной части общества стало падать доверие к слабеющим традиционным институтам, не способным поддержать и обеспечить общественную солидарность. В последние годы процесс падения значения традиционных ценностей принял в Европе угрожающий характер.
Утверждению данных тенденций способствовало принятие европейскими элитами концепции "мультикультурализма", основанной на идее "взаимного обогащения и оплодотворения культур" и "скрещивания народов". Последняя, в свою очередь, явилась новейшим выражением принципа терпимости, который превратился сегодня в базовый элемент европейского сознания. Ему посвящена даже специальная Декларация принципов толерантности, принятая 28- й сессией Генеральной конференции ЮНЕСКО 16 ноября 1995 г., в которой, в частности, сказано: "Терпимость - это понятие, означающее отказ от догматизма, от абсолютизации истины и утверждающее нормы, установленные в международно-правовых актах в области прав человека...".
В 1981 и 1990 гг. объединенной группой исследователей различных стран Европы были проведены специальные опросы общественного мнения для выявления современных ценностей европейцев. Они показали, что при всех национальных различиях и культурных особенностях европейцев, как содержание, так и характер эволюции их главных ценностных ориентаций везде одинаковы. На первом месте стоит "собственная личность", что значит "счастье, безопасность, свобода, управление собственной судьбой, самореализация, социальное благополучие, свободное время". Затем идут "семья", "работа". Что же касается "морального сознания", то его значение падает, поскольку лишь четверть европейцев заявила, что располагает надежными принципами для различения добра и зла.
Опрос 1999 г. подтвердил главные тенденции: возрастающее значение семьи и частной жизни, профессиональных интересов, безопасности и падение значения религии и политики. Все больше утверждается индивидуализм, причем проявляется это и в индивидуализации нравственной оценки того или иного явления, при котором ведущую роль играет толерантность. Сохранение же чувства общности связано больше не с традиционными коллективами и организациями, основывающимися на идейном единстве, а с неформальными межличностными отношениями. В целом предстает картина секуляризованного, аполитичного общества со слабеющими нравственными ориентирами.
В современной Европе падает значение традиционной религиозной традиции в смысле религиозного опыта, истинной веры и практики. Как заявил еще до своего избрания папой Йозеф Ратцингер, будучи главой Конгрегации вероучения Римско-католической церкви, "агрессивный секуляризм угрожает свободе вероисповедания в Европе, маргинализируя верующих... Мы отказались от христианской культуры в пользу агрессивного секуляризма с нетерпимыми чертами... Он стал идеологией, которая навязывает себя политически и не оставляет места католическому и христианскому мировоззрению... Идет борьба, и мы должны защищать свободу религии от идеологии, навязывающей себя в качестве единственного голоса разума... Упоминание о Боге очень маргинализовано. В политической сфере кажется почти непристойным говорить о Боге, как будто это нарушает свободу тех, кто не верует". Наиболее показательным в этом отношении стал до сих пор обсуждаемый факт, что в процессе подготовки проекта Конституции ЕС европейские чиновники не включили в него упоминание о христианских корнях Европы, ограничившись положением о культурном, религиозном и гуманистическом наследии Европы, "на основе которого формировались универсальные ценности - неприкосновенные и неотчуждаемые права человеческой личности, свобода, демократия, равенство и правовое государство".
Уменьшение роли традиционной религии выражается во многих показателях. Так, если в 1981 г. 85% европейцев заявляли о своей конфессиональной принадлежности, то в 1999 г. - 75%, но показатель этот средний, и он меняется в зависимости от страны и от возраста. Так, в Великобритании, Нидерландах и Франции среди молодежи 18-29 лет те, кто не относит себя ни к одной религии, составляют соответственно 72%, 71% и 58%. В последние годы ситуация ухудшилась. Так, во Франции в 2001 г. число считающих себя католиками составляло 71%, а в 2006 г. - уже только 51%.
Ослабление позиций церкви проявляется и в сокращении численности духовенства. С 1978 по 2002 г. в Европе отмечено его сокращение с 250 до 203 тысяч человек, что обусловлено, в частности, старением местного населения. Особенно серьезно положение во Франции, где число это сократилось вдвое и составляет 23 тысяч человек, а в ближайшие годы ожидается сокращение до 8-5 тысяч. Если 50 лет назад в стране выпускали тысячу священников в год, то сегодня - сотню, а средний возраст духовенства составляет 70 лет. С 1990 по 2000 г. число приходов в стране сократилось с 34 595 до 19 468, а число диоцезов (за счет их укрупнения) - с 95 до 77202. Это положение вызывает серьезную озабоченность в религиозных кругах Франции, так как оно ведет не просто к нарушению преемственности в передаче религиозных знаний, но и к исчезновению самой приходской культуры, которая обеспечивала на всей территории страны присутствие духовенства. Как писал крупнейший историк церкви Эмиль Пуля, "Католическая церковь во Франции обратилась в пустыню. И хотя в этой пустыне еще теплится какая-то жизнь и то тут, то там возникают слабые ростки, она уже никогда не станет цветущим садом... Все эти группки ведут изнурительную междоусобную войну, не осознавая, что вокруг стремительно ширится пустота. Подобно невидимым воинам католики уничтожают друг друга, а окружающий мир даже не замечает их".
