— К-хм, — покрутил он головой в поисках моральной поддержки. Коллеги, что сидели за своими столами вдоль стен, деловито отвернулись, якобы занимаясь очень важными делами, — Ну ладно, поехали. Ода-сан сегодня дома, выездов все равно не будет. Кстати, тебе будет интересно, пойдем.
Вместе мы вышли из кабинета, спустились на подземный уровень и прошли пару пропускных пунктов. Босс, словно буксир, протаскивал мимо излишне любопытных постовых — то документы им подай, то пропуск. Вот мой пропуск — идет впереди и бурчит.
— Вот этим тебя и приложили, — хекнул Сайто, делая шаг вбок от открытой двери с табличкой 'вещественные доказательства'.
Посреди завалов документов на свободном пятачке громоздился металлический монстр почти в два метра длиной. Назвать это снайперской винтовкой — язык не поворачивался. Это какая должна быть отдача?
— NTW20, африканец, калибр 20мм, редкая штука. Тяжелая, прихотливая, но убойная, — пояснил Сайто, — Патроны тоже не простые: двадцать на сто десять, бронебойные — спецсплав с применением дилетита, потому страшно дорогие — дороже золота по весу. По патронам и будем искать. Убойность на одной планке с плазмой, но выигрывает в дальности — более полутора километров. Настоящий убийца 'ветеранов'.
— А можно выстрелить?
— Нет, — гаркнул босс.
— Тогда где мой боевой робот?
Представьте себе десятиэтажное здание. А теперь поставьте рядом с ним человека. Вот примерно так я и выглядел рядом с механической махиной из металла и пластика. И что самое интересное — достаточно всего одного человека, чтобы управлять этим монстром! Перспективы захватывали дух. Комната пилота находилась в центре тяжести аппарата — чуть ниже середины, что соответствовало животу, но даже туда пришлось добираться на лифте через приставленную к роботу техническую конструкцию. Где-то там внутри корпуса гудел движитель, построенный по технологиям древних — единственное средство, способное снабжать эту махину энергией для движения и войны.
— А что это за рычаг? — я чувствовал себя, как в раю. Мне разрешили лично посидеть в кресле пилота! Да любой мальчишка отдаст за это все сокровища мира.
— Реверс, — непонятно ответил техник, довольно посматривая на мои мельтешения.
— А вот это? — я попытался уцепится за переключатель, но ладонь Сайто-сана звучно хлопнула по руке.
— Фиксация пилота в кресле.
Вопросительный взгляд на шефа и недовольный кивок согласия.
Щелчок переключателя, легкий гул кресла, и широкие ленты обвивают тело, мягко закрепляя тело в кресле. При этом все рычаги вполне доступны, очень удобно.
— А вот этот? — рука коснулась ярко красного рычажка снизу-сбоку от кресла.
— Активация главного калибра, — ответил Сайто вместо техника.
— Круто! — крикнул я и дернул переключатель. Мир надавил на плечи и резко дернул тело вместе с креслом вверх.
Двое мужчин задумчиво смотрели на купол парашюта в высоте.
— Главный калибр — это мозг, — извиняющимся тоном пояснил начальник охраны.
— А с ним все будет в порядке? — встревоженно уточнил техник.
— Да что с ним станет. Он вчера головой две пули снайпера отбил — и ничего, — мрачно хохотнул Сайто. На самом деле он беспокоился за парня, но и крутиться вокруг него со словами поддержки считал неправильным.
— Что-то вы совсем, — неодобрительно покачал головой тот, — ребенка брать на работу.
— Знаешь, сколько на рынке труда свободных бойцов с рангом 'учитель'? — скучным голосом поинтересовался Сабуро, и сам же ответил, — Ноль. А если и появится кто — уж поверь, выберет себе другое место, куда безопаснее нашего. Прокуроров много, 'учителей' мало. Нам просто повезло его найти, так бы наверняка ушел под какой-то род или к бандитам.
— И все таки, — с сомнением сказал техник, наблюдая, как парашют раскачивается туда-сюда на волнах воздуха, — выходит, он просто не знает своей ценности?
— Мы сумеем отплатить ему добром, — Сайто уверенным голосом поставил точку в обсуждении, — будь уверен.
— Сайто-сан, мне кажется, или парашют отдаляется от нас?
— Вот же мелкий пакостник, — начальник охраны достал сотовый и вдавил кнопку быстрого вызова неспокойного подчиненного.
— Але? — голос на высоте слышался вполне отчетливо, словно и не было скорости и ветра.
— Немедленно возвращайся обратно! — гаркнул Сабуро.
— Никак невозможно, меня схватил огромный хомяк и тащит в гнездо, — серьезный ответ слегка сбил Сайто-сана с толку.
— Разве хомяки вьют гнезда? — обескураженно уточнил он у техника. И вот что теперь ему делать?
— Вроде, нет? — полувопросительно ответил тот, пряча улыбку.
— Что бы через минуту был тут, это приказ! — прорычал Сайто в телефон.
— Шеф, позвольте напомнить, что десять минут назад часы пробили четыре часа моей отработки, а значит, ваш приказ превратился в тыкву.
— Пожалуйста, скажи мне, что кресло дешевое? — просительно обратился Сабуро к технику.
— Э-э, ну… Это же все таки боевой робот, тут не может быть дешевых вещей, — развел руками друг.
— Мелкий, я вычту кресло из твоей зарплаты! — очередной довод прогремел в телефоне.
— Круто! А можно я всего боевого робота заберу на этих условиях?
— Тьфу, — Сайто нажал на отключение, — Ничего, доберусь я до тебя завтра.
— А как же 'мы сумеем оплатить ему добром'? — техник наткнулся на лютый взгляд Сайто-сана и предпочел не развивать тему.
Глава 7
Интересно, в какое мне окно? Безликие шторы, одинаковые деревянные рамы, покрашенные в белый цвет. Три из них мои, еще три — совсем не мои. Сложно решить вот так сходу, покачиваясь в воздухе на массивном кресле боевого робота. Вроде как, в коридоре моя дверь справа, значит сейчас мои окна — левые. Вот что значит жить четыре дня на съемной квартире. В родном доме то точно знаешь, где родное окошко, а тут сплошная безликость фасада и моя топологическая недальновидность, если не сказать жестче. Самым оптимальным решением было подняться к себе и открыть окно, а уже потом затаскивать кресло внутрь, но лень победила. Вот теперь и думаю, как бы не напутать. Пора делать выбор, а то другие соседи еще полицию вызовут. Решено — левое, тем более слева форточка приоткрыта. А я оставлял открытой форточку? Тоже вопрос, но с открытой форточкой всяко легче!
Механизм открытия окна сам по себе проворачивается на внутренней створке, потом — на внешней, ближней ко мне. Окно гостеприимно распахивается, пропуская меня вместе с креслом внутрь. Увы, такую громадину по лестнице уж никак не затащить — слишком габаритная. С мягким стуком кресло состыковалось с полом. Мой путь через огромный город завершился. И казалось бы, что странного в парашютисте? Так нет же, объективы камер сотовых телефонов, направленные пальцы и сотни взглядов сопровождали меня все время от технических доков до дома. Впрочем, внимания мне хватило еще вчера, во время преодолений заторов, так что в интернете наверняка уже полным-полно видео. Главный босс прогнозировал тысячи гневных комментариев про безопасность окружающих, правила полетов и наличие разрешений, проблему скорых помощей, но на самом деле людей заботит то, что они стоят, а кто-то едет. К счастью, дальше интернета это не уйдет, а значит и меня напрямую не коснется. Вот коллеги и, в некотором роде, начальство Ода-сана не постеснялись поинтересоваться. В свою очередь, мой босс не постеснялся посетовать на трудности работы и еще тысячу проблем, так что собеседники довольно быстро грустнели и завершали беседу. Мне же посулили скорые подходы с переманиванием к себе, причем не стращали карами и не уговаривали остаться. Мол, сам решай — хочешь ли ты работать на тех, кто привык брать без спроса то, что им хочется. За что и получили вполне однозначный ответ — а кто станет ценить непостоянного человека? Так что мы поняли друг друга, я надеюсь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
