Читаем без скачивания Следы на мосту - Рональд Нокс

– Ладно, как ты все-таки додумался до трех?

– Надо представить дело таким образом, что цифр не десять (от 0 до 9), а 13 (от 0 до 12). За одну цифру считаются 10, 11 и 12.

– Ты уже расшифровал?

– Нет, но теперь ты можешь сделать это сама. Я занят.

Дешифровальщики переписали цифры в соответствии с полученным указанием, и забрезжил свет.

912/346/853/733/200/644/812/1021/817/841/607/954/824/1037/1255/944/1029/152/917/904

Бридон спустился к обеду, потирая руки, и заявил, что у него «сошлось».

– Шифр?

– Нет, пасьянс. Это куда сложнее. Лейланд уехал в Оксфорд?

– Нет, рыщет по округе, проверяя очередную блестящую идею мистера Кверка. Должна сказать, ты задал нам премиленькое заданьице. Давайте, мистер Кверк, валяйте.

После некоторого колебания американец изложил свою блестящую идею. Он заявил, что использованный шифр наверняка был взят из какого-нибудь пособия; для криптографов-любителей это единственно возможный способ. А если так, то и пособие должны были иметь оба.

– Нам известно, что одним из них был Найджел Бертел. Вы спросите у меня, кто второй? Я вам отвечу – Дерек Бертел!

– Дерек! Но вы потратили неделю, пытаясь убедить нас в том, что они оба в одной речной могиле.

– Должен признаться, я был вынужден существенно пересмотреть свои заключения. Один наш крупнейший американский мыслитель как-то сказал, что только дурак не признает собственных ошибок. Так вот, согласно моей последней версии, оба кузена живы, более того, состоят в переписке.

– Это открывает самые широкие возможности. Но давайте же вашу блестящую идею.

Если отбросить все околичности, блестящая идея состояла в следующем. Возможно, до отъезда, но, вероятнее, уже на реке кузены условились о шифре. По какой-то причине в ночь на понедельник они расстались; Найджел, как мы видели, ночевал в «Миллингтонском мосту», а Дерек предположительно в другом месте. По-видимому, в дальнейшем кузены были намерены каждый двинуться своим путем, но для связи у них имелся шифр. Значит, оба имели доступ к книге, где содержался ключ к шифру. Допустим, Найджел нашел ее в «Миллингтонском мосту», а Дерек? Далеко Дерек уйти не мог; кузены плыли до позднего вечера, поэтому старший ни на какой поезд уже не успевал и обретался где-то поблизости. Кверк изучил карту и решил, что это деревня Уайт-Брэктон. Она, конечно, расположена не у самой реки, но всего в полутора милях, если идти по дороге от моста. Предположим, Дерек заночевал там. Тогда книга, содержащая ключ к шифру, должна была находиться и, по всей видимости, все еще находится в местной гостинице.

– Да это просто озарение! – воскликнула Анджела. – Какая замечательная мысль!

– Замечательная, – признал Бридон. – Весьма замечательная мысль. Но как же не повезло Лейланду, помчался в Уайт-Брэктон за книгой, которая, конечно же, тут.

– Как это? – спросил Кверк.

– Ну конечно. В любой сельской гостинице имеется расписание поездов. Как правило, это не Брэдшоу[27], что, по счастью, сужает круг наших поисков.

– О-о, да это просто подло с твоей стороны, – простонала Анджела. – Ты хочешь сказать, что группы цифр означают поезда?

– Ну разумеется. В этом-то и состоит преимущество раскладывания пасьянсов. Каждый раз вы смотрите на шараду свежими глазами и раз эдак на шестнадцатый вдруг видите, что цифры означают время отправления поездов: 8. 24, 10. 37, 12. 55 и так далее. А раз у вас возникла эта мысль, вы видите, что иначе просто быть не может. Последовательность цифр доходит до 12, потому что на циферблате больше нету. Много восьмерок и девяток, поскольку большинство утренних поездов идут от восьми до десяти. Все же ясно как день.

– Кроме того, что это означает, – поддела Анджела.

– Время отправления поезда будет означать слово или букву, только если вы свяжете его с названием места отправления, это тоже очевидно. Полагаю, вам придется взять расписание и найти станцию, откуда в девять двенадцать отправляется первый или последний поезд, хотя, судя по цифрам, скорее первый. Затем название станции, откуда первый поезд отправляется в три сорок шесть и так далее. Это наверняка Большая Западная железная дорога, другие поезда в этих краях не ходят. Смотрите по основной ветке, только здесь такие ранние поезда – три сорок шесть. А, вы принесли расписание, мистер Кверк?

Американец раздобыл где-то гостиничный справочник и штудировал страницы.

– Посмотрите лучше вы, – сказал он. – Я так и не научился разбираться в этих Брэдшоу.

– Хорошо, попробуем. Передайте, пожалуйста, миссис Бридон. Лондон, Рединг, Чиппенхем, Уэймут, Тонтон… пока все прекрасно. Черт, не так уж это и просто. О-па, а вот и три сорок шесть, утренний из Оксфорда. Девять двенадцать – это будет какое-нибудь захолустье, ну, так и есть – Хангерфорд. Для W у нас Вудборо, никому не известно, где это, но не важно, поезд восемь пятьдесят три.

– Хангерфордоксфордвудборо. Забавное послание, – вставила Анджела.

– Тебе что, в детстве не рассказывали, что такое акростих? Возьми первые буквы. Хангерфорд – H, Оксфорд – O, Вудборо – W, все вместе «how». Что здесь непонятного?

– Майлз, иногда ты душка. Ужасно интересно. Но на семь тридцать три ничего нет.

– Это, конечно, важно, но не очень. Давайте-ка прогоним всю страницу. Вот, семь тридцать три – Дивайзс. Да, действительно прибытие, но нельзя же было как-то специально это пометить. Теперь два часа. Должно быть, какой-нибудь крупный узел… Нет, не то… Господи помилуй, приехать в Илфракомб в два часа ночи!

– Чтобы получился глагол «did», следующая станция должна начинаться на Д, – размышляла Анджела. – Посмотри Дидкот.

– Вот тебе и Дидкот. Итак, мы имеем «did». Дальше, восемь двенадцать, судя по времени, наверно, где-то неподалеку. Вот, Олдермастон. Интересно, а если им не хватит станций? А, тогда, наверно, берется второй поезд.

– Майлз, это страшно увлекательно, я не могу остановиться. Пошли дальше по названиям, а потом сложим буквы.

– Хорошо, поехали.

И они поехали и ехали до тех пор, пока не нашли букву для последней группы цифр, и Анджела, которая водила пальцем по странице, огласила написанные в столбик названия населенных пунктов.

– Хангерфорд, Оксфорд, Вудборо, Дивайзс, Илфракомб, Дидкот, Олдермастон, Лавингтон, Мидгам, Ателни, Чипенхем, Апуи, Тэтчем, Апуи, Паддингтон, Дорчестер, Эдингтон, Рединг, Эвершот, Кинтбери[28].

– Да, – сказал Бридон, – неплохой трюк. Он пропустил Теал, который указан раньше Тэтчема, но в остальном вроде бы ошибок нет.

– Майлз, не тяни жилы. Тут спрашивается, как Альма распорядилась насчет Дерека. Неужели ты не понимаешь, насколько это важно?

– О, правда? Ты так думаешь? – поинтересовался Бридон.

Глава 17

Исчезновение мистера Кверка

Ничто не сравнится с унижением, испытываемым человеком, который врывается в комнату и обрушивает на головы присутствующих уже известные им новости. Младенец бы догадался, что Лейланда распирает от страшных тайн. Он ничего не понял, даже увидев Кверка.

– Дерек Бертел жив! – провозгласил инспектор. – Мне срочно нужна пинта горького пива.

– Жив? – уточнил Бридон.

– Во всяком случае, он своей рукой составляет шифрованные послания. – Выражение лица Анджелы насторожило Лейланда, и он сообразил: собеседники чего-то недоговаривают. – Боже милосердный, Бридон, только не говорите мне, что вы раскрыли шифр.

– Боюсь, таки раскрыл, – извинилась Анджела. – И если бы не его отвратительная лень, то сделал бы это уже три часа назад, избавив вас от долгой и ненужной поездки в Уайт-Брэктон.

– О, в этом не было никакой нужды, – отмахнулся Лейланд. – Все в порядке. Дело в том, что я узнал не только содержание шифровки.

– Необычайно интересно, – заметил Кверк. – Вы, вероятно, хотите сказать, что нам всем полезно будет узнать нечто не только из самого послания. Важно также, как именно вы его обнаружили.

– Сегодня вообще сплошные приключения. Во-первых, я заглянул на шлюз возле «Миллингтонского моста», и мне сообщили, что найдена плоскодонка. Впрочем, ничего сверхъестественного. Она была спрятана за кустами на другом берегу, недалеко от «Голубой коровы», у совершенно непонятно зачем построенной там каменной набережной. Уоллес явно подозрительный тип, иначе зачем ему прятать лодку. Я думаю, потом он пошел к железной дороге – оттуда совсем недалеко.

– Если подумать, ничего особенно подозрительного, – возразил Бридон. – Если он хотел на станцию, ему нужно было переправиться через реку, а у «Голубой коровы» нет парома. Кроме того, он хотел спуститься чуть ниже по реке. Конечно, поплыл на плоскодонке. И конечно, если затем его путь пролегал по суше, то он припрятал лодку подальше от чужих глаз. Его действия вполне можно объяснить спешкой, не привлекая подозрительную таинственность.

– Ну, как бы то ни было, плоскодонка у нас имеется, даже с какими-то припасами, но мы решительно ничего не знаем о том, кто и куда в ней плыл. Однако это еще не все.