плеч. Под ним был плотный хлопковый корсет, соблазнительно приподнимающий не слишком богатую грудь Беллы, крошечные панталоны и шёлковые чулки на завязках.
- Я передумал, – пробормотал Яхор, поднимаясь. – Не снимай корсет. Ничего не снимай. Хочу так.
Белла с удовольствием разглядывала его тело, стекающие по нему струйки воды. Он был очень возбужден, и это тоже было приятно. Подошёл к ней вплотную – мокрый, горячий – заглянул в глаза, а потом подхватил взвизгнувшую жену в охапку и потащил в постель.
До вчерашнего дня Бель думала, что Яхо обычный. Тихий спокойный парень, которого интересуют только механизмы, разговоры с ветром и немного она сама. А до сегодняшнего момента она была уверена, что физическая любовь нужна в первую очередь для восполнения резерва, а удовольствие – это, во-первых, как повезёт, а во-вторых, не так уж его и много, этого удовольствия. А теперь вдруг оказалось, что он стаскивает с нее зубами чулки, а потом обжигает её бедра и живот огненными поцелуями, словно пытаясь загладить вчерашний безобразный скандал, а она извивается и поскуливает в его руках, буквально сходит с ума от его ласк.
- Яхо, пожалуйста, – шепчет Белла исступленно, пытаясь поймать его и уложить на себя, но он не поддаётся, а наоборот, расстегивает корсет и начинает сладкую пытку снова.
Медленно проводит языком по красным следам от корсета, гладит пальцами, нюхает, покусывает ее соски, отчего она не может сдержать стонов. Он словно показывает свое восхищение ей губами и руками. Возвращается к губам, запуская руки в ее густые длинные волосы, обматывает их вокруг своей шеи, мучительно сладко целует - и снова вниз, к уже ноющим от его ласки соскам. Ему безумно нравится грудь Беллы, он готов ее ласкать бесконечно. Яхо словно пьян - пьян ей, ее стонами, всхлипами, мольбами прекратить её мучить и взять наконец.
Бель едва не плачет, кусая губы, и муж, наконец, сжаливается над ней, медленно проникая в нее. Она такая горячая, такая мокрая, что он невольно вспоминает злые слова, которые она бросила ему в ссоре - что в постели ей с ним плохо. Что ж, теперь он ее не выпустит, пока она не получит удовольствия. Для Яхо это уже вопрос чести, но Белла снова все портит. Она сама хватает его голову, целует, двигается ему навстречу, а потом зажмуривается и тихо мычит ему в плечо, изгибаясь луком и судорожно сжимая его член внутри. У него срывает крышу. Он больше не нежный, он спешит догнать жену, двигаясь резко, сильно, буквально вколачиваясь в это нежное податливое тело, чтобы потом упасть на нее без сил, хватая ртом воздух.
Ни на какой ужин они не пошли. Белла просто не отпустила его.
Когда ноги перестали дрожать, она поднялась и дошла до ванной комнаты. Один взгляд в зеркало, и становится понятно, что от причёски не осталось и следа, губы опухли, а глаза сияют. На шее и белом плече - следы его поцелуев. Покрой её платья не скроет отметин, да и причёску она сама себе сделать не сможет. Яхо, конечно, может пойти один, но это слишком обидно. Как так, она не пойдёт на ужин с королём - по его вине, между прочим, а он пойдёт? Это нечестно! Тот факт, что Яхор - один из разработчиков аэростата, а она всего лишь его жена, её нимало не смущал.
Яхо, впрочем, голый полулежал на подушках, даже не думая прикрываться... или подниматься. Он осматривал жену, которая целомудренно куталась в атласное покрывало, с блаженной улыбкой.
- Ты же не бросишь меня тут одну? - жалобно надула губки девушка. - Яхо-о-о!
- Нууу, - протянул юноша с усмешкой. - Зависит от того, что ты предложишь мне в качестве альтернативы!
- А что я могу предложить? - округлила глаза девушка, позволяя покрывалу, в которое она куталась, соскользнуть с груди и с удовольствием замечая его вспыхнувший взгляд. Впрочем, зачем врать, смотрела она вовсе не в лицо, а куда ниже. Дернувшийся и увеличивающийся на глазах член откровенно заинтересовал. Она позволила покрывалу стечь с ее тела на пол, медленно подошла к кровати и, опираясь коленом на матрас, склонилась над мужем, собираясь его поцеловать. Яхо оказался быстрее. Схватил её в охапку, впился губами в губы, а потом как-то быстро уложил на живот и навалился всем телом, одним движением входя в ее лоно.
- Яхо! - взвизгнула Бель возмущённо. - Мне больно!
- Да ладно, у меня не настолько большой, чтобы причинить тебе боль, - фыркнул он, делая глубокое длинное движение внутри неё. - Мне остановиться?
- Да! Хотя нет... Это нечестно!
- Согласен. Нечестно, что нам надо на глупый ужин, когда я хочу остаться здесь.
Он замер, а Белла нетерпеливо дернула попкой, требуя продолжения.
- Может, не пойдём? - мурлыкнул ей в ухо муж.
- А ты хочешь уйти? - простонала девушка. - Ты просто каменный тогда. Ой! Хотя и тут тоже каменный, ага...
Он хмыкнул и снова двинул бёдрами, с восторгом понимая, что эта умопомрачительная девушка сегодня по-настоящему принадлежит ему.
***
Белле нравилось ощущать холод металла и жар его кожи одновременно. Она лежала без сил, не желая даже шевелиться, пока он лениво ласкал ее живот правой рукой - той, что с металлической вставкой. Пальцы ползли вниз, осторожно проникая между гладкими половыми губками.
- Давно хотел спросить: почему у тебя нет волос тут? - поинтересовался Яхо.
- В Степи всякие травки есть, - улыбнулась Белла, прикрывая глаза и чуть раздвигая колени, чтобы ему было удобнее ее гладить. - Я всегда волосы на теле удаляю. Привыкла. Тебе не нравится?
- Нравится. Навевает... на разные мысли.
- Это какие?
- Узнаешь, - он растирает ее смазку и нежно массирует припухшие губки пальцами, внезапно задумываясь о том, что руку можно слегка усовершенствовать. Это ведь его инструмент, правда? Что, если сделать её инструментом для удовольствия? Тихий, но такой приятный стон жены заставляет выкинуть из головы лишнее. Сейчас ему куда интереснее исследовать ее тело, прикасаясь к нему руками, языком и губами. Целовать ямочку под коленкой, сгиб локтя, прикусить выступающую тазовую косточку, провести кончиком языка по ребрам и выяснить, что она боится щекотки, а потом поддаться её рукам, опуститься на подушки и позволить Белле разглядывать и трогать себя столько, сколько ей хочется.
Когда Джеральд Браенг ворвался в спальню без стука с криком "Что ты себе позволяешь, наглый узкоглазый коротышка, ты
