— Можно я сделаю вид, что понял? — отшутился Рус, заметно расслабляясь.
— То, что ты уже смог выслушать меня — хороший вариант, — Назар подмигнул ему. — Я тот ещё объяснятель.
— Я понял о чем ты. Правда.
Руслан повернулся и посмотрел на Зою, сделав глаза огромно-выразительными и старательно кивал головой в сторону кухни. Зоя не смогла ему отказать и пригласила Назара.
— Что будешь? Чай? Кофе?
— Чай. Кофе у меня сегодня уже перебор.
Сделав напитки, Зоя поставила их на стол. Она не вмешивалась в диалог, позволив Руслану пообщаться с Назаром.
Сын с воодушевлением рассказывал, чем занимался эти дни, Назар внимательно слушал, не перебивал его. Задавал наводящие вопросы, проявлял интерес.
Зоя пила чай. Она тоже сделала выбор в сторону него.
— Проводишь меня, Зоя?
Он посидел минут пятнадцать.
— Ты уже уходишь, дядя Назар?
— Мне ехать надо.
Руслан сразу же погрустнел.
Они вышли на крыльцо, прикрыли дверь, чтобы случайно Рус не услышал их разговор. Ни к чему.
Некоторое время и она, и Назар молчали. Зоя повела плечами. Что-то странное происходит. Честное слово.
— Если ты позволишь, я бы хотел звонить Руслану, — начал Назар, не смотря на неё. Большие пальцы рук он засунул в задние карманы белых шорт. — А по приезду, хочу с ним поговорить.
Зоя тоже на него не смотрела.
— Поговорить, ты имеешь в виду рассказать правду?
— Да. Мы можем с тобой сколько угодно делать вид, что в прошлом — знакомые, а сейчас — соседи, но рано или поздно Руслану надо сообщать. Я считаю, что чем раньше, тем лучше. Если у тебя другое мнение, давай обсудим.
— Я думала по этому поводу, — честно призналась она. — И пока плохо представляю, как говорить ему.
Назар качнулся на пятке, потом развернулся к Зое, став сразу же ближе к ней.
— Ещё раз повторюсь — если ты позволишь, я поговорю с ним тет-а-тет.
— По-мужски?
— Почему бы и нет?
— Не знаю…
— Почему? Ты сомневаешься в результате? Или во мне?
Последний вопрос прозвучал не без иронии.
— Не начинай всё сначала, Назар. Я тебя прошу. Моё отношение к тебе не имеет никакого значения.
— Вот как интересно получается.
Что-то произошло. Мимолетное. Неуловимое. По крайней мере, для Зои. Назар оказался рядом. Не просто близко, их тела едва не соприкасались, а она каким-то образом уже соприкасалась спиной с косяком двери. Дыхание оборвалось, грудь опалил жар. Назар сделал шаг вперед, почти прижавшись к ней бедрами.
Навис, но ничего устрашающего от него не исходило.
Напротив.
Нечто другое.
— Что ты хочешь, Зоя? — его голос кардинально изменился.
Снова вернулся Назар, которого она знала. О котором плакала ночами и запрещала себе вспоминала.
И всё же вспоминала. Потому что есть то, от чего нельзя избавиться по желанию.
Глаза мужчины потемнели, в них появился огонь, что готов был испепелить её дотла. Она, как завороженная смотрела на этот блеск.
В своё время он привлекал её ещё сильнее. Тянул. Затягивал. Будоражил. Обещал.
Сейчас он снова притягивал её.
— Не смей... — выдохнула она, сильнее прижимая к груди сломанную руку, выставляя её щитом. — Даже не думай.
— О чем не думать, маленькая? — хрипло проговорил он, расставляя руки по обе стороны от её плеч. — О тебе? Хотел бы, да не получается. Вижу тебя и забываю обо всем. Смешно, да? Пять лет прошло, а меня до сих пор от тебя штормит. Ведет, как пацана с бушующими гормонами. Говорю тебе это, чтобы ты понимала, как всё обстоит на самом деле. Когда увидел тебя в отеле, глазам не поверил. Думал, всё, крыша поехала. Мечта осуществилась… А ты оказалась не мечтой. Ещё круче. Реальностью. И тут Руслан… Сын. От тебя. О таком я и помыслить не мог. А потом пришёл откат, малышка. Сильный. Наверное, даже похлеще того, когда я вернулся в Казань и узнал, что ты укатила с Шайским в Европу, не дождалась меня. Ты — чужая. Смотрю на тебя и понимаю — чужая. Не моя… И моей не будешь. Как бы я не хотел. Я предложил тебе дружбу, и этим предложением ограничусь. Не буду мешать твоей жизни. Живи, строй своё будущее. У меня есть Рус. Мне хватит. Просто…, — он прищурился, кадык дернулся. — Время, к сожалению, не всё лечит. От тебя лекарства нет. Но я тебя не побеспокою. Говорил ранее, говорю и сейчас. Помогу всем, чем смогу, только обратись. Хочешь ты этого или нет… Хочу я этого или нет… Мы — теперь связаны. Навсегда.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Снова его речь прошлась через каждую клеточку Зои. Она слушала его, смотрела то на губы, то в глаза.
И снова вся та же горечь, которая, казалось, пропитала и кровь, затопила Зою.
Один вопрос вспыхнул в голове — зачем он так?
Больно же…
И ему.
По глазам видела — больно.
Неожиданно…
— Я говорю, возможно даже повторяюсь. Пойми, Зоя… Ты для меня навсегда останешься самым ярким чувством. Но! Ты сделала выбор. Я его уважаю. Вижу, как ты от меня шарахаешься. Значит, пока не заслужил другого. Мне очень жаль. И между тем, я счастлив, что ты будешь жить поблизости, и у нас появится возможность научиться доверять друг другу. Я не говорю про любовь. Ты только что развелась. Какая к черту любовь, — его губа нервно дернулась. — Всё будет хорошо. У тебя и Руса. Я обещаю.
Зоя в последнюю секунду удержалась, чтобы не спросить: «А у тебя?».
— Прошу лишь об одном сейчас — дай мне шанс показать, что я не подонок. Что мне можно доверять. Сына — так точно.
Слов у неё не было.
— Хорошо, — выдохнула.
— Спасибо, — улыбнулся Назар и ей показалось, что улыбка далась ему с большим трудом.
Глава 14
ЗОЯ
— А мороженое мне можно?
— Конечно.
— Мягкое!
— На твой выбор.
— Отлично! А ты же тоже будешь? Я есть один не хочу.
— Буду.
Зоя тоже любила мороженное. Она вообще была большой сластеной, и ей постоянно приходилось ограничивать себя в еде, иначе килограммы быстро прилипнут. Она уже сталкивалась с лишним весом в старших классах. Больше проходить через разного рода диеты не хотелось. Лучше питаться правильно. Не всегда, конечно, получалось.
Когда разводилась, похудела почти на семь килограмм, одежда висела. Сейчас немного начала возвращаться к привычному весу.
Поэтому мороженое точно можно.
Погода снова радовала. Всё-таки Зоя приняла правильное решение пожить на побережье.
Каждый день — солнце, и даже самое пакостное настроение стремиться улучшиться.
Тетя контейнер отправила, через два дня Зоя получит и вещи, и машину. Пока что они с Русланом вышли прогуляться по набережной. Но очень скоро свернули в небольшой перекресток, где сын и увидел кафешку со сладостями.
Зоя улыбнулась. Определенно, она тоже хочет мороженое.
Они зашли в кафе и пропали. Руслан сразу же побежал к витрине с мороженым, Зоя же, притихнув, огляделась.
Очень уютное просторное место для небольшого количества посетителей. Несколько столиков, зона у окна. Много цветов.
И запах кофе и сладостей.
Зою, в отличие от сына, потянуло к десертам. Она остановилась и притихла. Она почувствовала себя Гретель, что впервые попала в Пряничный домик.
Эклеры, конфеты «Птичье молоко», зефир, кексовые бисквиты, профитроли, хрустящие шоколадные батончики и много-много муссовых тортов с зеркальной глазурью.
Зоя смотрела на всю эту красоту и во рту образовывалась слюна. Девушка никак не могла её сглотнуть. Не то, чтобы она была голодной… Нет.
Тут другое.
Когда-то, очень давно, в другой жизни, она много выпекала. Постоянно что-то.
Делала тортики из песочного теста с клубникой, пирожки. Тортики и зефир больше любила, могла возиться днями, выискивая рецепты повкуснее и бюджетнее.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Потом был переезд. И куда-то всё потихоньку ушло.
Куда только…
Хороший вопрос, ответ на который она знала.
— Мам, я хочу миндальное! Можно? Можно?!
Руслан подбежал к ней и, взяв за руку, потянул за собой. Туда, где было интересно ему. Зоя пошла, но снова и снова оглядывалась на витрину с десертами.
