драконов Довалеин, водный мир с непроизносимым для человеческого горла названием, эльфы его называют Nenilu, мир таких существ, не могу найти точного аналога в английском языке, условно именовать их духами или джинами, несколько миров с аналогичным вам человекоподобным населением — есть с магией, есть совсем без неё, я знаю около тридцати, но думаю, что их намного больше, не было повода интересоваться.
— Невероятно! И везде используются свои языки? — У Барти загорелись глаза.
— Да, и на многих у меня есть книги в библиотеке, и даже, если поискать, найдутся и словари.
— А можно мне…?
— Конечно, берите и изучайте! Северус, предполагаю, был бы в восторге, если бы вы перевели некоторые трактаты по эльфийским зельям с квенья или синдарина.
— О, конечно, я был бы очень и очень тебе благодарен, Барти! — воскликнул внимательно слушающий беседу Крауча и Монтермара Принц.
— О, простите, — сказал, выходя из-за стола Малфой, у которого сработало в кармане сквозное зеркало, и, вернувшись через минуту, сообщил:
— Бёрк просит собрать «совет по безопасности», так как у них с Боунс есть новости. Также он предлагает включить в него мадам Амелию. Можно пригласить её сюда, а можно встретиться всем у меня.
— Будет неправильно принимать Бёрка тут, а главу ДМП в Малфой-мэнор. Получится, что мы Дуэйну доверяем больше, чем Амелии, — заметила Вальбурга.
— Согласен. Спросите Бёрка, когда они завтра смогут быть у нас? Можно ранним утром до завтрака, можно к обеду или к ужину.
37/289
— Я бы тоже хотела присутствовать на совещании, — сказала леди Блэк, — если вы не возражаете. Интриги не только прерогатива мужчин. Иногда женский взгляд может быть весьма полезен, да и Амелии, хоть она и привыкла к работе в мужском коллективе, будет немного спокойнее при наличии еще одной дамы на встрече.
— Конечно, Вальбурга, буду рад вас видеть, — согласился Монтермар.
— Они будут завтра к семи вечера. Утром в ДМП должен прибыть для дачи показаний Дамблдор, и они не знают насколько затянется это мероприятие.
— Отлично, заодно и расскажут, что им поведает Альбус.
Нотт-мэнор, Эйзинграг, Талсарнау, Уэльс
Нотт-мэнор располагался в Уэльсе рядом с Каирн Брин Кейдер Фанер [28], одним из валлийских древних мест силы. Валлийцы считали, что под этим кромлехом находится вход во владения одного из «дивных народов» Гвин ап Нудд, золотоволосых Твилвит
Тег, обитателей валлийских холмов. [29] Нотты здесь обосновались с семнадцатого века, а ранее здесь проживал Род Мередидд, который прервался как раз по причине конфликта с представителями Гвин ап Нудд. Так сложилось, что Твилвит Тег периодически угоняли скот у местного населения. И последний барон Далид аб Иеуан ап Грифад ап Мередидд решил положить этому конец и устроил на фейри облаву. Те же оказались созданиями из плоти и крови, убить которых оказалось не сложнее, чем обычных людей. Будучи «человеком галантным», барон пощадил женщин, но когда одна из них взмолилась о пощаде и для своего сына, отказал. Разгневанная Твилвит Тег прокляла барона и заявила, что это не единственный ее сын, и другие ее дети еще омоют руки в крови убийцы. Так и вышло: братья казненного Твилвит Тег устроили на барона засаду и омыли руки в его крови, исполнив проклятие матери, заодно прикончив и всех его детей. С тех пор Твилвит Тег на поверхности холмов появляться перестали, хотя на протяжении нескольких веков время от времени их можно было встретить на ярмарке в Лланфэр, причем никто не видел, как они приходили и уходили. У Твилвит Тег всегда были при себе всевозможные «редкости» и «диковины», которые они продавали и обменивали на товары «наземных людей», поэтому с их появлением цены на ярмарке подскакивали до невозможности. Эта людская жадность и желание заработать на продажах Твилвит Тег как можно больше постепенно привели к тому, что «дивный народ» прервал контакты с людьми. А если кто из «наземных» сам хотел найти вход «под холмы» в окрестностях Каирн Брин
Кейдер Фанер, то кишащие там блуждающие огоньки, заманивали их на съедение Тламхиген-и-дурр,[30] чудовищу в виде огромной жабы с крыльями летучей мыши и змеиным хвостом, которое охраняло вход во владения фейри.
Семейство Нотт старалось сосуществовать со своими невидимыми соседями мирно. Проводили у кромлеха все обряды Колеса года: Самайн, Йоль, Имболк, Остару, Белтейн, Литу, Лугнасад и Мабон, соблюдая заветы Магии. После обрядов всегда оставляли «по-соседски» праздничные подношения для дивных: натуральные ткани, мёд, сахар, соль, орехи, бочку эля, мешок ячменя, несколько свежих хлебов. То, что они раньше закупали на ярмарке, чтобы показать, что они не такие жадные, как иные «наземные люди», и имеют добрые намерения в отношении Твилвит Тег. Все это исправно исчезало к утру, и вряд ли кто-то из людей рискнул бы забрать те дары себе.
Магнус Нотт, у которого выдалось немного свободного времени, произвел расчеты на предстоящий Мабон. Валлийцы в день осеннего солнцестояния чествуют Модрон, уэльскую богиню-мать, как мать-чародейку, познавшую тайну рождения, открывшую врата мира для новой души. Модрон — та, что сумела зачать — выносить — взрастить и нынче должна отпустить своего сына Мабона — бога Солнца на закате, «владыку светозарного запада», «повелителя вечера». Маги же придерживаются такой версии: от Лугнасада до Мабона Великая Пара Бог и Богиня путешествует через поля и сады и возвращается в покои для празднования нового оборота Колеса. Каждый из них переходит новый рубеж. Цветущей женской силой входит Богиня в празднество Мабонских сумерек. Охотником в расцвете силы и славы восходит на трон Бог. И утром дня, когда день станет короче ночи, Бог и Богиня покинут свои покои, чтобы приветствовать Мир как Старец и Старица. На Мабон Богиня надевает последний, третий обруч — венец Старухи, тот, который на Самайн покроет траурный убор. Королевой в трауре она станет после Самайна. А на Мабон она является Мудрейшей, Щедрейшей, и Справедливейшей, на Мабон она знает всякое своё дитя и всем воздаёт она по делам и заслугам. В этом году, скорее всего он не будет присутствовать на праздновании Мабона в Нотт-Мэнор лично, так как Дракон предупредил их об «особом ритуале» на котором должны будут присутствовать все бывшие сторонники Темного Лорда. Потому Лорд Нотт решил заранее подготовить все так, чтобы и без него все прошло как обычно, и стал составлять список закупок для празднования. Где-то в середине процесса у него сработало сквозное зеркало: его вызывал Августус Руквуд.
— Привет, Август, у тебя
