– Наконец-то я услышал вполне понятные и очень правильные слова! – встрепенулся Вальнур. – Рения, ты согласна?
– М-м… – сонно отозвалась девушка, повернула голову, поудобней устраивая ее на коленях вольного бойца. – Ты мне снишься, Гронгард. Мы с тобой едем за чашей…
Грон вгляделся в освещенное ночным сиянием спокойное лицо Колдуна.
– Что скажешь, Колдун?
– Мне очень приятно быть вместе с вами. И поверьте, при необходимости я постараюсь хоть чем-то помочь.
– Значит, отдохнем немного и тронемся в путь. Мы должны быть первыми.
– Грон взмахнул рукой, словно провел невидимую черту. – А потом у нас будет еще много дел…
Ночная Сестра задумчиво застыла в вышине, освещая загадочный, молчаливый, неизвестно где существующий край, погруженный в сон. Спал вольны боец Гронгард, сын Гронгарда Странника, поручив нести дозор чудесному коню Тинтану, спал Вальнур Рай, сын судовладельца из Тезаро, спала Рения, девушка из селения лесорубов. А человек в черном плаще стоял посреди поляны, смотрел на нежное ночное светило, обрамленное невиданными звездными узорами, и улыбался.
И, возможно, начинал творить новый мир…
ЧАСТЬ ВТОРАЯ. СОТВОРЕННЫЙ МИР
1
Коричневое пятно почти сливалось с протянувшейся вдоль дороги желто-бурой полосой засохших приземистых растений, однако Гронгард и Вальнур заметили его одновременно.
– Сдается мне, нас поджидает какой-то зверь, – сказал юноша, поворачиваясь к вольному бойцу, и выдернул из-за пояса топор.
Едущий позади них задумчивый Ал встрепенулся и тоже взялся за топор, закрепленный у седла, а Рения привстала на стременах, стараясь разглядеть неведомого зверя из-за спины Вальнура.
– Такие «звери» нам не страшны, – отозвался Грон и в раздумье нахмурил брови. – А вот почему он здесь лежит?..
Присмотревшись внимательнее, Вальнур смущенно хмыкнул, поняв свою ошибку.
Неширокая дорога полого поднималась в гору и, плавно изгибаясь, терялась в молчаливом лесу. Из глубины леса тянуло сыростью, и висел над землей терпкий запах прелой листвы, словно совсем недавно проливались здесь дожди, буравя раскидистые темно-зеленые кроны уходящих в небо деревьев. День был теплым, безветренным и серым, солнце, высоко забравшееся под небесный купол, слабо просвечивало сквозь пухлый слов облаков и казалось собственным нечетким отражением в глубине реки с мутной водой. Тишина повисла в лесу, и нарушал ее только приглушенный перестук копыт четырех коней.
– Это же плащ! – Девушка облегченно опустилась в седло, тоже, наконец, разглядев, что именно лежит на обочине. – Гронгард, это никакой не зверь, а просто плащ.
– Твои слова совершенно справедливы, – улыбнулся вольный боец.
Он остановил Тинтана и, нагнувшись, поворошил мечом порванный коричневый плащ. Ал и Рения подъехали к нему, а Вальнур направил Топотуна к деревьям – захрустела, ломаясь, сухая придорожная растительность, – раздвинул ветви, стараясь обнаружить что-то в беззвучном теплом полумраке.
– Кажется, здесь они и потеряли еще одного, – сказал Грон, внимательно осматривая дорогу, испещренную отпечатками конских копыт. – Что-то у них произошло.
По этой дороге пустился в погоню отряд тонкогубого Крута, в то время как вольный боец и девушка, выбравшись из замка через подземный ход, брели по окраине леса в поисках Тинтана. Этим же путем метатели и вернулись в замок, где уже ждал их отряд Сигса, вернулись ни с чем, потому что невозможно догнать тех, кто и не собирался убегать, а направился совсем в другую сторону.
Это было не так давно, на рассвете, когда на фоне медленно светлеющего неба вновь проступил, словно воплотившись из мрака, угрюмый замок. Спутники Гронгарда спали, а он прохаживался по краю поляны, вновь и вновь размышляя о странном рассказе Колдуна, сомневаясь, вспоминая и сопоставляя слова непонятного человека, возможно, преследующего какие-то свои цели – и не сразу обратил внимание на отдаленный топот копыт, возникший в сонной утренней тишине.
Всадники Крута направлялись к воротам замка, почти сливаясь с деревьями, однако вольный боец сумел разглядеть, что замыкает строй лошадь без седока. Какая опасность подстерегла выходцев из Долины Темных Озер? Гронгард не стал строить предположений, но, разбудив спутников и двинувшись дальше, в глубь неведомой страны, старался быть очень внимательным и готовым к любому нападению. И вот – порванный плащ у дороги.
– Кого ты еще придумал для нас, Колдун? – Грон, усмехнувшись, взглянул на Ала. – Какого-то врага озерных метателей? Но имей в виду, даже враг моих врагов совсем не обязательно может стать моим другом.
Ал пожал плечами, ответил неторопливо:
– Я уже говорил, что теперь знаю об этом мире гораздо меньше тебя, Гронгард. И мне неведомо…
– Вот его щит!
Вальнур, проехавший вдоль деревьев два десятка шагов вперед, соскочил с коня и поднял овальный щит метателя. Грон, дернув поводья, направился к нему, разглядывая следы копыт. Следы пересекались, расходились и сближались, шли кругами, разрыхлив дорогу. Создавалось впечатление, что отряд Крута в суматохе метался от обочины к обочине, застигнутый врасплох грозным противником, пока не бросился назад, потеряв кого-то из своих. Но куда исчез тот, чьи плащ и щит лежали у дороги?
«Где-то там скрывается логово зверя», – подумал вольный боец, всматриваясь в застывший лес.
– Здесь могут водиться львы, – тихо и непонятно пробормотал Ал за его спиной.
– Смотрите, копье!
Вольный боец проследил за взглядом Рении и увидел обломок копья, воткнутый в землю между черными переплетенными корнями. Грон имел дело с копьями озерных метателей и знал, что переломить крепкое древко, выточенное из ствола бирбелы, не так-то просто. Задумавшись на мгновение, он решительно рассек ладонью воздух.
– Не будем задерживаться. Вальнур, ты впереди. Ты, Колдун, вместе с Ренией, – следом. Я замыкаю. Коней не гнать, но и не плестись, всем наблюдать за лесом. Оружие держать наготове. Вальнур, заряди арбалет.
Вальнур направил коня на дорогу, снимая с плеча арбалет, девушка, слегка побледнев, поддернула узкий ремешок с кинжалом на запястье, Ал сосредоточенно сдвинул брови и проверил, легко ли вынимается топор. Вольный боец тоже потянулся за арбалетом, и в это время Тинтан, беспокойно раздувавший ноздри, словно принюхиваясь к чему-то, тревожно заржал.
– Что такое, дружище? – начал было Грон и сразу замолчал, настороженно прислушиваясь.
За деревьями возникли какие-то странные звуки, они шли сверху, все нарастая и нарастая. Казалось, что по ветвям, приближаясь к дороге, катятся железные бочки, то и дело соприкасаясь боками. Вольный боец не успел еще достать стрелу из колчана, когда из-за высоких крон вылетело нечто крылатое, размеров с Тинтана, остроухое и зубастое. Брюхо и бока летающей твари были покрыты крупными серыми пластинами, похожими на рыбью чешую, маленькие глазки перебегали с одного всадника на другого, выбирая добычу, острые нарост на треугольной морде был подобен копью, а серые жестко шуршащие крылья – трепещущим парусам. Длинные, прижатые к брюху лапы изобиловали крючковатыми когтями.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
