— Почему нет, — хохотнула карга, но тут же поставила условие. — Включи громкую связь. Я хочу, чтобы внучка услышала это от меня.
— Почему вы думаете, что она рядом?
— Потому что ты не оставишь её после нападения одну. Не настолько же ты плох, специалист! Включай говорилку.
Дмитрий скрипнул зубами, нажал кнопку и бросил аппарат на стол, от души желая хлипкой трубочке сломаться.
Лена неловко придвинулась ближе. Дрожь хаотично расползлась по телу, и создавалось впечатление, что время от времени девушку, словно марионетку, дёргает за ниточки кукловод, заставляя вскидывать ногу или руку. После каждого раза Лена сжималась в комок и виновато прятала глаза. Демон плюхнулся рядом и с силой прижал ее к себе, так она сможет слушать, не отвлекаясь. А вот ему, вдохнувшему её запах, почувствовавшему изгиб тела, придётся прилагать усилия.
В трубке громко вздохнули, Нирра собиралась силами.
— Мы, действительно, уехали из старого дома из-за слухов. В основном. Не хотели расстраивать Злату. Лена, для тебя никогда не было секретом прошлое отца, его непостоянство. Кстати, после твоего рождения он поостыл и если позволял себе что-либо, то редко.
— Как звали монашку? — спросил Демон.
— Ммм-м… вроде Марината… Маринита, как-то так. У них с Сергием был роман. Осуждать обоих можно сколько угодно, легче от этого не станет.
— В тот вечер девушка искала любовника и поэтому пришла к вам? Не опрометчиво ли, в доме же жена?
— У неё не было выбора. В монастыре ей никто не мог помочь. Она была беременна.
Дмитрий мысленно застонал. Странно, что при образе жизни Сергия Артахова речь о внебрачных детях не пошла ранее. В конце концов, такой итог закономерен.
— Э-э-эт-о-о… — Алленария попыталась заговорить, но ничего не получилось.
— Тихо, Лена. Дай мне закончить. Она была глубоко беременна, на сносях. Не знаю, каким образом ей удавалось скрывать своё положение от настоятельницы и других сестёр, но факт остаётся фактом. Когда начались роды, ей было не к кому обратиться за помощью.
— И она идёт к вам. Понятно, в такой ситуации не до щепетильности. Дальше.
— Дома никого не оказалось. Часом раньше Сергий увёз Злату в больницу.
— Какое интересное совпадение, — не прокомментировать Демон не мог. — Что произошло в доме?
— Откуда мне, по-твоему, знать? Могу лишь рассказать пару версий, выдвинутых моими специалистами. Послушаешь или дать тебе время поёрничать?
— Весь внимание.
— Монашка умерла от потери крови. Родила прямо там, у нас в прихожей. Что-то пошло не так, и без медицинской помощи она долго не протянула.
— Значит, Пашка блаженный ни при чем?
— Не знаю, но что девушку никто не убивал, считай, установленный факт.
— Ребёнок? — псионник выдавил это слово через силу.
— По прогнозам специалистов, у него почти не было шансов выжить. Восьмидесятипроцентная вероятность того, что он родился мёртвым, и ещё девятнадцать, что умер в ближайшие сутки.
— Вероятность?
— Ребёнка не нашли. Думаю, это юродивый постарался. Спрятал.
— Куда?
— На том свете поинтересуешься, — судя по голосу, карга была бы не прочь, если б это произошло поскорее. Лена, словно почувствовав что-то, положила голову ему на плечо.
— Значит, в этой части молва не врёт? Парень повесился?
— Точно. И сам, в этом эксперты единодушны. Их нашёл Сергий, спустя сутки. Из роддома решено было вернуться в город, и сын приехал собирать вещи.
— Разрешение на захоронение — взятка за неразглашение? — уточнил Демон.
— Да.
— Если закрыть глаза на мораль, этику и руководствоваться более приземлёнными реалиями, неужели вы не допускали мысль, что они могут вернуться?
— Нет, — ответ Нирры не допускал ни сомнений, ни двояких толкований, и, пожалуй, он знал почему.
— Привязка?
— Только для монашки, парень не смог бы вернуться.
Дмитрию показалось, что его окунули лицом в грязь, забыв о девушке, он резко встал и, опершись руками о стол, навис над аппаратом.
— Почему?
— У него были способности псионника. Плюс врождённое психическое заболевание. Дорога в специалисты закрыта.
— А вторая привязка?
— Поясни, — по голосу карги было ясно, что она озадачена.
— На данный момент на монастырском кладбище две разорванные привязки. С первой ясно, а вторая? Кто и зачем установил, а затем снял?
— Понятия не имею. Пошевели мозгами, специалист. До моего разрешения там никого не хоронили и, соответственно, не привязывали.
— Бабу-бу-ш-шшка, — у Лены почти получилось, — Ре-ре-б-б…
— Ребёнок? — спросил за неё Станин.
— Алленария, — рявкнула Нирра да так, что Демон вздрогнул. Никогда на его памяти старуха не повышала голос на любимую внучку, — думаешь, она была первая, уверявшая, что носит моего внука? Да я готова была признать каждого из них, но только после анализа ДНК. Что же касается именно этого ребёнка, лаборанты собрали достаточно материала, чтобы утверждать, что он не имеет к нам никакого отношения.
Демон схватил трубку и быстро переключил режим. Для Лены хватит. Одно слово "материал" гарантировало кошмары на ближайшую ночь.
— Она не это хотела узнать, — удовлетворения от разговора он не испытывал.
— Я знаю, — недовольство старухи на этот раз обратилось против неё самой. — Мы искали тщательно, везде. Осмотрели дома, подвалы, огороды, даже часть заповедника с собаками прочесали. Но никого не нашли.
— Надеюсь, это правда. А то слишком много младенцев вокруг Лены умирает.
— Сдай назад, Станин. Ещё одно подобное предположение, и я приму меры.
— Принято, — он отключил вызов. С каргой на сегодня всё. Уже радость!
Мотор мерно урчал, Дмитрий вгляделся во тьму дороги и перевёл взгляд на спящую на соседнем сиденье девушку. Мысль о том, что он один в один повторяет путь двадцатипятилетней давности, путь Сергия Астахова в ночь с четырнадцатого на пятнадцатое мая, не давала ему покоя.
Раскопки в обители не дали никаких сенсационно разоблачительных сведений. В этот раз настоятельница была разговорчивее, прямо-таки пылала готовностью выложить сведения и избавиться наконец от присутствия специалистов.
