Читаем без скачивания Вторжение - Р. Артемьев

Перед нами сидел один раз виденный мной человек, тот самый здоровенный мужик, который поймал меня возле избушки Данила. Чтобы убедится в этом, я снял повязку с глаз, взгляд напоролся на широченную улыбку.

— Давно не виделись, Виктор Андреевич.

— Восемь месяцев. В прошлый раз вас не представили.

— Зовут меня Фролов Константин Валентинович, но вы меня зовите Призраком. Меня все так зовут. Редко, правда, зовут, чаще я сам прихожу. Сюда вот позвали, попросили рассказать, как можно спрятанную душу найти, ну и как самому прятаться, а выходит, вы и без меня справляетесь. Короче, я ваш новый преподаватель, садитесь за парты, ребятки.

Призрак учил нас трудным, но интересным вещам. Он сразу предупредил, что эти методики разрабатывались для работы с людьми и против людей, так что с чужаками могут возникнуть накладки, но утверждал, что общие принципы одинаковы для всех. Оказалось, что можно таким образом замаскировать свою ауру, чтобы она не оставляла ментального следа, по крайней мере четко видимого. Но невозможно стереть все следы, что-нибудь остается всегда, и в местах физического контакта с окружающей средой оставались еле заметные психические эманации, по которым можно найти чужака. Та методика определения духовного излучения, которой нечаянно воспользовался я, была Призраку известна, но он считал ее слишком сложной.

— Вам уже приходилось проверять свою маскировку против псионов? — меня тоже интересовал этот вопрос, но Студент спросил первым.

— Приходилось. Сами понимаете, война войной, а тихий час по расписанию. Наши западные друзья сейчас гадят намного меньше, чем до Вторжения, но конкурентная борьба есть сущность капиталистического общества, их разведки работают против нас плотно. Если раньше шпионили за промышленными секретами, то сейчас стараются урвать последние разработки в области псионики, или сделать закладку в мозгу политического лидера, или завербовать сильных псионов, задачи разные.

— Мне казалось, существует договоренность об обмене данными о чужаках, четыре знака пришло к нам из-за рубежа.

— Договоренность существует, только выполнять ее можно по-разному. Можно сказать, например, что какие-то данные являются продуктом интеллектуального труда, под соглашение не подпадают, и попробуй, докажи обратное.

Призрак отличался интересной манерой речи, напоминавшей Анискина из старых советских фильмов. Он откровенно говорил, что противостояние с западными странами никуда не делось, просто ушло вглубь. Китай и Япония тревожили его меньше, эти страны были заняты своими проблемами и беспокоили наши интересы реже, арабские страны рассматривались как агенты влияния Запада.

— Понимаете, ребятки, рано или поздно и вам придется поучаствовать в наших делах. Все чаще появляются люди, обладающие пси-способностями, но склонные нарушать закон. Мы ведем учет таких людей, но за всеми не уследишь. Если это простые хулиганы, или преступники, действующие в личных интересах, особых проблем не возникает, нейтрализовать их легко. Однако есть псионы, прошедшие серьезную подготовку, обладающие хорошей материальной базой, и действующие в интересах других государств или крупных деловых групп. Некоторые личности, с которыми нам приходилось сталкиваться, при задержании оказывали такое сопротивление, что жертвы среди наших оперативников исчислялись десятками.

Поэтому позднее, когда ваши младшие братья войдут в строй, мы будем привлекать отдельных бойцов к своим операциям. Сергачев объявит об этом отдельно. Пока что вам время от времени будут давать информацию по темам, не предназначенным для борьбы с чужаками, но хорошо работающим против людей. Не удивляйтесь.

— Вы меня извините, но у нас сейчас и с Гнездами проблем хватает. — Палач выглядел недовольным — Нас всего-то шестеро, успеет Ястреб к следующему штурму вернуться, неизвестно, а вы нам еще дополнительную работу подкидываете.

— Ну что вы так, молодой человек, переживаете — по лицу Призрака расплылась широкая улыбка — дело это не скорое, раньше чем через год вас никто и не отпустит, вам же еще третьему набору опыт передавать, да-да, уже трех человек нашли, месяца через два группа будет сформирована. Учить их, правда, придется подольше, люди это не военные. Но пока у нас своего спецназа, под людей заточенного, не появится, использовать решено вас.

— А когда он появится?

— Да кто ж его знает? Сейчас всех, у кого наполнение шестьдесят и выше направляют либо к вам, либо в Исследовательский. Почти все идут к вам, агитация очень сильная. Дело в том, что страна большая, новые Гнезда появляются слишком часто. Во Франции сделали отряд «Байярд», который за год два раза в штурмах участвовал, время на зачистку не ограничивается, учеба занимает год, а не шесть месяцев. У нас так не получится, площадь суши слишком большая.

Но если вам кажется, дорогие мои, что заниматься надо чужаками и только чужаками, то вот вам такой пример. Месяц назад в Ингушетии народ стал волноваться, местные власти вместо того, чтобы успокаивать, наоборот, страсти подогревали. Пришли наши спецы, поговорили, видят, что-то странное у людей в ауре твориться, стали искать, нашли закладку. Кто-то повысил агрессивность руководства, слегка расшатал психику, и получил нужный результат, по республике взрывы идут. Сейчас вроде всех очистили, люди успокоились. Самое обидное, что мы знаем, кто работал в Ингушетии, а взять их не можем. Доказательств нет.

Следующее Гнездо сюрпризов не преподнесло, разве что начали сбываться предсказания Студента. В закрытую зону были допущены журналисты, какие-то ученые, не принадлежащие к нашим научникам. Впрочем, общаться с нашей группой им не разрешали, за что мы были только благодарны.

Мы шли на штурм с тяжелым предчувствием. Чижов сказал, что если все пройдет удачно, следующее Гнездо может быть трехъярусным, а этого не хотелось бы. Нас мало. Я был уверен, мы можем завалить тварь пятого, даже шестого уровня, но лучше выходить против сильных чужаков большой группой, иначе будут потери.

Методика зачистки не изменилась, мы по-прежнему ходили парами с эскортом из спецназовцев. Откровенно говоря, в спецназе особой нужды не было, но в случае истощения оболочки без них пришлось бы туго. К тому же, Чижов обмолвился, что в дальнейшем с нами будут ходить слабенькие псионы, способные создать один-два знака, не более. Таких магов, с наполнением десять-пятнадцать единиц, становилось все больше. Обучать их по нашим программам было бессмысленно, методики увеличения оболочки пока что не существовало, поэтому их способности решили использовать так.