Читаем без скачивания Одолевая дьявола - Юлия Вакилова

Впрочем, эти мысли тут же покинули мою голову, стоило нам выехать из лабиринта домов прямиком на широкую площадь.

Размеры ее впечатляли. Одну сторону занимали пестрые торговые ряды, на которых в этот ранний час уже вовсю начиналось ежедневное представление: десятки торговцев наперебой предлагали свой товар, придирчивые покупатели внимательно приглядывались к предлагаемым вещам с явным намерением поторговаться. От разноцветья красок рябило в глазах; незнакомые сладковатые запахи заморских сладостей приятно щекотали нос, так и маня подойти поближе, чтобы попробовать их на вкус. Шумные зазывные крики растворялись в утренней прохладе, приправленной терпкими ароматами пряностей, которые слабый ветерок услужливо разносил далеко вокруг.

В самом центре раскинувшейся передо мной площади величественно вздымался к небу широкий деревянный помост, очевидно, используемый для особых случаев. Я явственно представила себе как глашатай, величаво возвышаясь над толпой, во весь голос зачитывает приказы короля. А может быть, и список преступников, приговоренных к казни. Легкий угрожающий скрип раскачивающихся на ветру виселиц, что устремленными к небу силуэтами застыли рядом с помостом, служил безмолвным подтверждением моих догадок. К счастью, в столице не прижился варварский метод устрашения и, одновременно, напоминания всем жителям, как тонка грань между жизнью и смертью, который до сих пор сохранился и с успехом применялся во многих маленьких городках. Я вспомнила синюшное обмякшее тело, одиноко раскачивающееся на ветру, впившуюся в шею толстую петлю веревки, черные встрепанные перья большой птицы, что сидела на плече покойника, беззастенчиво выклевывая тому глаза, и вздрогнула. Жуткое зрелище, случайной свидетельницей которого мне не посчастливилось однажды стать, никак не желало стираться из памяти. До сих пор чуть сладковатый, гнилостный запах разлагающейся плоти, въевшийся тогда в мою одежду и волосы, приходил ко мне в самых мучительных кошмарах. После этого случая я как огня старалась избегать главных площадей, повсеместно служивших и местом казни преступников.

Желая поскорее прийти в себя от тошнотворных воспоминаний, я перевела взгляд на противоположную сторону площади, к которой-то и направлялась карета. Однако высокая кованая решетка, преградившая нам путь, заставила замедлить ход. Я внимательно присмотрелась: прямо за ней виднелась убегающая куда-то вперед вымощенная булыжником дорога, по обе стороны которой величаво возвышалась темно-зеленая стража, грозно шелестя листвой. Между тем в нашу сторону уже неторопливо шествовал и самый настоящий стражник из плоти и крови – невысокий сухопарый мужчина, которого в первую минуту я не заметила, увлекшись разглядыванием высоких макушек башен, видневшихся за вершинами плотно растущих деревьев. Он выглядел гораздо опаснее встреченных нами ранее его сотоварищей по ремеслу; короткий кинжал, висящий на поясе, без слов говорил о том, что здесь уже парой монет дело не обойдется. Чуть в сторонке за происходящим наблюдали несколько грозных на вид стражников, одетых точь-в-точь такую же форму, как и приблизившийся вплотную к карете мужчина. Я уже было приготовилась выйти наружу и попытаться объяснить, с какой целью еду во дворец, при этом смутно представляя, какими словами можно описать происходящие в моей жизни события. Однако и в этом случае ситуация разрешилась без моего участия. Не знаю, что мог сказать простой кучер серьезно настроенному стражнику, тем не менее, последний, перекинувшись только лишь несколькими фразами с дьявольским прислужником, неохотно, но все же распахнул решетку, пропуская нас дальше. Напоследок он с задумчивым видом постарался заглянуть в окно кареты, но недостаточный рост помешал ему это сделать. Неужели дьявол каким-то образом успел дать знать королю, что блудная дочь едет обратно?

Мы проезжали мимо деревьев, устремленных вершинами прямо в чистое безоблачное небо, опрятно подстриженных густых кустарников, а взгляд мой против воли был устремлен вперед – туда, где сквозь просветы в зелени уже показались первые очертания королевского дворца.

Это было величественное вытянутое здание, каждый камень в кладке которого так и излучал мощь и силу. Массивные башни возвышались с обеих сторон дворца, плавно перетекая во все новые и новые этажи и ярусы, благодаря чему главная резиденция короля казалась бесконечной чередой построек и сооружений. Очевидно, здание было вновь возведено после уничтожившего его пожара, случившегося чуть менее двух десятилетий назад. Основательные строения, сделанные из толстых необработанных глыб камня, построенные для защиты от вражеских нападений, соседствовали с миниатюрными башенками, увитые плющом балкончики которых выходили прямо в королевский сад. Они были настолько тонкими и изящными, что казались ожившими иллюстрациями к детским сказкам. Так просто было представить заточенных в них прекрасных принцесс, ожидающих спасения, и мужественных принцев, под покровом ночи устремляющих пылающие взоры к высоким окнам.

Пока я мечтательно любовалась мысленно нарисованной картиной, карета подъехала прямиком к широкому крыльцу, сложенному из гладкого серого камня. Вдоль прямоугольных колонн, рядом с которыми лениво возлежали каменные звери, молчаливо застыла очередная за сегодняшнее утро стража, настороженно наблюдающая за нашим прибытием.

На шум из распахнутых дверей, в которые медленным потоком струилась утренняя прохлада, выглянула немолодая женщина, одетая в форму прислуги. Завидев незнакомую карету, она разом позабыла про свои дела, бросившись встречать гостей. Стражники слегка сдвинулись с места; в их позах не осталось и следа ленивой расслабленности – взгляды сосредоточились на темной фигуре кучера, спрыгнувшего на землю, который спустя мгновение уверенным движением уже протягивал мне руку, помогая сойти вниз.

К тому моменту, когда я, оказавшись, наконец, на твердой надежной поверхности, все еще оглядывала дворец, возвышающийся надо мной единым серым камнем, служанка осторожно подошла ближе. Низко поклонившись, она на удивление решительно произнесла, при этом не прекращая жадно меня разглядывать:

– Доброе утро, госпожа! Его Величество вас уже ожидает. – Она с придыханием произнесла титул своего правителя.

– Доброе утро, – неразборчиво пробормотала я, ощущая, как от слов женщины меня бросило в холод. Уже ожидает – означает ли это, что все во дворце знают, что я – незаконнорожденная дочь короля? Или же только сам король знает о моем прибытии, а всем остальным об этом лишь приходится догадываться?

Пока я предавалась судорожным метаниям, служанка завершила, наконец, свой осмотр, и сделанные ею выводы не заставили себя долго ждать

– Неужели госпожа прибыла сюда совсем одна?

Пожилая женщина даже всплеснула руками.

– Да, – неловко ответила я, ощущая на себе пристальные взгляды стражников, все еще полные подозрения.

– И вы проделали весь длинный путь в одном экипаже? – В ее голосе моментально прорезались нотки подозрения. И я не могла за это осуждать: едва ли странная девушка, путешествующая лишь в сопровождении кучера, который сейчас застыл за моей спиной недвижной тенью, производила впечатление знатной персоны, привыкшей к комфорту.

Очевидно, эти неуклюжие ответы и отсутствие надменных манер выдали во мне особу, не привыкшую повелевать. Поэтому служанка решила, в конце концов, выяснить, та ли я, за кого она меня приняла.

– Это ведь вы – леди Аселайн Голдин? – утвердительно произнесла она. – Дочь старого друга короля, решившая навестить дядюшку?

Из всех ее слов я уловила только свое имя, поэтому, поразмыслив, слегка кивнула, решив, что едва ли в это время в замке ожидается какая-то другая гостья с созвучным мне именем.

– Ну а багаж-то у вас хоть имеется? – все еще с подозрением, но, уже начиная заметно успокаиваться, произнесла служанка. Стража разом потеряла ко мне интерес, вновь превратившись в застывшие монументы самим себе.

Я молчаливо кивнула в сторону кучера, который, уловив мои мысленные посылы к нему, как раз начал доставать из кареты тяжелые сундуки.

Женщина одобрительно кивнула, после чего вновь сосредоточила свое внимание на мне:

«Какие странные слуги обитают в королевском дворце» – с раздражением успела подумать я, прежде чем не начался новый виток расспросов.

– Путешествие было не слишком утомительно? Вы, наверное, по пути останавливались в «Розе и Короне»? – полюбопытствовала она, жестом приказывая двум рослым парням, которые мгновенно появились во дворе по ее короткому окрику, унести сундуки внутрь.

Я тоскливым взглядом проводила свой багаж, прежде чем ответить:

– Нет, я предпочла не останавливаться на постоялых дворах, – с натяжкой улыбнулась ей, отрицательно покачав головой.