Читаем без скачивания Северная граница (СИ) - Мясоедов Владимир Михайлович

Глава 9

О том, как герой любуется на последствия наплевательской атаки, отходит в сторонку и признает полезность высших сил

Турели «Тигрицы» стреляли в одну и ту же точку бронебойными снарядами, уверенно разбивая вершину одной из ближайших башен. Припаркованный к её вершине малый летучий корабль минуту назад отстыковался и попытался улететь, а вслед ему ударили магические лучи, разорвавшие кораблик на части. Видимо противник сумел отбить обратно эту часть замка, а потому располагающийся там стационарный боевой артефакт особой мощности требовалось с гарантией вывести из строя, пока он свою мощь на русских солдат не обрушил. Бортовые пушки эрзац-крейсера тоже стреляли, только на сей раз канониры использовали в них рекордно низкое количество пороха. Начиненным взрывчаткой металлическим шарам, которые легко могли бы перепутать с обычными ядрами, требовалось всего-то перевалиться через край крыши укрепления и улететь вниз. Во внутренний двор, который сейчас был занят войсками осман, активно пытающимися взобраться на свои же стены и сбросить оттуда русский десант, нагло занявший собою главную линию обороны крепости.

Османы сопротивлялись изо всех сил, извергая изнутри крепости облака порохового дыма и боевые заклинания, но поставленная перед авиацией задача минимум уже была выполнена. Как ни странно, но даже несмотря на состояние временной неадекватности экипажа почти каждый корабль прилетел именно туда, куда ему и было назначено в соответствии с планом. Одно судно рухнуло во внутренний двор крепости, не иначе как попав под удар магистра, но раз его сбили, то это не считается. Остальные же успешно выбросили свой десант туда, где противник сосредоточил большую часть орудий. Обращенный в сторону русского воинства гребень стены с многочисленными устаревшими дульнозарядными пушками. Крыша, где расставили более современную артиллерию. Верхушки башен, на которых разместили стационарные боевые артефакты, ныне захваченные или уничтоженные самыми малыми из летательных аппаратов, сумевших пристыковаться к относительно небольшим открытым площадкам.

Створки ворот медленно поползли в разные стороны, впуская внутрь ручеек сибирских монстров, который быстренько окреп до полноводной реки. Первые ряды тварей были уничтожены чем-то вроде закрутившегося прямо у них на пути огромного зеленого водоворота, вторым выпустили кишки трава, внезапно вымахавшая до размеров и остроты не самых маленьких мечей, третьи пали попав в облако какой-то светящейся пыльцы, а четвертых сразили османские пули…Но потеряв где-то половину от своего числа, заколдованные животные все-таки добрались до людей, находящихся во внутреннем дворе укрепления, и принялись остервенело рвать их в клочья. Олег выдохнул с облегчением. Захвативший ворота и парочку прилегающих к ним небольших башенок десант отчего-то медлил с открытием пути внутрь. То ли враги несмотря на очень внезапное нападение успели испортить управление сложными механизмами, то ли просто защищали их до последнего, сумев окапаться в каком-то узком месте. Однако, так или иначе, но дело было сделано, и теперь противнику придется сражаться не только с теми, кто высадился с летательных аппаратов, но и солдатами, что идут ножками по земле…Вернее, еще подергивающимся телам укрощенных сибирских монстров, разрядивших собою ловушки.

— Это была большая неожиданность, я бы даже сказал офигеть какая большая неожиданность…Форс-мажор, как говорят англичане, когда отказываются выполнять взятые на себя обязательства и пытаются спихнуть с себя ответственность. Причем воистину божественного масштаба форс-мажор! В прямом и переносном смысле слова, черт меня дери…А лучше дери меня какая-нибудь симпатичная суккуба с парочкой подружек… — Объясняющийся со своим заместителем Мстислав с трудом мог сидеть, опираясь на собственный алтарь, а еще он словно разом постарел лет на тридцать-сорок. Даже аура младшего магистра заметно угасла и практически начисто лишилась обычно наполняющих её эманаций пламени. Очевидно огненный элементаль, тесно связанный с молодым волхвом, сейчас пребывал в еще более худшем состоянии, чем его человек-контрактор и при всем желании не смог бы выдавить из себя больше чем пара искорок. — Перед битвой учитель как обычно молился всем богам, рассказывая о том, кто сегодня наши враги, какие за ними числятся подвиги и преступления…И вдруг ему ответят! Как ответят! Да кто ответит! Нет, в пантеон то сей бог входит, тут никто спорить не будет. Опасно спорить-то, пущай он испокон веков и стоит как-то так наособицу…Но жертв ему…Да мы ж никогда! Ну, может кроме обязательно-символических пару раз в год, да тех, которые по большому счету там на всех делятся…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Форс-мажор, значит, — процедил Олег, нежно баюкая пострадавшую руку и посматривая в сторону того замка, который атаковало воплотившееся божество. Точка обзора была у чародея неплохой, поскольку крыша захваченной крепости заметно превосходила по высоте стены соседних замков. Наиболее мощное из имевшихся в Трех Камнях укреплений, того самого во дворе которого располагалась батарея тяжелых мортир, обзавелось оплавленной дырой овальной формы габаритами где-то двадцать на тридцать метров. И углублялась она далеко, очень далеко. И глубоко, ведь исторгнутая языческим божеством отрава ударила под довольно острым углом, устремившись куда-то к фундаменту. К каким именно результатам привела столь наплевательская атака, чародей точно не знал, однако предполагал её крайнюю эффективность. Во всяком случае, все находившиеся во дворе люди лежали мертвыми, хотя на них ни одна капля яда вроде бы и не попала. То ли испарений хватило, то ли эманаций. А по русской армии, увлеченно ломающей барьеры и ворота, пусть постреливали со стен и даже с верхних этажей замка, в том числе и ядрами, но без особого энтузиазма. Словно внутри не целое войско, а максимум пара тысяч каких-то криворуких ополченцев. Плюс пока противник не применил ни одного заклятия, достойного архимагистра. Или тем более двух, да еще находящихся на своей территории, заботливо подготовленной к отражению атаки. Армейские чародеи прикрывали армию барьерами от ударов, процентов на восемьдесят идущих из последней уцелевшей части Трех Камней. — А не скажешь, чем может быть вызван такой форс-мажор? Может, Савва предложил этому богу чего-то такое особенное?

— Нет! Точно нет! Ни разу такого на моей памяти не было ну вот ни разу! А если бы учитель мог, то упросил бы бога покарать японцев или англичан, ну может еще каких заклятых своих врагов…Крепость где-то на глухой окраине страны, которую мы своими силами бы взяли, и с которой точно ничего крупного не обломится, такого просто не стоит. — Выросший на Дальнем Востоке молодой волхв имел какие-то искаженные представления о том, какие территории России вообще-то считаются глушью и безнадежным захолустьем, но в отношении собственного учителя, скорее всего, был прав. Архимагистр ради возможности расквитаться с кровниками потратил чуть ли не все имеющиеся силы, деньги и влияние, а призови он на решающую битву союзное божество, пусть даже совсем ненадолго, то исход сражения стал бы, скорее всего, совсем другим. — Видать, сильно обижен был на кого-то сей бог, раз на молитву вдруг ответил, да так ответил. На османского архимагистра, скорее всего. Если бы на нашего предателя, учитель бы знал и раньше его под удар высших сил подставил, чтобы поднять себе репутацию среди смертных и бессмертных…Да, точно султанский прихвостень тому виной! Турки, они в делах веры серьезны и жестоки, прославиться борьбой с теми, кого они считают демонами и злыми духами, для них почетно. Мог вельможа султанский какой-нибудь храм разорить да осквернить, содрав шкуры с преданных слуг Змея, а то и кого-то из его детей. Но то было либо давно очень, либо в землях заморских, иначе я бы слышал. Может в Африке, может в Индии, куда пираты часто за рабами захаживают, а может и вообще в Китае…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Магия! Магия вылупляется под нами! — Раздался громкий крик с шипящим акцентом. Один из колдунов-ящеролюдов тыкал в крышу прямо под собой и, если Олег правильно помнил, этот его подчиненный отличался крайне высокой чувствительностью, помогающей ему видеть скопления волшебства или жизненной энергии даже сквозь не особо толстые материальные преграды. Хотя чего-нибудь вроде работающего на всю катушку алхимреактора он бы и сквозь толстенную каменную плиту засек. — Справа! Слева! Везде! Много!