Эрик, или Эйрик, сын Эмунда (Эдмонда), конунг Упсалы, умер в 882 году. Шведский археолог Биргер Неман считает, что он «покорял Восточные земли» в начале своего правления — в 850–860 годы. Такие даты почти идеально совпадают с датами правления Рюрика…
Сложность в том, что Биргер Неман и сам не мог толком объяснить, как он вычислил именно эти сроки покорения Аустрленда Эриком Эдмундовичем.
По третьей версии, Рюрик — это Хререк, который был сыном норвежского конунга Харальда Прекрасноволосого. Кроме имени, о Хрерике совершенно ничего не известно. И ничто, кроме имени, не делает его вероятным «нашим» Рюриком.
В общем, варяжская версия довольно убедительна в целом, но не предлагает никакой конкретной личности на роль Рюрика.
Варяги на Северной Руси
Государства у восточных славян возникали несколько раз и вне прямой связи друг с другом. В IХ веке мусульмане писали о трех государствах Руси — Куявии, Славии и Артании. Куявия — это наверняка Киев. Славия — государство словен ильменских. Артанию ищут до сих пор. В VIII, а то и в VII веке родилось государство у волынян. Долгое время главным городом этой земли был возникший в Х веке Галич. От этого города идет и дожившее до наших дней название страны — Галиция. Ладога — только один из государственных центров.
Тем не менее восточных славян сплотило в единое государство именно государство Рюрика. Почему именно оно? Наверное, в числе прочих преимуществ сказались преимущества скандинавов и вообще германцев: более высокий уровень дисциплины, активность, индивидуализм, владение технологией ведения войны, технологиями международной торговли. Возможно, тороватые активные германцы были необходимы и полезны.
Правда, есть основания предполагать, что варяжских государств тоже было несколько. О Скальде и Звере в Киеве мы уже знаем. Можно предположить и варяжскую династию в Плескове-Пскове… А может, и не в одном только Плескове, а и в других городах Псковской земли. Может быть, очень не случайно Ингвара-Игоря женили именно на уроженке Псковской земли Эльге-Ольге: объединили в одной династии два примитивных варяжских государства.
Но с IХ по ХI век влияние варягов на Русь только уменьшалось — в том числе и на Севере Руси, на что есть самые веские причины.
Во-первых, приходила к концу «эпоха викингов». Сама Скандинавия менялась — в ней развивалось ремесло и земледелие, избыточного населения становилось все меньше. В ХI — ХII веках Скандинавия не выплескивала из себя такие же многочисленные и буйные молодежные ватаги, как раньше. Река «избыточных» превращалась в ручеек, а к ХIII веку пересохла.
Во-вторых, Скандинавия вовсе не опережала Русь по уровню развития. Скандинавия — отнюдь не Италия и не Сирия! Это дальняя периферия цивилизованного мира, холодная и глухая.
Крещение Руси состоялось на два-три века раньше, чем стран Скандинавии. В Дании христианская церковь начала развиваться с Х века, а ее права были закреплены законом в 1162 году. В Швеции языческое святилище в Упсале разрушили в конце ХI века, а христианская церковь окончательно восторжествовала в 1248 году. В Норвегии пытался христианизировать страну Хокон Добрый (936–960), который крестился в Англии; но он сам и его наследники провести реформу до конца не смогли. Норвегию христианизировали только в 1147 году.
На Руси до самого конца эпохи викингов русские христиане имели дело со скандинавскими язычниками. На острове Березань (на порогах Днепра) найдена руническая надпись: «Грани воин воздвиг этот монумент в память своего товарища Карла». Что характерно, язычник высек руны, поминая друга с христианским именем.
С самого начала славяне легко поглощали и ассимилировали варягов — свирепых и мстительных, но не умевших делать такие же хорошие вещи, в земле которых не шумели такие же торговые города.
Постепенно Новгород начинает контролировать устье Невы, множество славян живут в самом Приладожском крае. Но даже в ХI — ХII веках Приладожский край остается своим для скандинавов.
«Ладожское ярлство»
Ярицлейф Скупой, которого Н. М. Карамзин начал называть Ярославом Мудрым, не только имеет скандинавскую версию имени и порой ведет себя как скандинав. Его жена Ирина-Ингегерд, дочь первого общешведского конунга Олафа Шетконунга, получила Ладогу и Приладожский край в свой удел. Это ярлство было населено в основном славянами и чудью, оно вполне определенно входило в Древнерусское государство.
Но управлял этим ярлством родич Ингегерд, ярл Ренгвальд. Это варяжское ярлство, часть Древнерусского государства, контролировало торговлю между Северной Русью и Швецией. Оно опиралось на такие мощные по тем временам крепости, как Адельгьюборг (Ладога) и Алабор (Олонец).
Жившие в Приладожском крае варяги вовсе не утрачивали связь с родиной. Двое из благородных ярлов Ренгвальда остались править в Ладоге, а третий, Стейнкиль, вернулся в Швецию и основал там новую династию. Стейнкиль хорошо знал Русь и активно применял свои познания — например, когда епископ Адальвардл решил сровнять с землей языческое святилище в Упсале, конунг довольно точно предсказал, к чему это приведет: к волнениям в народе и к новой волне возвращения к язычеству. В своих оценках конунг Стейнкиль опирался на опыт славянских дел, в том числе на опыт западных славян. В его эпоху в Швеции чеканили монету, подражавшую серебряным монетам Ярослава Мудрого.
Вне Руси, в самой Скандинавии, известны рунические надписи, поминавшие русские дела. Надпись ХI века — помянут воин, погибший на Руси. В двух текстах помянут «Хольмгард». В четвертой упоминается скандинавский купец, торговавший с Русью.
В самой Швеции Ладожское ярлство называли «Альдейгьюборг с прилежащими владениями его ярла», а всю Северную Русь — «Великой Швецией». Это опять полная аналогия с психологией эллинов: «Великой Грецией» в V–III века до Р. Х. называли богатые греческие колонии в Южной Италии и на острове Сицилия.
Само же положение скандинавов на Руси напоминает статус немцев в Российской империи… Как Прибалтика была до ХХ века «немецким заповедником», так Приладожье остается «Варяжским заповедником» века до ХII.
Постепенно скандинавы в Приладожье сливались со славянами и чудью и все сильнее осознавали себя вовсе не эмигрантами с Севера, а коренными местными жителями. В середине ХII века это проявилось очень ярко: к Ладоге-Альдегьюборгу подступило войско шведского короля.
Усиливаясь, шведские короли расширяли пределы своего государства. Речь шла уже вовсе не о дренге и не о походе викингов, а о регулярных завоеваниях феодальных владык. Первый крестовый поход шведские короли направили на юго-восток Финляндии. Поход удался, часть Финляндии стала частью владений шведского короля.
Второй крестовый поход прошел еще восточнее, а потом пятитысячное войско шведов осадило Альдегьюборг. Так вот — Ладога не капитулировала, а потомки варягов не открыли ворот шведам и не стали их «пятой колонной».
Когда подошло войско из Новгорода, шведы отступили… на восток. Формально это было совершенным безумием — шведское войско удалялось от знакомых ему мест, уходило в чащобы, населенные только биармами (к северу сегодняшней Вологодчины). По-видимому, скандинавы, потомки варягов, не осознавали бессмыслицы того, что они делают: в отличие от нас и от современных шведов, шведы ХII века вовсе не считали, что идут по чужой земле.
Ну, а варяги Адельгьюборга встали на защиту общего государства вместе с чудью и славянами.
Так происходило много раз и в разных странах, на разных континентах: потомки переселенцев сливались с местным населением и выступали против стран, из которых пришли их предки. В ХIХ веке испанские колонисты в Латинской Америке воевали с Испанской империей не менее яростно, чем потомки индейцев… Да очень часто и различить было невозможно, кто где — испанцы смешались с индейцами, возникли народы мексиканцев и аргентинцев, которые говорили на испанском языке, но вовсе не осознавали себя испанцами.
В Российской империи в Первую мировую немцы воевали на ее стороне, вовсе не считая немцев из Германии дорогими сородичами.
Может быть, и в «Альдегьюборге с прилегающими землями его ярла» происходило что-то похожее?
Позиция скандинавов
Всю историю Древней Руси русские князья относились к варягам вовсе не как к иноземцам. Сколько раз обращались они к ним за помощью и всякий раз получали! Владимир хотел получить поддержку в войне против братьев — ушел к варягам и вернулся с варяжскими дружинами.
Князь Ярослав тоже получил поддержку варягов в борьбе за киевский престол.
Описывая жизнь этих князей, историки всякий раз добавляют к словам летописца слово «наемные». «Вернулся с варягами», — пишет летописец. «С наемными варягами», — уточняет историк. Наверное, историки лучше летописцев знают, что варяги были именно наемные — ведь сами летописцы ничего подобного не сообщают. Летопись говорит — с варягами, а толковать уже можно, как хочется.
