затем еще и требуете за подобный произвол деньги?! Причем не мало, судя по сумме. Вряд ли здесь юани за демонов начисляют сотнями. Иначе мужик бы даже заморачиваться не стал".
— Я не уверен в своей платежеспособности, господин, — Как можно более вежливо ответил Саргон. Ясно ведь, что дедан специально преподнес факт долга максимально внезапно и обескураживающе. Хочет видеть последствия срыва или просто так развлекается за чужой счет? У попаданца не было ответа на этот вопрос.
— Ничего, если не отдашь в течение недели, то я покажу тебе гравюры трав, которые требуется собрать. Пару ночей не поспишь, по лесочку рядом со своей казармой походишь, свежим воздухом подышешь. У вас, небось, в казарме все окна закрыты и щели законопачены. Так и болезнь недолго подхватить! — Поднял указательный палец И Шенг, — Заботиться о своем бренном теле стоит с младых ногтей.
— Этот младший благодарен за совет и заботу, — Снова пришлось кланяться престарелому троллю. Тот важно покивал, открыл свою старую варежку для новой подлянки, как вдруг в кабинет быстрым шагом влетел его племянник. К вящему облегчению Саргона. По крайней мере, куратор выглядел в глазах подчиненных более предсказуемым и прямолинейным. Издевательства, придирки или издевки разной степени тонкости были у него не в чести.
— Ты закончил с ним?
— Про долг сообщил, — Довольно прищурился врач. Ксин только поморщился от его ухмылки да головой покачал, однако ничего против говорить не стал. Демонстративно повернулся к Саргону, после чего произнес:
— Доедай быстрее. Сейчас я кратко расскажу тебе, что узнал о Темной Богине. Точнее, чья именно метка может у тебя быть.
— Это только наши предположения, — Влез И Шенг, — Однако они могут тебе пригодиться. И нам заодно. Даже если ты точно знаешь имя, оно может быть вторичным или вовсе ипостасью. У нас, синов, такое сплошь и рядом. В общем, слушай, малец, раз тебе так повезло получить совет двух настолько великих мужей, как я и мой племянник. Благодари за это нашу скуку, напряженный день и твое своевременное появление.
Саргон молча поклонился.
— Значит так. Из доступных Темных Богинь, которым тебя могли посвятить родители, есть только Высшие синского и Аркадского пантеона. Однако последние давно мертвы. Их культы угасают, сторонники отказываются продолжать веру предков. Поэтому их мы не берем. Все равно тут должен говорить какой-нибудь аркчжэнь.
— Хотя мало ли. Вдруг ты последователь Нингаль или Ашторет? — Лукаво прищурился старый целитель, вот только Саргон не мог с уверенностью сказать, сколько шутки было в его словах. А сколько — мрачного предположения и недоверчивого взгляда опытного культиватора.
— Как ты себе это представляешь? — Поморщился Ксин, — Аркадская Богиня не смогла бы спасти его от падения на иной план. Вытащить как-нибудь по-другому, отправить слугу в помощь, подарить дар разжижения плоти — да. Хотя последнее намного выше его уровня. Но вот перенаправить потоки… Не будешь же ты утверждать, дядя, что эта Нингаль ждала нашего Саргона. Или он самостоятельно пробил туннель со слоя на слой?
"Вообще-то да, самостоятельно. Просто я не уточнял в рассказе. Достаточно и слов "шарахнул всей Ци Чанъэ, которая еще оставалась". Благо, ни мой куратор, ни его параноидальный родственник на чужих планах либо не бывали вовсе, либо те оказывались более враждебными или специфичными, чем мой. Впрочем, там ведь еще и особая ночь наложилась. Исключение из правил действовало во время еще большего исключения этих самых правил. Боже мой, точнее, о Богиня, как я вообще сумел выжить?!"
— Ладно-ладно, рассказывай, что ты там нарыть успел после нашей беседы и чем это может грозить твоим солдатикам или лагерю новобранцев.
"А вот и истинная причина подъехала. Ага, заботятся они обо мне, время личное тратят. Аж два раза! Показатели снижать не хотят и бегать потом с высунутым языком из-за массовых смертей всяких оборванцев. Впрочем, все равно немного приятно. Тем более, информация тоже лишней не бывает. Послушаем. Только доем… Господи, какая вкусная кукурузная каша! Только нихрена не сладкая и вкус ближе к абрикосовым косточкам, но это все мелочи. Почти наелся ей, а это показатель!"
— Итак, я остановился на Цань-шэнь, Ма-мин шэнму. Богиня шелка и шелкопрядства, Госпожа Тутовых Деревьев, Девица в Лошадиной Шкуре.
— Да, она подходит, — После минутных раздумий сообщил старик, — Более чем. На самом деле, это объясняет и нездоровый ум твоего мальчишки, и его скрытность… Даже талант!
— Эм, вы уверены, что она Темная Богиня, Чжэнь лао сянь-шен? — Скептически поинтересовался Саргон.
— Она еще и Богиня Обличий. Твоя реакция простительна, — Снисходительно отмахнулся тот, — Хотя Ма-мин шэнму редко вмешивается в дела смертных, но ее культ построен на поколениях жрецов и верующих. Целая провинция в центральных землях империи считает ее своей главной покровительницей. А главное — она незлобива. Кроме ее личных последователей, Богини нет никакого дела до остальных людей. Если храмы не разрушают, а жрецов не дают в обиду. Остальное ее не трогает.
— Думаешь, все-таки она? Если да, то пусть пацан дальше сам с Шелковичной Девой цацкается. Мы ему не наставники, чтобы давать советы за просто так. К тому же, Цань Шэнь ревнива и не разборчива в средствах. Главное мы выяснили — ваших или чужих оборванцев Форта задеть не должно. Поэтому доедай-ка, шалопай ты смрадный, да ступай себе обратно к таким же черноногим.
"Я бы и счастлив, только Ксин вряд ли с тобой согласен, старый ты нехристь. Вон, сверлит меня предупреждающим взглядом. Ну нафиг, лучше лишний раз остатки каши ложкой соскребу. Или вовсе пальцем… Нет, нельзя. Не в отряде, чай. Да и там оскотиниваться не стоит. Короля делает свита. Я не король, но и манеры свинопаса мне ни к чему".
— Не торопись, Шенг лаоши. Есть небольшая вероятность других Богинь. Заезжие лаоваи, угасающие божки глухих провинций, культы уничтоженных народов, места поклонения Великим Духам, шаманы Хингана, Посажёный Отец из культа предков орочон…
— Ты нашел того поэта из Отряда Сойки? — Вздохнул И Шенг, — Надеюсь, не в стихотворной форме? Его исторические оды утомительны даже для меня.
— Он бездарность, зато хорош в собирании и подборке сведений, — Парировал императорский гвардеец.
— Ну не скажи. Мне нравятся вирши о вине. Как будто обо мне написано:
Коль к ночи не выпьешь –
Не будет покоя,
Не выпьешь с утра –
И подняться не в силах.
Я бросил бы днем
