(88) бомбандируют Зимний дворец (89). С перерывами продолжалось до 12 ч[асов]
ночи. В 1 ч[ас] ночи в редакции слышал, что будто бы на Балтийск[ий] вокзал (90) прибыли с фронта
войска.
В 2 ч[аса] 30 [минут] и [в] 3 ч[аса] ночи опять слышались пушечные выстрелы.
Позвонил на группу Б, хотел поговорить с телефонисткой – продолжается ли стрельба? Сейчас же
включилась стар[шая] дежур[ная] с замечанием, а когда я предложил ей поговорить со мною, если
устала от работы, то телефонистка повесила сейчас же трубку. На кнопку А отвечает мужской голос.
Надо полагать, что большевики сейчас следят, чтобы телефонистки не разговаривали. По известиям из
других газет [329], еще Правительство не арестовано, а Зимний дворец занят наполовину. Много
слухов, но еще все никто не знает. В ночном сражении много жертв с обеих сторон. Много погибло
юнкеров.
[Петроград,] 27 октября [1917 года], пятница.
Сегодня утром вышли газеты «Правда» (91) (быв[ший] «Рабочий путь», обратно переименовался), газета Копейка (92) и «Новая жизнь» (93). Только в последней помещена статья под заголовком
«Свободу печати», в которой автор возмущается за социал-демократию, которая зажимает рот печати
и предает газеты сожжению. В противовес такой статьи в газете «Копейка» помещено обращение
Военно-Революционного Комитета (94) к печатникам с просьбой ничего не выпускать без его
разрешения (обращение это к сему приклеиваю) [330]. Оказывается, что нашлись поклонники системы
Победоносцева (95) и Плеве (96) «Держи и не пущай»97.
Вышли еще газеты «Народное слово», издающаяся в нашем доме и орган Ц[ентрального]
И[сполнительного] К[омитета] Р[абочих] и Сол[датских] деп[утатов] «Солдатский голос» вместо
закрытого органа «Голос солдата» (98).
Ц[ентральный] И[сполнительный] [Комитет] Р[абочих] и С[олдатских] д[епутатов] решительно
призывает всех бороться с большевиками [331].
В 2 ч[аса] дня шел крупинками снег. Морозит. Сильный ветер.
На телефонной станции дежурная радостно заявила, что станцию заняли юнкера. Около этого
времени позвонила мне воспитательница приюта (99), которая ночевала дома и около 8 ч[асов] утра
хотела ехать в Удельную (100) и попала под обстрел.
3 [часа] 30 м[инут]. С телефонной станции заявили, что соединять частных лиц не будут: смены
нет, устали работать и вся станция в огне (лампочки – сигналы). В то же время с Удельной сообщили, что слышно со стороны Петрограда орудийные выстрелы. По сообщению со станции телефонной
обстреливают площадь у Мариинского дворца (101).
В 5 ч[асов] 30 [минут] дня.
Позвонил к стар[шему] инжен[еру] станции (т[елефон] 1333) Леониду Карлов[ичу]
Кампе (102) (мой кузен), ответил какой-то служащий, заявив, что Леонид на станции, которую только
что заняли большевики [332].
[Петроград.] Ноябрь 20-й день, среда.
29 октября около 10 ч[асов] вечера я был у ворот и мне сообщили, что в редакции Народное слово
в первом этаже хозяйничают матросы. Я отправился в районную думу, а в это время ворвались ко мне
в квартиру и стащили, вместо разыскиваемого оружия 3 ф[унта] шоколада, 20 колод карт, 25 штук
сигар, золотое кольцо, 300 охотничьих патронов, саквояж, бинокль Цейса призматический, фотографический аппарат, шашку Кареева (103), кортик Николая Волынского (подполковник из
Гельсин[г]форса (104)), оставленный им в приезд в октябре месяце. Еще может быть что-нибудь взяли, но пока не бросилось в глаза.
[Петроград.] Пятница, 1 декабря [1917 года].
Позвонил на квар[тиру] Алексея Михайловича Колюбакина (105), генерал, быв[ший] атаман
казаков. Оказалось, что в июне месяце он умер. Семья его уехала в Екатеринодар (106). Квартира
сдана с мебелью и две комнаты оставлены за семьей его. Сыновья (107), офицер и кадет, заходят
иногда, но где живут, неизвестно.
Конец 1917 г[ода] [333].
Государственный архив Тверской области. Ф. 1063. Оп. 1. Д. 182. Л. 7 об. – 26. Подлинник.
Рукопись. Блокнот. Чернила.
«ОСОБЕННОГО НИЧЕГО НЕ БЫЛО…»: ИЗ ДНЕВНИКА ВЛАДИМИРА
ВЛАДИМИРОВИЧА СУХАНИНА [334], (1)
Петроград, 13 августа – 31 декабря 1917 г. [335]
13 августа
Воскресенье
Вчера днем я перебрался в комнату от хозяйки: Вас[ильевский] Остр[ов] Аккадем[ический]
переул[ок (2), дом] № 1, кв[артира] 15.
3 Августа я купил проездной билет в Кишинев без плацкарты, а 4 Августа выехал на Бахмач (3) –
Жлобин (4) – Витебск (5). 6 Августа ехал уже не в штабном вагоне, а получил плацкарту и 8 Августа в
12 ч[асов] прибыл в Петроград… В день приезда был у Марии Львовны (6), а на другой день у нее
провел вечер. В день приезда был у барона Будберга [336], (7) (Пушкинская [улица (8), дом] 4, кв[артира] 15), узнал и […] в цензуре 9 числа был в Цензурной Комиссии (9), куда подал рапорт перед
[…] № 13 генер[алу] Зайцеву (10). Обещают 1 сентября, плата увеличена до 5 р[ублей] суточных. Был
через день в Цензуре и заручился согласием Конста[нтина] Егор[овича] К[ометса] (11), который
теперь вместо ген[ерала] К[арпова] (12), который стал рядовым цензором. Цензура приняла другое
наименование; рапорт я писал: «Начальнику Почтово-Телеграфного Военного Контрольного
Бюро» (13). Подпоручика Мацеевича (14) уже вовсе нет, а вместо него ген[ерал] Зайцев…
Был в Глав[ном] Казначействе (15) и узнал, что пенсия моя уже переведена сюда.
14 августа
Понед[ельник]
Сегодня я уплатил за комнату 70 руб[лей] с 12 Авг[уста] по 12 Сент[ября] и получил расписку с
Юлии Бек (16). Вчера вечером был у Уполномоченного Х[…] (дома где я живу) по
продовольственному комитету (кв[артира] № 30). Карточки (17) же достать не удалось за поздним
временем.
15 августа
[Вторник]
На 2 линии д[ом] № 23 в Комитете квартиры я получил карточки для продовольствия; две
основных: на хлеб, жиры и сахар (на лин[ии] № 23).
Был вчера у Алекс[ея] Петр[овича] Архангельского (18) в его новом кабинете (2-й подъезд от угла
Невского с площади (19)). Он был очень внимателен и обещал в случае неудачи снова поступить в
Цензуру – принять к себе в Главный Штаб (20), как полк[овника] Рудницкого (21). Говорил, что
можно бы устроить нам выезд в Италию, через Швецию. Архангельский занял квартиру Нач[альника]
Гл[авного] Штаба (1-й подъезд от угла Невского).
Был в IV отделении Гл[авного] Штаба (22) по особому допуску, заходил в отделение, где
занимается Рудницкий. Он мне сообщил, что получает: жалование по чину – 100 р[ублей], квартирных
65 р[ублей] и порционных 120 р[ублей] по 4 р[убля] суточных – всего 285 р[ублей]. Он не особенно
доволен, занятия с 10 ч[асов] до 6 вечера без перерыва. Жаждет освободится и сманивает меня на свое
место. Это лишь по-видимому не выгодно, т[ак] к[ак] я получаю: пенсии 181 р[убль] (если вернусь в
Цензуру) + 150 р[ублей] = 331 р[убль], а занятий всего 5
