Читаем без скачивания Люди в чёрном - Стив Перри

– Галактика здесь, а не на поясе Ориона, – проговорил он немного погодя. И направился к машине.

Джей помедлил, посмотрел вслед Фрэнки. Мопс остановился у пожарного гидранта, с достоинством задрал лапку и потрусил было дальше, но вдруг замер и басовито залаял. Лаял он на белую кошку, примостившуюся на карнизе соседнего дома.

Занятно, черт побери. Чужак лает на кошку. На кошку…

Глаза Джея едва не выпрыгнули из орбит, – Кей! – завопил он. В машине Кей спросил, обращаясь скорее к самому себе:

– Зачем жук вломился в лавку? Не колечко же для помолвки подыскивал.

– Ну уж нет, – хмыкнул Джей. – Галактику искал… Может, до сих пор не въехал, у кого она?

Кей покачал головой.

– Ставка один к трем, крепыш. Он оказался в лавке раньше нашего и видел то же, что видели мы. Жуки далеко не глупцы. Надежда лишь на то, что мы успеем его обскакать.

– Так чего ты тогда плетешься? Давай, жми! Наддай газку!

Кей кивнул.

И наддал.

Глава 17

Доктор Лорел Уивер сидела за письменным столом и составляла отчет о последнем вскрытии. Ничего не скажешь, не повезло бедняге. Тело привезли из Центрального парка. На него наткнулась дама, выгуливавшая своих карликовых пуделей. Точнее, наткнулись пудели, а дама подняла крик. По отпечаткам пальцев полиция установила личность убитого: Леопольд Гейтс, финансист с Уолл-стрит, задолжавший клиентам миллионы долларов после обвала акций на бирже. Ему предъявили обвинение, но отпустили до суда под залог. И вот результат – многочисленные огнестрельные ранения в голову и грудь.

При вскрытии Лорел извлекла шестнадцать пуль четырех разных калибров. Похоже, покойного Леопольда отыскали обманутые клиенты. Бах! Получай, Леопольд! Ба-бах! Получай, подлый трус! Или тут поработал маньяк, имеющий привычку таскать с собой целый арсенал. А может, его просто-напросто перепутали с тезкой, с тем самым Гейтсом, имя которого давно стало притчей во языцех.

Лорел нахмурилась. Что за странные мысли? Она чувствовала себя так, словно накурилась "травки". День вроде бы ничем не примечательный, все как обычно, а в голову с утра лезет всякая дребедень… Какие-то обрывки воспоминаний, случайные фразы, но ничего цельного, такого, за что можно ухватиться… Казалось, в памяти зияют неизвестно откуда взявшиеся пустоты, которые никак не удается заполнить.

На стол вспрыгнул рыжий кот, доставленный накануне вместе с тремя трупами из того русского ресторана. Как же назывался ресторан? А, "Боржч".

– Что, внимания захотелось? – Лорел погладила животное, потом взяла в пальцы кулон, болтавшийся у кота на шее, прочла надпись. – Орион… Красивое имя.

Она наклонилась, чтобы получше разглядеть кулон, и вдруг увидела нечто, поразившее ее до глубины души. Внутри кулона сверкали и переливались мириады разноцветных огней. Впечатление было такое, словно смотришь из чудовищной дали на гигантскую рождественскую гирлянду. Огни манили, притягивали, очаровывали. Лорел почудилось, будто она слышит музыку сфер…

Кот противно мяукнул и одним прыжком перескочил на шкаф. Лорел очнулась. В холле пронзительно дребезжал колокольчик: кто-то настойчиво требовал служителя. Вот тебе и музыка сфер. Пригрезится же такое…

Здесь требовалось спуститься на несколько ступеней вниз. Под сводом было гулко и прохладно, почти как дома. И запах, чем-то напоминавший запах данга…

Слева была запертая (Бигбаг проверил) дверь, а прямо – стойка, отгораживающая часть помещения. За стойкой имелась другая дверь, сделанная наполовину из хрупкого полупрозрачного материала. Такая дверь в принципе не могла воспрепятствовать тому, кто хотел пройти через нее, и у Бигбага опять возникли сомнения в интеллектуальных способностях аборигенов. Дверь как символ. И этот барьер – символ…

На барьере была нарисована белая стрелка, указывающая на кнопку. На стрелке имелась надпись: "Вызов дежурного". И Бигбаг, удивляясь себе и даже отчасти восхищаясь собой, последовал этому местному ритуалу: вызову дежурного. Он нажал на эту кнопку. Мерзко заверещал сигнал.

Через несколько минут из какой-то ниши в стене появился маленький абориген в оптических корректорах на глазах. В одной руке он держал раскрытую книжку, а в другой – странное устройство, напоминающее всем известный альдебаранский шешендрик, только размером побольше.

– Чего тебе надо, добрый фермер Джон? – осведомился он, глядя куда-то поверх головы Бигбага.

– Тут должен быть человек. Прибыл раньше меня. Он мертвый.

Абориген не ответил. Его глаза, и без того уменьшенные линзами, еще более сузились и уставились на маленькое крылатое насекомое, доверчиво опустившееся перед ним на стойку.

А потом он взмахнул гигантским шешендриком и расплющил несчастное маленькое создание!

– Не делай этого, – сказал Бигбаг тихо.

– Мертвый человек? И в морге? Кто бы мог подумать… Так чего ты от меня хочешь? Дать тебе мыла? От тебя воняет, парень, по-настоящему воняет.

– Возможно. Этот мертвый покойник…, он был мне очень близок. Друг. Или брат. В большой степени брат. Он имел животное. Кошку. Это животное я подарил покойному. Я. Поскольку мой друг прервал свою жизнь, я хочу повернуть его взад. Эта кошка представляет для меня в большой степени интерес и важность.

– Понятно… – Абориген вновь взмахнул шешендриком и размозжил еще одно летающее создание, – Я понимаю. Друг, подарок… Но есть порядок. Мне нужно будет твое удостоверение с фотографией, письменное свидетельство, подтверждающее факт подарка, а также документ о состоянии родства с покойным…

Третий яростный шлепок!

– Не надо, – сказал Бигбаг.

– Не надо чего? О Боже…

Глаза аборигена вдруг расширились. Он смотрел на стойку, и Бигбаг посмотрел туда же. Несколько маленьких созданий, спасенных Бигбагом от страшной неминуемой смерти там, в здании из глиняных брикетов… Погорячился я тогда, подумал Бигбаг, не следовало мне брать корабль с собой. Стоял бы он там спокойно, дожидался меня.

Абориген нырнул под стойку, а когда вынырнул, в обеих руках у него было по смердящей жестяной банке. От них шел тот же запах, что и от куч сахара на окраинах города-гнезда…

Глаза Бигбага стали наливаться багровой тьмой. Никогда в жизни ничего он так не хотел, как хотелось ему сейчас почувствовать под пальцами живую плоть…

"Форд" остановился у входа в морг. Когда они вышли из машины, Джей сказал:

– Не возражаешь, если я пойду один?

– Что так?

– Надо всего лишь забрать из морга кота. Если пойдем вдвоем, – Джей развел руками, – ты снова схватишься за пыхалку, снова начнешь чистить мозги бедной девочке. Она же медик, а с твоими методами в два счета забудет, чему ее учили в колледже. Пять минут – и я вернусь. Договорились?

– Две минуты, – отрубил Кей.

Джей подмигнул и скрылся за дверью…

Он легонько постучал – самкой по стене.

– Где животное?

Самка извивалась, пытаясь спрятать лицо. Ее всю перекосило.

– Не знаю! – совершенно бессовестно говорила она не правду, и переводчик-телепат просто умирал от стыда и возмущения. – Где-то прячется. Он боится шума. Вон там, в той стороне.

– Пойдем посмотрим…

Бигбаг приподнял ее за отставшую шкуру – или это была одежда? – и понес в указанном направлении.

– Зови. Пригласи животное. Поговори с ним.

– Кыс-кыс-кыс! Орион! Ориончииик!

– Громче.

– Ориончиииик!!! Кыш!!! Кыш, кому говорю!!!

Бигбаг повернулся. Зверек стремительно прошмыгнул мимо и скрылся между шкафами. Для вялого студенистого млекопитающего он был весьма подвижен.

– Почему ты зовешь его Орионом?

– Так было напи…, кха…, ты меня задушишь…, написано на ошейнике…

– Я тебя задушу, если через пять минут ты не отдашь мне зверя.

Зазвенел звонок.

Потом – еще и еще.

– Эй, есть тут кто живой? – раздался голос.

Переводчик-телепат сжался в комок. Он узнал этот голос. Голос пограничника, владевшего незаконным оружием и просто чудом – чего уж тут… – не подстрелившего Бигбага у лавочки Розенберга.

– Слушай сюда, самка, – сказал он. – Ты хочешь продолжить свое жалкое, никому не нужное прозябание?

– Д-да…

– Тогда будешь делать мне все по моему хотению.

Как ни странно, служителя в холле не оказалось. Джей позвонил раз, другой, подождал несколько секунд, для очистки совести заглянул под стойку, а затем направился в мертвецкую.

Л орел встретила его деревянной улыбкой. Она стояла за прозекторским столом, покрытым свисавшей до пола простыней. Стол пустовал, если не считать брошенного на него халата. Лорел выглядела так, словно забыла, что она здесь делает. Может, Кеева пыхалка все-таки сорвала ей крышу?

Джей танцующей походочкой приблизился к столу.

– Привет.

– Привет, – откликнулась доктор с фамилией актрисы. И голос у нее какой-то чудной… Неужели съехала с катушек? Кею лишь бы на кнопку жать… Ну нельзя же так с девушками, в самом-то деле.