себя добряком из пары «хороший/злой коп». Будь мы в детективе, я бы в этот момент угостил подозреваемого сигареткой, а «злого копа» Эми, которого непременно убьют в конце фильма, отправил бы отдохнуть минутку за дверью.
Задумавшись, я прослушал начло его ответа. Когда я опомнился, Игорь говорил:
–… и тогда мы с Ильёй приехали сюда. Я до этого был уже неделю в завязке, поэтому соображал очень слабо. Голова раскалывалась, перманентная боль в каждой клеточке тела. Илья предложил запереть меня на какое-то время в подвале. Для моей же безопасности, чтобы я не сорвался, а он бы приглядел за мной. Я согласился. Вы бы только знали, как я об этом потом пожалел. Меня начало ломать так, что я готов был лезть на стены. Что и случилось: на вторую ночь я заметил окошко под потолком подвала. Не знаю, откуда у меня взялись силы, но мне удалось выдавить его из рамы и выбраться наружу. Там я перелаз через ограду и побежал.
– Куда? Тут же полная глушь, – спросила Эми.
– А вот хрен его знает. Говорю же, что туго соображал тогда. Просто побежал прямо. Как оказалось, к реке. Прошёлся чуть по берегу к месту, где мы сейчас, и не знаю, что делать: из-за реки идти дальше некуда, чувствую себя так плохо, что жить не хочется. Тогда-то во мне что-то щёлкнуло: я нашёл камень побольше, прижал руками его к себе и бросился в воду.
– Утопиться решил, что ли? – уточнил я.
– Ну да! Прада, после прыжка в воду на меня всей мощью обрушился зимний холод. Я не смог в ледяной воде удерживать камень, выпустил его из рук и встал на ноги – нырнуть с головой у меня тоже не хватило духа. Я просто стоял мокрый по грудь в воде и дрожал, и вдруг увидел кое-что на берегу, что меня остановило. Вернее, кое-кого – оленя.
– Что ты несёшь? При чём тут олень? – негодующая Эми махнула руками. Пистолет оставался у неё в ладони, и мы с Игорем инстинктивно уклонились от её жеста.
– Как вам объяснить… – продолжил Игорь. – Вы верите в знаки там, судьбу или удачу? – я молча посмотрел на Эми, но она ничего не ответила. – Так вот , это, мне кажется, был знак. Я ведь не всегда хмурый юзал. В детстве я был хорошим – прилежно учился, книжки любил, особенно про Гарри Поттера. Третью часть мне отец подарил за месяц до того, как его не стало… Так вот, в ней Гарри…
– Патронус, бла, бла, бла. Все про это знают, – перебила Эми, но, заметив мой злой взгляд, она замолкла.
– Так тебе кажется, что на тебя повлиял знак от отца? – попытался сгладить ситуацию я.
– Ну… я не уверен. Хотя нет, конечно. Я же не псих. Не думаю, что в тот момент кто-то, кроме меня, мог остановить меня самого. Ведь, по сути, человек не так сильно подвержен внешнему влиянию, чем думают многие. Но это я понимаю сейчас, а тогда я решил вернуться и попробовать продолжить оставаться чистым. Я увидел тропинку и по ней вернулся на дачу к Илье. На следующий день ломка начала уходить.
– Это всё понятно – сказала Эми. – Однако я не пойму, зачем ты продолжил сбегать из окна по ночам?
– Из-за того же и почему я вернулся – из-за оленя. Меня не покидает мысль: был ли он на самом деле или это уловка моего подсознания. Я прихожу сюда по ночам и жду его.
– Надеешься опять встреть?
– Думаю, что скорее надеюсь не встретить его. Ведь если не было никакого оленя, значит, это что-то внутри меня желает спасти меня, и у меня есть неплохие шансы полностью завязать, а если встречу… То это просто зверёк, который пришёл к берегу хлебнуть воды.
Игорь закончил свой рассказ, и втроём молча стояли на берегу из мелкой гальки. Ни у кого больше не было слов. Эми отдала мне револьвер и уселась на упавшее дерево у самого края реки. Минутой позже мы сидели там все вместе, тихо говорили ни о чём и изредка бросали камешки в реку, где их тут же уносило потоком.
Мы прождали около часа, но встретили лишь пробегавшего зайца и стайку чижей, прилетевших утолить жажду. Первым встал и пошёл в сторону дачи Игорь. Затем с бревна встала мы с Эми. Отряхнув от прилипшей сухой коры халат, она быстрым шагом пошла догонять Игоря. Я поплёлся позади, отставая метров на тридцать. Где-то недалеко слева я услышал дятла. Казалось, что звук был совсем рядом, поэтому я остановился, чтобы попытаться его разглядеть. Стук клюва эхом раздаваться по лесу. Затем от птицы меня отвлёк куст, трясшийся своими голыми ветками – какой-то зверь направлялся прямо на меня. От испуга в моей голове возник сразу наихудший вариант: представилось, что огромный волк заметил отставшего путника и решил отведать его на вкус. Ветки расступались, и я увидел бурую продолговатую морду, украшенную мощными рогами. Олень увидел меня и остановился. На его морде читался вопрос: что ты, жалкий человек, забыл в моём лесу? Он уставился на меня своими мутными зелёными глазами и не моргал. Так мы несколько секунд пялились друг на друга, пока зверь, словно с презрением, не развернулся и зашагал прочь, ломая ветки мощными копытами.
– Эй, ты там потерялся, что ли?! – раздался голос Эми.
– Нет, подождите меня! – крикнул я в ответ.
Я поспешил по тропинке и догнал Эми с Игорем. У Амелии было такая недовольная гримаса, словно им пришлось вечность ждать меня.
– Увидел что-то? – спросил Игорь.
– Да… – я услышал некое опасение в его голосе, – …Дятла.
Игорь ничего не ответил, но мне показалось, что он облегчённо вздохнул.
– Сам ты дятел, – сказал Эми, – Поторопись, там Илья, наверное, уже вернулся.
Глава 15.
Пар, проходивший через свисток на носике эмалированного чайника, объявил о закипании его содержимого. За годы использования чайника огонь съел серую краску на его дне, оставив там чёрные пятна гари. Мне удалось найти на кухне только два пакетика чая на три кружки, поэтому в третьем стакане оказалось два использованных пакетика, которые слабо окрашивали воду.
Обжигая руки, я принёс сразу все стаканы в гостиную, где меня ждали Игорь и Амелия. За время, проведённое у реки, мы успели проголодаться и сильно замёрзнуть, но так как в доме не нашлось ни крошки, решили спасаться хотя бы чаем. Эми дула на кипяток, сложив губы тонкой трубочкой,
