Читаем без скачивания Охота на шакала - Сергей Зверев

«Сперва деньги, потом стулья, – крутилась в голове хрестоматийная фраза. – А то ведь быстро окажешься ненужным и спишут тебя без сожаления… за борт, как уже кто-то попробовал это сделать».

– Хорошо, – вежливо улыбнулся ливиец, – если вы настаиваете на таком варианте, господин Пятаков, то пожалуйста. Обидно, конечно, что у вас возникло недоверие к нам. Мы – люди серьезные, и оснований думать о нас так не давали. Впрочем, я вас понимаю. За вами идет охота, и вы вправе предпринимать все меры безопасности, которые сочтете нужными. Я согласен. Назначайте время.

Закончив разговор, Пятаков еще некоторое время смотрел на экран, в котором уже не было собеседника. Затем, легонько оттолкнувшись ногой, вместе с креслом отъехал в сторону. С его лица не сходило выражение человека, разгадывавшего очередную комбинацию, из тех, которых было так много в последнее время.

Вот уж чего он не ожидал, так это что ливийцы так быстро согласятся. Подозрительно быстро, надо сказать… Учитывая постоянный риск его самого в теперешнем положении, это вызывало беспокойство.

Пятаков встал со скрипнувшего кресла и подошел к окну. Теперь уже можно было открыть окно, что он и проделал. Свежий морской ветер приятно освежал лицо. Глядя на город, делец размышлял. Впрочем, и в этой непростой ситуации у него имелся один очень неплохой козырь. И это радовало….

20

Отсутствие воды, конечно, тревожило, и чем дальше – тем больше. Никаких судов, кроме той ливийской яхты, пока не встречалось. Впрочем, Мефодий не паниковал. Какой-то минимум у него имелся, а там, бог даст – будет путь, будет и вода. Примерно так он последние годы и мыслил. Кочевая жизнь настраивала на философский лад. Иначе оно и не может быть, поскольку чаще всего ты зависишь не от каких-то стройных логических выкладок, а от резкого изменения погоды, шторма или штиля, встречи в океане или тишины, от которой звенит в ушах.

Океан был, как всегда, величествен и красив. Летучие рыбы, словно ласточки, стаями летали на бреющем полете над волнами.

«Им ведь тоже непросто, – подумал путешественник, – у них, этих «птиц» океанических, жизнь не сахар: снизу за ними охотятся безжалостные тунцы и акулы, а сверху норовят съесть быстрокрылые чайки».

Вдруг его взгляд привлекло движение по левой стороне. Мефодий всматривался, козырьком приставив ко лбу ладонь. Наконец, объект оказался поближе – им был эсминец под флагом США. Платонов уже разглядел и название – «Кросс». Стройный силуэт, где четко прорисовывались и башня артиллерийской установки, и радарная башенка, и приподнятая носовая часть, смотрелся на фоне океана красиво, можно сказать картинно. Без сомнения, корабль направлялся именно к нему и кабельтовых в трех застопорил ход. Мефодий видел, как с борта спускают моторку, отвалившую – да, именно к нему. Понятно, что с корабля его яхту внимательно рассмотрели, убедившись, что это за судно.

«Ну, слава богу, – облегченно думал он, – во всяком случае, от жажды не умру. С военными разговаривать проще. Кто бы там ни оказался, без помощи они не оставят».

Прищурив глаза, он разглядывал моторку, резво летевшую вперед и приобретавшую все более обозримый вид. Вот уже можно было разглядеть четырех человек, одетых в форму штатовских морских пехотинцев. У рядовых при себе имелись автоматы – при встрече с незнакомыми, конечно, стоит держать ухо востро.

Мефодий приветливо замахал рукой, вкладывая в движение всю радость. Моторка подошла вплотную. На Платонова уставилось четыре пары глаз. Трое молодых ребят – рядовых, и офицер немного постарше взирали на него с любопытством.

– Привет военным! – широко улыбался Платонов. – Как я рад, что вас встретил! А то ведь у меня после шторма кое-какие неприятности…

– Вы кто будете, сэр? – поинтересовался офицер.

– Путешественник. Совершаю кругосветное плавание, – отрекомендовался Мефодий.

– А как, простите, ваша фамилия? – в глазах офицера что-то мелькнуло.

– Платонов. Россия…

– Платонов! – с неподдельным изумлением протянул один из рядовых. – Тот самый?

– Ну… в смысле… Наверное, тот самый, – немного растерявшись, пожал плечами Мефодий.

Морские пехотинцы, переглядываясь, расплылись в улыбках.

– Какие у вас неприятности, сэр? – наперебой загалдели они. – Что-то с яхтой?

– Да в этом смысле, можно сказать, мелочи. С пресной водой проблемы, – говорил путешественник, видя, что на этот раз он столкнулся с нормальными людьми. – Может, поможете?

– О чем речь, сэр! – заверил его американец. – Будем счастливы.

В ближайшие несколько минут Мефодий с удивлением узнал, что его личность прекрасно знакома морякам, а спустя самое короткое время он уже поднимался по трапу на эсминец «Кросс», входивший в состав международных антипиратских сил. Здесь его встретил гул голосов и рукоплескания собравшихся моряков.

– Нам уже сообщили, что мы встретили ту самую легенду морей, – с улыбкой начал беседу командир корабля.

– Какая легенда… – махнул рукой Мефодий.

– Не скромничайте, господин Платонов. Вы для нас именно ею и являетесь. А вот ведь привелось встретиться!

– Земля круглая… А у меня проблема. – Смущаясь от такого внимания, Мефодий рассказал об отсутствии воды.

– Это мы решим, не беспокойтесь, – заверил его офицер. – А пока позвольте предложить вам наше гостеприимство. Симпсон!

Рядом возник бравый матрос. Офицер, чуть повернувшись к нему, произнес:

– Позаботьтесь о нашем госте. Воду доставьте на яхту.

– Есть, сэр!

– Надеюсь, господин Платонов, вы не откажете нам в чести разделить с нами обед?

– С удовольствием, – согласился путешественник, которого давно никто не баловал подобными приглашениями.

Мефодий с офицерами прогулялся по кораблю, где для него провели небольшую экскурсию. Флотское гостеприимство продолжалось прекрасным обедом, а спустя час он сидел в кают-компании, ловя на себе восхищенные взгляды экипажа, засыпавшего его вопросами.

Американцы, благодаря Интернету, были наслышаны о Платонове. Для моряков он вообще стал символом настоящего волка – морского, конечно.

– Сэр, мы с ребятами просто восхищаемся вами. Вы наш кумир, – заявил веснушчатый морской пехотинец, уже успевший выпросить автограф. – Расскажите, пожалуйста, как вы начинали это. Мы читали, что у вас и травма была серьезная…

– Да, именно так. Я ведь в свое время на флоте получил травму позвоночника, с которой не смогла справиться медицина, предрекавшая мне инвалидное кресло на всю оставшуюся жизнь. С флота, естественно, пришлось уйти. Да и вообще – как жить дальше, было непонятно, – рассказывал гость. – Но я не собирался сдаваться. Кстати, помог мне в этом мой хороший друг…

Перед глазами Мефодия встал образ Саблина. Да, если бы не он тогда…

– И что?

– Я применил к себе знания по восточной медицине, мобилизовал весь свой организм и смог не только встать на ноги, ходить и даже бегать, но и преодолеть последствия травмы. Но главное – это сила воли, – убежденно говорил Мефодий. – Бороться надо. Когда сняли гипс, я сказал себе: выкинь костыли, иначе будешь всю жизнь с ними ходить. А как, если несколько месяцев не ходил! А просто – возьми и брось. Первый месяц по стеночке ходил на цыпочках по несколько минут в день, но ничего. Все реально…

– Вообще вы, русские, удивительные люди, – заметил кто-то из офицеров.

– Что есть, то есть, – не без гордости согласился Мефодий, – уж такой мы народ.

– А как в смысле одиночества? Нет тоски в душе за эти дни и ночи?

– Я уже столько путешествую, что иногда думаешь, что в одиночестве пробыл больше, чем с кем-то. Но я знаю, что рядом всегда присутствует Бог и святые, которым ты молишься, – делился пережитым Платонов. – В огромном океане, кроме них, тебе никто не в силах помочь.

Разговор проходил, как говорили раньше, в «теплой и дружественной обстановке».

– В кругосветке всегда трудно. Яхта хорошая, но управлять ею непросто. Хотя и появился опыт, но здесь легких путей и спокойствия не найдешь. Однако я привык к этому и не хочу менять свой стиль жизни, – рассказывал российский гость.

– А как удается сохранять здоровье, поддерживать физическую форму? – поинтересовался кто-то из обступивших американцев.

– Я с детства готовил себя к путешествиям, закалял организм. Совершал многокилометровые пробежки, купался круглый год, спал на гвоздях, пил морскую воду. Чего только не было! В экспедиции, конечно, здоровье не приобретешь, но они закаляют, и прежде всего характер.

– На яхте, наверно, часто бывают поломки. Как вы справляетесь?

– Да, это постоянная головная боль, – вздохнув, кивнул Платонов. – Но по образованию я судовой механик, много приходится ремонтировать самому. А уж на яхте работы всегда хватает.

Разговоры с «легендой морей» под крепкий кофе продолжались, однако пришла пора прощаться. Нужная вода уже давно была доставлена на «Помор», а сам Мефодий стоял на палубе «Кросса» в окружении моряков. Многие желали сфотографироваться на память.