Лицо Стефана стало непроницаемым.
– Не извиняйтесь. Вы ни в чем не виноваты.
– Тогда кто же? – тихо спросила она. – Не отчитывайте Алексу из-за выходки Вильяма. Ему бы следовало заранее предупреждать о своих привычках. Он не пропустит ни одну хорошенькую женщину, неважно, замужем она или нет. Поцелуйтесь и помиритесь, – доброжелательно посоветовала она. – Как я соскучилась по яблочному пирогу! Он так вкусно пахнет. – Улыбнувшись, женщина вышла из кухни, и Алексе пришлось посторониться, чтобы пропустить ее.
Не смея взглянуть на Стефана, Алекса прошептала:
– Это все из-за болеутоляющих таблеток. Мне не надо было пить вино, раз я приняла лекарство.
Он вздохнул, пригладил обеими руками свои волосы и не проронил ни слова. Затем, явно делая над собой усилие, процедил сквозь зубы:
– Тебе помочь?
– Нет, спасибо, – так же холодно ответила она. – Мне осталось только взбить крем для пирога.
Стефан кивнул, но она этого не видела. Встав у нее за спиной, он положил руку ей на плечо. От неожиданности она вздрогнула. Он тут же снял свою руку.
– Я не хочу, чтобы они догадались, при каких обстоятельствах мы поженились… Естественно, что супруги ссорятся… – Стефан печально усмехнулся. – Боже правый! Ссоры! Постарайся сделать вид, будто мы готовим пирог вместе, – добавил он устало. – Притворись, что любишь меня. Буду тебе очень благодарен.
– Я в саамам деле люблю тебя, – еле слышно проговорила она. – И в этом – вся моя вина. Я не заигрывала с Вильямом, а что касается Дэвида…
– Давай пока ограничимся этим вечером, – резко оборвал он ее, – и будем молиться, чтобы та чиновница из опекунского комитета ни о чем не догадалась. Я отнесу пирог?
– Нет, не надо. Я отнесу его сама, когда украшу взбитым кремом и дробленными орешками.
Интересно, что он имел в виду? Что они между собой не ладят? Или что их брак фиктивный? Или что у нее незадолго до венчания со Стефаном был другой мужчина? И откуда такая неприязнь к Дэвиду? Было бы понятно, если бы он раньше не знал о нем… Все так запутано. Только его поцелуй не вызывал никаких сомнений. Даже сейчас она ощущала прикосновение его губ. Стефан действительно считает, что она все еще тоскует по поцелуям другого мужчины? Но почему его это так задело? Из гордости? Или из ревности?
«Взбивай крем, Алекса!» – вернула она себя к действительности. Ей стало грустно. Из столовой доносились громкие голоса и веселый смех, и она спрашивала себя, забыл ли Стефан об их ссоре? Переложив крем в миксер, Алекса взбила его и вынула пирог из духовки. Говорят, вкусно пахнет… Восстановится ли у нее обоняние? Сможет ли она когда-нибудь насладиться ароматом роз, запахом молочного кофе?
Кофе! Она насыпала кофе в кофеварку и включила ее, а сама наклонилась к пакету и сильно втянула воздух. Ничего! Никакого впечатления.
– Не правда ли, это самый чудесный запах на свете? – услышала Алекса за спиной чей-то голос.
Резко обернувшись, она просыпала кофе на пол, но изобразила на лице некое подобие улыбки.
– Да, Мириам, вы застали меня на месте преступления! – непонятно зачем проговорила она. Довольно глупо, но надо же было что-то сказать! Не сообщать же ей о своих проблемах. – Не беспокойтесь, я сейчас. – Переложив яблочный пирог с шапкой крема на блюдо, Алекса ждала, кода Мириам выйдет из кухни первой, чтобы пойти следом за ней.
– Стефан сказал, что недавно вы попали в автомобильную аварию и поэтому вы такая… – Вежливо помолчав, Мириам улыбнулась.
– Такая странная? Да, – поспешно согласилась она – слишком поспешно. – Лекарства и вино смешивать нельзя, а я смешала. Ну что, пошли?
– Ах да! Конечно! Давайте я понесу пирог! – предложила Мириам.
– О нет. Мне уже лучше.
Ты мне совсем не нравишься, подумала про себя Алекса, следуя за Мириам в столовую. И если ты имеешь виды на моего мужа… То что? Уж не собирается ли она поколотить Мириам?
Широко улыбаясь, Алекса водрузила пирог на стол и достала из буфета тарелочки, послушно смеясь со всеми, когда Мириам рассказывала, как застала ее за нюханьем молотого кофе. «Скажи что-нибудь, – убеждала Алекса себя. – Скажи что-нибудь смешное, остроумное…» Но так и не нашлась что сказать, только улыбалась, улыбалась, улыбалась… Улыбалась и тогда, когда начала вкривь и вкось кромсать красавец пирог. Поймав встревоженный взгляд Стефана, она с ужасом почувствовала, как к горлу подступает ком, глаза наполняются слезами, еще минута – и…
Стефан выскочил из-за стола, обнял ее за плечи и поцеловал в лоб.
– Сядь, – заботливо сказал он, но только она одна понимала, чего это ему стоило. – Я разрежу пирог сам, – добавил он и, выдвинув стул рядом с собой, усадил Алексу. Взяв нож, Стефан так разглядывал его, будто видел впервые.
– Давайте я разрежу, – сказала, засмеявшись, Мириам, отняла у него нож и со знанием дела стала аккуратно резать пирог на равные куски и раскладывать их по тарелочкам.
– Спасибо, – сказал Стефан и, обернувшись с улыбкой к жене, спросил: – Ну как, теперь все в порядке?
– Да, спасибо. – Сделав над собой усилие, она обвела всех взглядом и улыбнулась. – Извините за неловкость – это из-за головной боли. Но теперь все в прошло.
Стефан сам проводил гостей в гостиную, сам сварил кофе, сам отнес его им с помощью Мириам. Алекса сидела в кресле и пыталась вникнуть в суть разговора. Неприметная женщина – Алекса вспомнила ее имя: Джейн – не спускала глаз с Вильяма и увела его подальше от хозяйки дома, за что Алекса была ей очень благодарна. Остаток вечера она проговорила с Джоном, который оказался на редкость милым и приятным. И добрым. Все расспрашивал ее про аварию.
Закончив разносить кофе, Стефан подошел к креслу жены и присел на подлокотник, обняв ее одной рукой за плечи. Разговор сразу же потерял для Алексы всякий интерес, все ее внимание сосредоточилось на ладони Стефана, покоившейся на ее плече. Она очнулась только тогда, когда гости стали расходиться.
Она безучастно смотрела, как они разбирали пальто и шапки, благодарили за приятно проведенный вечер, а Джейн даже подошла к Алексе, пожала ей руку и поцеловала в щеку.
– Надеюсь, вам скоро станет лучше.
– Спасибо. Извините, что я чуть не испортила вам вечер.
– Ну что вы! Знаете, если у вас нет подруги, с которой можно было бы поговорить, то звоните мне, – сказала Джейн очень тихо, сжав Алексе руку. – Поверьте мне, он стоит того, чтобы держаться за него, – добавила она еще тише, чтобы никто не услышал. – Стефан – самый необыкновенный человек из всех, кого я знаю. А на Мириам не сердитесь. Ее поведение вызывает у Стефана такое же раздражение, как и у вас. Они работали вместе в Америке, и ему не очень-то приятно встретить ее здесь, в институте. – Улыбнувшись Алексе, Джейн подошла к Джону, который держал наготове ее пальто.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
