Из ванной мы с Миленой вылезли уставшие, но довольные. Игрища в коконе как-то естественно перешли в совместные водные процедуры, чему в немалой степени способствовала роскошь специальной «водной» комнаты. И это мы ещё не добрались до бассейна! Впрочем, даже ванная внушала уважение. Это была та самая сложная система релаксации, которую я в своё время ставил на крейсер, только с чашей значительно большего размера. Эдакий небольшой бассейн.
И вот теперь, в обнимку, мы завалились в корабельную кают-компанию, где наткнулись на вопросительный взгляд Дианы. Верховная, совершенно не тушуясь, потребовала… подробного отчёта о проделанной работе. Естественно, её интересовали вовсе не ключевые позы и охи и ахи двух разумных. Но Милена всё поняла правильно. Валькирия коротко, в скупых рубленных фразах, отчиталась. В её изложении чувственная феерия, подаренная мне брюнетистой оторвой, предстала в виде перечня ключевых алгоритмов, использованных девочкой в нашем необычном аппарате удовольствий. Диану такая подача материала покоробила, она аж поморщилась.
— Послушай, сестра. Давай без технических подробностей: он оттаял, или нет.
— Вот у него и спроси, — фыркнула брюнетка, расстреливая Верховную ироничными взглядами из-под роскошных ресниц.
— Леон? Что чувствовал?
— Ди, давай без этого. Я понимаю, вы так проявляете заботу, но зачем лезть в самый интим? Я чувствовал. Почти всё, что она со мной делала. Иногда чуть притуплено, но чаще — словно крылья распускались за спиной от счастья. Эта ваша сексуальная техника — просто невероятная вещь. А уж Ми, как её оператор — вообще за гранью.
— Я старалась, милый, — мурлыкнула польщённая девочка, хотя лично для меня было решительно непонятно, что в моих словах могло ей польстить. Скорее, ей впору начать обижаться: обозвал «оператором», а не девушкой-красавицей.
— Тем не менее, провалы были. Значит, имплант не отзывается не просто так. Ну да ладно, за месяц мы уж всяко тебя на ноги поставим. Рада, что ты, вертихвостка, не подвела. Я в тебя верила, хотя и до последнего сомневалась.
— Послушай, Ведьма, я что — маленькая? Я что, своего мужчину не могу нормально удовлетворить? Тем более, если ему это действительно нужно? И сама потерпеть могу — потом отработает, времени впереди полно.
Однако наш разговор был прерван появлением голограммы Валери. Девочка призывной походкой прошествовала через всё помещение, после чего уселась на краешек стола, точно напротив меня. Её поза была далека от официальной, скорее, казалась проникнута нарочитой сексуальностью. Ножка на ножке, ручки упёрты в столешницу, так, чтобы гибкая спинка чуть прогнулась, выпячивая роскошную грудь. Только дав себя подробно рассмотреть, виртуальная Ри заглянула мне в глаза. На её губах играла очаровательнейшая улыбка, только усиливающая общий посыл призывной позы. Лишь добившись нужного эффекта, голограмма заговорила.
— Мы прибыли в систему Синергии. Через пятнадцать минут будем над планетой… И Леон, я надеюсь, эта оторва в следующий раз не забудет использовать свои коготки? Ты ей, пожалуйста, напомни. Я не позволю ей, такой опытной и активной девчонке, ласкать своего мальчика только вибраторами. Ты поняла, Ми? Получила подарок — будь добра отрабатывать.
Сюрреалистичная отповедь искусственного интеллекта вогнала Милену в состояние крайнего изумления. Она даже рот приоткрыла от полноты чувств.
— Вот-вот, подруга. Именно так и нужно работать. И рот открывать по делу, в постели, а не просто так.
— Ну ты и сука, подруга! — рыкнула отошедшая от первого шока Старшая. — Ещё поучи меня, как мужчину удовлетворять!
— Своего можешь как угодно, а моего будь добра так, как хочу я. Надеюсь, ты всё же включишь мозги и вспомнишь, о чём мы с тобой столько раз говорили.
— Но у него же проблемы с психикой! — неожиданно пошла на попятный валькирия. Её глазки забегали.
— Так это у него проблемы, а не у тебя. Вот и думай, как их решать. Лёгкие решения не всегда правильные. Ладно, заговорилась я что-то с вами, а мне ещё работать. Пойдём, что ли, в сердце, подруга? Оставь Леона Ведьме. Надеюсь, хотя бы она не станет искать лёгких решений.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Странно, но валькирия безропотно подчинилась, только напоследок, с ноткой извинения, сжала мою ладонь. Её взгляд, брошенный от самых дверей, сквозил виной и раскаянием. Поразительно, даже после смерти моя Ри умудрялась держать своих кошек в тонусе!
— Не обижай девочку, Ри, — не удержался я от реплики в спину удаляющимся женщинам. — Она правда старалась.
Голограмма Высшей остановилась и медленно повернулась на каблуках своих форменных сапожек. Всмотрелась в моё лицо. Тряхнула роскошной гривой непослушных волос, разбрызгивая по помещению натуральные блики, после чего припечатала:
— Плохо старалась.
Но, уже отворачиваясь, вдруг улыбнулась краем рта и… заговорщицки так мне подмигнула.
— Что это было, Ди? — растерянно вопрошал у разведчицы, когда обе девочки скрылись за протаявшей входной мембраной.
— А это, милый, был прощальный подарок твоей шебутной возлюбленной. Очень, замечу, интересный подарок. Девочка полностью интегрировала свою эмоциональную матрицу в искусственный интеллект яхты. Наверняка для этого существенно усилила его производительность, добавила имитационный чувственный блок. Запрограммировала ключевые реакции. И я подозреваю, что основной алгоритм заточен не на абстрактное путешествие, а на вполне конкретную задачу вывести тебя из состояния расстроенной психики. Она Высшая, Леон! С уникальной чувственной интуицией! Будь она не в десанте — уже была бы Верховной. У валькирий вообще каждая вторая Высшая по кондициям соответствует высокому званию Верховной — слишком многопланово им приходится развиваться. Высокая степень автономности, огромный масштаб приложения талантов валькирий в деле Экспансии, постоянная импровизация, игра на грани фола и чудовищная ответственность за боевых сестёр, — быстро поднимает их кондиции на недосягаемую в прочих сферах высоту. Отсюда их особый статус. Даже я, Верховная, ничего не смогу противопоставить решению сразу двух Высших валькирий, и дело тут не только и не столько в статусе, сколько в реальном интеллектуальном потенциале этих безбашенных кошек. У нас всё сложно, Леон, но именно сейчас эта сложность как нельзя лучше играет на тебя. Она всё просчитала. Предвосхитила проблемы, которые неминуемо возникнут с её смертью, и определила стратегию и тактику их решения. Так что мы все здесь — игрушки в коготках посмертия твоей валькирии.
— Честно, Ди, не ожидал. Вы со мной носитесь, словно курица с яйцом. Даже Валери, как оказалось, и после смерти не желает отпускать меня из своих коготков. Получается, даже если я захочу сдохнуть, республиканки мне этого сделать не дадут. Из могилы встанут, но не дадут. Это просто сюрреализм какой-то!
— Не дадим. И тебе нечего забивать голову всякими глупостями: твоё дело принимать нашу заботу и пытаться жить заново.
Несколько минут мы молчали. Диана просто ждала, внимательно поглядывая на меня настороженным взглядом своих тёмно-коричневых глаз. Ну а я… Уже второй ультиматум за сегодняшний день. Сначала Валери, в своей Памяти. Теперь Диана в своей властной ипостаси. Но, должен признать, забота женщин была мне приятна. Я усмехнулся про себя и посмотрел в глаза своей… А кто для меня Диана? Подруга? Любовница? Жена? Как они тут говорят?.. Боевая сестра. Боевая подруга.
— Ты права, всё действительно сложно. Я ведь планировал попрощаться с Валери, ну а после… Найти способ свести счёты с жизнью. Теперь же… Придётся жить. А раз так, получается, я тоже заинтересован в том, чтобы себе же мозги вправить. Как интересно всё обернулось! Вернее, как интересно всё Валери обернула. Но, признаюсь, твои слова мне приятны. Просто приятны, без всяких «если». Я вырос без родителей. Наверное потому так тянулся к противоположному полу… Невольно искал потерянную в детстве материнскую заботу… Забавно, что нашёл её не на Земле. И ещё забавней, что обо мне заботитесь вы — такие сильные и волевые женщины, в грош не ставящие собственных мужчин.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
