Читаем без скачивания "П" – значит погибель - Сью Графтон

Я набрала номер полицейского управления и попросила к телефону шерифа Холлиса Кейо. Представившись, я сказала:

– Я по поводу двойного убийства, которое вы расследовали в восемьдесят третьем году. Джаред и Бренда Хевенер.

– Отлично их помню, – ответил он. – Они оба были прекрасными людьми и заслуживали лучшей участи. Чем могу помочь?

– Я подумала, вам интересно будет узнать, что сегодня ночью Томми Хевенера убили. Его застрелил родной брат.

Последовала пауза: он переваривал информацию.

– Не могу сказать, что меня это удивило. Надеюсь, Ричард не направился в наши края?

– Нет-нет, полиция его поймала. Он сидит в окружной тюрьме. Я хотела узнать у вас про Кейси Стоунхарта. Его так и не нашли?

– Увы, мадам. Он исчез. Пропал сразу после убийства, и вполне возможно, это тоже дело рук братьев Хевенеров. Мы полагаем, что он мертв, но наверняка не знаем.

– Как я поняла, сестра Бренды Хевенер и «Гардиан кэжуалти иншуренс» собираются подать иск. Вы об этом слышали?

– Да, мадам. Сейчас они собирают информацию. А почему вас это интересует?

– Неделю назад ко мне пришла следователь из страховой компании. Вы ее случайно не знаете? Зовут ее Мерайя Толбот.

По голосу я поняла, что он улыбается.

– Да, знаем. Рост – сто семьдесят два, вес – шестьдесят пять килограммов, двадцать шесть лет. Рано поседела.

– Рада слышать. Я уж решила, что она выдала себя за кого-то другого. Давно Мерайя работает на «Гардиан кэжуалти»?

– Я не говорил, что она там работает. Толботом зовут старшего брата Кейси. Есть еще младший брат, Флинн. Неблагополучная семейка. Вечно за решеткой. Настоящие социопаты.

У меня глаза полезли на лоб.

– А она им кем приходится?

– Она сестра Кейси, Мерайя Стоунхарт.

– А-а, – протянула я.

Все понятно, меня надули.

В 10.30 я пошла в суд, посидеть в архивах. Меня весьма интересовала деятельность Джоула Глейзера, особенно его отношения с фирмой «Дженезис».

Начала я с офиса налогового инспектора, сидевшего в здании окружной администрации, и там проверила сводки о налогах, заплаченных «Пасифик Медоуз». Как я и подозревала, его владельцами числились Глейзер и Бродус. Затем я отправилась в окружной архив. Там я целый час рылась в договорах о купле-продаже, дарственных, доверенностях. Здание и участок «Пасифик Медоуз» за последние десять лет трижды меняли владельца, и всякий раз цена значительно возрастала. В 1970 году заведение купила Морин Пибоди за 485 тысяч долларов. В 1974 году она продала его «Эндевор груп», но уже за 775 тысяч. В 1976 году «Пасифик Медоуз» был продан «Силвер эйдж» за кругленькую сумму в полтора миллиона, и в конце концов в 1980-м его приобрела компания Глейзера и Бродуса аж за три миллиона.

Я пошла в публичную библиотеку – благо она через дорогу – и там выяснила, что Морин Пибоди – вдова Сэнфорда Пибоди, который с 1952 года до самой смерти, последовавшей весной 1976 года, был членом правления Городского банка Санта-Терезы. Вероятно, для покупки дома престарелых Морин использовала деньги, полученные в наследство.

Интуиция подсказала мне, что надо вернуться в архив. Там я проверила записи актов гражданского состояния за 1976–1977 годы. В феврале 1977 года был зарегистрирован брак Морин Пибоди с Фредериком Глейзером. Ей в ту пору было пятьдесят семь лет, а ему шестьдесят два. Я довольно быстро вычислила, что Морин стала мачехой Джоула. И готова была держать пари, что имя Морин еще не раз встретится мне среди членов правления «Эндевор» и «Силвер эйдж». Оставалось выяснить, кому принадлежит «Дженезис», компания, работающая с «Пасифик Медоуз». Владелицей значилась Дана Джафф. По-видимому, Джоул Глейзер перед свадьбой уговорил ее подписать кое-какие бумаги. Уж не знаю, до конца ли она понимала, на что идет. На первый взгляд «Дженезис» существовал отдельно от «Пасифик Медоуз» и никак не был с ним связан. На самом же деле Глейзер контролировал оба предприятия и, следовательно, имел замечательную возможность извлекать выгоду из приписок для «Медикэр».

Из здания суда я вышла около полудня. Мне было любопытно, далеко ли продвинулась в своем расследовании полиция. Проходя мимо банка, я сняла деньги, которые должна была Фионе, и направилась в кафе «Аркада». В витрину я увидела одиноко сидящего за столиком Одессу. Я помахала ему рукой, вошла и села напротив. Перед ним в красной пластмассовой корзиночке лежал очередной гамбургер и жареная картошка.

– Я сейчас рылась в архиве. Похоже, аферу с «Медикэр» провернул один из владельцев «Пасифик Медоуз», который и хотел все свалить на доктора Перселла.

– Это вы о Глейзере?

– Да, а Харви Бродус ему помогал. Перселл это вычислил и договорился о встрече с агентами ФБР. Кто знает, на что были готовы эти двое, лишь бы заткнуть ему рот. Что говорит коронер?

– Он нашел на правом виске Перселла следы пороха. И считает, что стреляли хоть и с близкого расстояния, но не в упор. То есть дуло виска не касалось. Перселл мог бы сделать это сам, будь у него рука сантиметров на пятнадцать длиннее. Мы обыскали у пруда все, но пулю не нашли. Возможно, застрели ли его где-то еще, а потом подогнали машину к пруду.

– Рискованно. За рулем же сидел он.

– Джону это тоже насторожило. И он подумал о мохеровом пледе, которым были укрыты колени Перселла. Он спросил Кристал, и та объяснила, что с год назад положила Дауэну в багажник самое необходимое – фонарик, бутылку с водой, медикаменты, еду – на случай, если машина вдруг застрянет. Среди прочего был и плед. Джона считает, что убийца мог накрыть уже мертвого Перселла пледом, сесть к нему на колени и доехать до пруда. А плед был нужен, чтобы не испачкать кровью одежду.

– Так у него на брюках могли остаться ворсинки мохера.

– Естественно. И следы крови. Но у убийцы было достаточно времени, чтобы избавиться от улик.

Я взяла у Одессы ломтик картофеля, обмакнула его в кетчуп и отложила в сторону.

– Вчера вечером я беседовала с Кристал. Она нашла в кармане пальто паспорт Перселла – он там лежал с их последней поездки в Европу. Да, что там насчет Поли? Есть подробности?

– Джона после вашего с ним разговора попросил меня все проверить. Впервые ее задержали в тринадцать лет. Бабушка Полин решила, что ее машину украли, и обратилась в полицию. Оказалось, тачку взяла внучка. Еще ее забирали за бродяжничество, за умышленную порчу чужого имущества. У этой малышки слишком много свободного времени, и за ней некому присмотреть.

– Да, они с Лейлой могут натворить дел.

– Мы ведем работу. Послали к ней в школу узнать, в какие дни она прогуливала школу – не тогда ли, когда снимали деньги с карточки. Мы запросили банковские отчеты и бумаги почтового агентства, в котором был абонентский ящик Перселла. Окружной прокурор беседует с судьей. Надеемся все выяснить сегодня к вечеру.

– Вот еще что! Позавчера я заезжала в дом в Хортон-Рэвин. В тот день Лейла покинула школу без разрешения. Кристал была вне себя от злости, и я попросила позволения осмотреть комнату девочки. У нее под матрацем я обнаружила запертую металлическую шкатулку. Возможно, там наркотики, но кто знает – вдруг пропавшие деньги. Есть вероятность, что они с Поли планируют побег. Вы уж за ними приглядывайте.

– Постараемся, – кивнул он.

В контору я вернулась в 13.15. Снова заморосил этот противный дождь.

Я напечатала все, что мне удалось узнать про «Дженезис», и задумалась, почему Фиона попросила наличные. Не могла же она испугаться, что мой чек не примут в банке. Нет, тут что-то другое. Я все время вспоминала ее дом в лесах.

А еще я размышляла о мохеровом пледе, о том, как кто-то сидел на коленях у уже мертвого Дау. Скорее всего, ехали недалеко. И вряд ли по шоссе – встречный водитель мог запросто разглядеть, что ты сидишь в объятиях мертвеца. Любой на месте убийцы подумал бы о пруде – очень удобное место, избавляешься и от жертвы, и от его автомобиля. Джона предположил, что убийца допустил ошибку: не учел, что у берега лежит валун, и машина, зацепившись за него, не упала на самое дно. Но, возможно, убийца рассчитывал на то, что машину найдут. Если он хотел представить смерть Дау как самоубийство, то эта ошибка была преднамеренной. Убийца знал про валун и понимал, что при дневном свете машину заметят. Не учел он как раз того, что машина может слишком глубоко уйти под воду.

Уже под вечер я достала телефонный справочник, открыла на разделе строительных фирм. Я помнила одну фамилию на табличке у дома Фионы. Ага, вот оно! Ралф Триплет. Адрес не указан.

Я набрала номер Ралфа Триплета. Трубку сняли сразу же.

– Фирма Ралфа Триплета.

– Добрый день, мистер Триплет. Меня зовут Кинси Миллоун. Я только что закончила работу для Фионы Перселл, это на Олд-Резервуар…

– Надеюсь, вам заплатили вперед?

– Вот поэтому-то я и звоню. Скажите, она не задерживает выплат?