И вдруг удача улыбнулась Леону: он увидел, что в конце коридора распахнуто окно. Неожиданное, сказочное везение для холодного времени года! Таксист возликовал и бросился к возможному спасению, но, подбежав ближе, увидел, что окно не просто открыто, оно отсутствует, а рядом, разложив инструменты, стоят рабочие. Двое мужчин занимались установкой нового пластикового окна, профиль которого стоял рядом, прислоненный к стене. Оттолкнув шокированных рабочих, Леон вскочил на подоконник и, посмотрев вниз, увидел, что прямо под окнами второго этажа, из которого он собирался прыгать, располагалась крыша пристройки. За спиной раздались крики полицейских, рабочие потянулись к инструментам…
Леон сиганул вниз. Легко спрыгнув на крышу пристройки и не желая терять легко приобретённую фору, он тут же разбежался, дабы спрыгнуть на газон под окнами. Из окна прогремел выстрел. Леон рванул вперед… И тут удача ему изменила. Спасительная крыша оказалась покрыта чем-то скользким и таксист, поскользнувшись, не столько спрыгнул, сколько упал на газон, где, как оказалось, трава скрывала под собой солидный слой то ли кирпичей, то ли камней. Правая нога с влажным хрустом согнулась под неправильным углом, и Лео взвыл от боли, покатившись по земле вместо того, чтобы вскочить на ноги и бежать.
«Вы получили урон — 39.
Здоровье — 101/140.
Критическое повреждение: закрытый перелом правой ноги.
Состояние:
малое кровотечение,
перелом ноги: ограничение способности к передвижению 50 %.»
Раздались крики, еще один выстрел — но его сделали скорее для устрашения, чем реально стремясь попасть. Леон, опираясь на руки, постарался хотя бы доползти до ближайшего дерева. Только тут он заметил, что в дополнение к явно сломанной ноге, он ещё и разодрал в кровь колени, ладони и бок. В боку болело особенно сильно.
«Дополнительный урон — 10.
Здоровье — 91/140
Состояние: среднее кровотечение.»
«Веселенький денек!» — подумал он и обернулся. Только тут таксист увидел, что из оконного проема, откуда он только что выпрыгнул вниз, на него с удивлением смотрят кроме двух рабочих, гневно потрясающих инструментами, еще несколько полицейских и незнакомый мужик в кожаной куртке. Пистолета ни у кого в руке не было. Человек в кожанке сверлил Леона подозрительным взглядом, таким взглядом, словно видел Лео не в первый раз. Леон присмотрелся в ответ и наконец заметил, что мужик все это время разговаривал по телефону, который держал у уха. И как подумал Леон, вряд ли для того, чтобы рассказать последний услышанный анекдот. Это не случайность. Совсем не случайность! Этот мужчина знает Леона! Знает, почему Леон убегал — хотя сам Леон до сих пор в этом не разобрался. А еще: кто стрелял? У ментов нет пушек, но два выстрела — они ему не привиделись. Нет. Может, этот, в кожанке и стрелял, пока полицейские отвлеклись?
Надо было срочно уезжать отсюда. Просто так посетители полицейского участка из окна не выпрыгивают. Скорее всего сейчас к месту, где сидел Леон, уже бегут люди с наручниками и пистолетами. Оглянувшись по сторонам, Лео попытался увидеть, где именно припаркована его машина. Оказалось, он оставил ее недалеко — вышел бы через центральный, пришлось бы обходить здание, чтобы добраться до тачки, а сейчас — гораздо ближе. Ближе, но не проще. Нога-то сломана.
Леон попытался встать и тут же рухнул как подкошенный. Боль стала нестерпимой, она пронзила сознание тысячами острых клинков, и Леон не выдержал, закричал.
«Дополнительный урон — 9.
Здоровье — 82/140.
Состояние: среднее кровотечение.
Вам необходимо немедленно обратиться за медицинской помощью.».
Почему, почему сейчас так больно? Ведь иногда он совсем не ощущает боли, словно он — мягкая игрушка, чертов мишка Тедди! А сейчас… Лео сделал пару глубоких вдохов, пытаясь прийти в себя. Нужно что-то срочно решать, люди из окна исчезли — значит, побежали вниз. Таксист решил попытаться ковылять, держась за располагающиеся вокруг парковки кусты. Так двигаться получалось лучше, но сделав несколько шагов, Леон почувствовал, что больше не в состоянии идти. Обессилив, он опустился на газон, и тут же увидел, что к нему бегут полицейские — человек пять, а то и больше. В окне мелькнула кожаная куртка, что-то щелкнуло.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
«Кажется, это не самый ужасный для меня конец,» — подумал рассеянно Леон, уплывая в неведомость на волнах боли. И тут мир как-то привычно померк, и все закончилось…
***
«Загрузить сохранение „Пассажир1234 cvb“? Да/Нет. Да.»
Темнота прошла также стремительно, как и раньше. Леон остановился в нерешительности перед полицейским и человеком в кожаной куртке. Что-то… Перед глазами пронеслись обрывки странных картинок: газон, окровавленная нога, удар по лицу… Леон помотал головой, прогоняя наваждение, и шагнул было дальше, но к несчастью, своим странным поведением он успел привлечь внимание человека в форме капитана. Тот, прервав разговор с собеседником, шагнул вперед и поинтересовался:
— Вам что-то нужно?
На этих словах незнакомец в кожанке обернулся и спросил:
— Я подожду в кабинете?
Услышав голос, Леон вздрогнул. Вчерашний вечер он помнил в мельчайших подробностях. Движения преступников, повадки, голоса. Голоса — особенно. И сейчас Лео сразу узнал того самого бандита, что вчера угрожал ему странным угловатым автоматом.
Усатый полицейский смотрел на Леона выжидательно, с едва заметной долей раздражения. Таксист же в это время судорожно думал, что ему делать. Наконец осознав, какой ответ будет выглядеть максимально убедительным, он сделал виновато-растерянный вид и промямлил:
— Господин капитан, не подскажите, где отдел по расследованию ДТП?
Полицейский кивнул и сказал:
— Конечно, знаю. Идите туда, — он указал на нужную дверь и вернулся к разговору с бандитом.
Леон промямлил:
— Спасибо, — развернулся и зашагал в сторону, указанную ему полицейским, одновременно стараясь уловить, пойдет ли за ним бандит и узнал ли он его так же легко, как сам Леон — бандита. Лео старался выглядеть максимально естественно: не торопился, не замедлял движение, хотя внутри все напряглось и хотелось броситься бежать прочь из этого здания. Но Леон спокойно шел — шел, одновременно просчитывая, что ему сейчас делать и как. Проходя мимо приоткрытой стеклянной двери, откуда выходил какой-то толстый полицейский, он чуть замедлил шаг — и боковым зрением отметил, что бандит в кожаной куртке все-таки идет за ним. Если бы Леон перешел на бег, то это его не спасло бы, только привлекло бы лишнее внимание всех вокруг, так что эта идея была им отметена сразу. Выходить отсюда он не спешил: вполне было возможно, что на выходе из участка бандита в кожанке могли ждать его подельники, те самые, кто вчера тоже участвовал в похищении. Те самые, кто оставил Леону жизнь только потому что их главарь лениво махнул рукой, мол, «пусть живет».
Если сбежать — не выход, оставалось принять бой. И самое главное — Леон должен был его выиграть, вот только где и как этот бой организовать? Начинать драку прямо посередине полицейского участка — идиотская идея. Хорошо бы было устроить бандиту ловушку, вот только где? На ум пришел какой-нибудь туалет, но ведь не факт, что они там будут вдвоем, а лишний свидетель в таких делах не нужен никому. Леон завернул за угол, чуть не столкнувшись с девушкой-полицейской, которая несла в руках электрочайник. Девушка испуганно отскочила, когда Леон чуть не налетел на неё. Он спокойно извинился и пошел дальше, думая, что не только он тут ходит, полностью увлеченный своими мыслями. И тут его внимание привлекла небольшая дверь в глубоком дверном проеме. В этом крыле здания народа была немного, но Леон не стремился чересчур привлекать к себе внимание и сделал вид, что он остановился и уперся спиной в стену, чтобы проверить что-то в телефоне, сам же в этот момент посмотрел по сторонам. Увидев, что в его сторону никто специально не смотрит, таксист быстро развернулся и торопливо прошмыгнул в дверной проем.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
