спали до самого восхода солнца.
Ночь, на удивление, прошла спокойно. К обеду мы уже успели сделать много дел между Маруськиным сном, а с папашей так и не познакомились.
Из зала по-прежнему не доносилось ни звука. Несколько раз мне даже приходилось подбираться к спящему Ярославу и прислушиваться к его равномерному дыханию.
Все-таки после того, как его напичкали черт знает чем, я переживала за его состояние. Не хотелось бы, чтобы он отбросил копыта в моей квартире.
Еще не хватало мне всю оставшуюся жизнь уживаться с его призраком.
В настоящий момент у Маруськи был второй по счету дневной сон, у меня появилось время на себя. Я переоделась в эластичные леггинсы и спортивный топик, чтобы одежда не сковывала мне движения, расстелила на полу в кухне коврик и включила на телефоне расслабляющую музыку. Я занялась медитацией, так как с утра не нашла для нее ни одной свободной минутки.
В свое время медитативная практика помогла мне справиться со стрессом. Я научилась очищать свой разум от ненужного хлама, который еще называется мыслями, и с помощью дыхательных упражнений приноровилась быстро приходить к умиротворению.
Так и в этот раз уже спустя пятнадцать минут медитации я была энергетически наполнена и очищена от всякого рода шлака и токсичных мыслей.
"Все прекрасно!" — была убеждена.
Следом я приступила к растяжке: выполнила наклоны, выпады и растянула мышцы с упором на спину. Затем приступила к более сложным упражнениям. Без задней мысли я легла на спину и закинула ноги за голову, придерживая ладонями свою поясницу.
Несмотря на то что я привыкла заниматься с закрытыми глазами, это не помешало мне почувствовать ложившуюся на мое лицо тень. Я резко открыла глаза, расставила бедра ноги и увидела как надо мной зависала опухшая морда Ярослава.
Очень вовремя... Ни минутой раньше, ни минутой позже...
— Знаешь, я никогда не понимал "йогнутых", но с этого момента йога в твоем исполнении стала моим фаворитом среди прочих бабских упражнений, — произнес он низким голосом, шаловливо поигрывая бровями и нисколько не стыдясь своей не менее шаловливой ухмылки.
Жар моментально хлынул к моему лицу.
Но вместо того, чтобы подняться с пола, я начала разглядывать Ярослава.
Я была удивлена. Не понимала, как ему удавалось оставаться чертовски привлекательным, будучи взлохмаченным и изрядно помятым зомби. И ведь даже шишка, красующуюся у него на лбу, вкупе с красными вампирскими глазами ничуть не портили его мужскую притягательность.
Он точно вампир...
И на яркий солнечный свет шипел подобно графу Дракуле, пока не додумался задвинуть занавеску.
— И-и-и... давно ты здесь торчишь? — хрипло спросила, застыв в неловком положении.
— С того самого момента, как ты встала на четвереньки. Клянусь, теперь это мое любимое упражнение! Я бы даже сам не отказался попрактиковаться. Ну знаешь, чакры там свои прокачал бы...
Ярослав чисто мужским жестом провел пальцами по своим волосам, зачесывая их на затылок, после чего его прическа магическим образом приобрела пристойный вид.
"Вот бы мне научиться таким трюкам", — позавидовала я про себя.
Справившись наконец с неловкостью, я вскочила на ноги и командным тоном сказала:
— Мордой в пол.
Ярослав резко поднял руки вверх и замер, стоя напротив меня.
— Что? Уже? И тебя даже не смущает, что у меня зубы не почищены? — хохмил он.
Мысленно закатила глаза, подняла с пола коврик и начала сворачивать его в трубочку.
— Это поза в йоге так называется, бестолочь. Собачка мордой в пол. А принять душ и зубы можешь почистить в ванной комнате, — указала ему рукой направление. — Специально для тебя я приготовила зубную щетку и полотенце. Розовенькие.
Ярослав опустил свои руки и сделал один шаг мне навстречу. Всего один шаг, разделяющий нас в тесной кухоньке. Без зазрения совести он оставил у уголка моих губ быстрый поцелуй, а потом сразу же отстранился назад, вероятно, боясь, что может схлопотать от меня.
И он схлопотал бы, если бы для меня его объятия не стали настоящей неожиданностью.
— Ты супер, дьяволенок. Я просто обожаю розовые зубные щетки. И мне приятно, что ты думала обо мне пока я спал.
Не успела даже одуматься, а он уже развернулся и вразвалочку пошагал в ванную комнату, на ходу расстегивая в хлам измятую рубашку. И, только глядя на его удаляющуюся спину, я осознала, что разволновалась так, что чуть ли в узел коврик не завязала.
Да что со мной?
Я должна думать о том, как рассказать ему о дочери, а вовсе не о том, что мне начинают нравиться такие неожиданности.
Вздохнула. Развернула злосчастный ковер и накрыла им свою голову, мол, меня нет, я в домике.
— Ах, да... — послышался голос Ярослава.
Вздрогнув, я подпрыгнула на месте, с резкостью отшвырнула коврик в сторону и ощутила на себе его колючий взгляд. Его лицо было более чем серьезное, но в глазах мелькали смешинки.
— Что еще? — беззвучно произнесла, желая провалиться сквозь землю.
— У тебя не найдется обезболивающего? А то в башке трещит, словно перфоратор завели.
— Сходи пока в душ, освежись, а я что-нибудь придумаю, — сказала лишь бы быстрее спровадить его.
Как только Ярослав заперся в ванной, я побежала в свою спальню.
Дочка, слава богу, еще спала полешком на спине. Я набросила на себя халат, вышла из комнаты и прикрыла за собой дверь. Вернулась в кухню, где на скорую руку пожарила яйца с одной залежавшейся в холодильнике сосиской.
Как примерная хозяюшка я накрыла на стол. Украсила яишенку дьяволом с рожками, изобразив его с помощью кетчупа. Затем поставила стакан с водой, а рядом с ним положила таблетку-шипучку, после чего присела за стол и начала морально готовить себя к признанию, пока дочурка не врубила сирену, возвещающую "хочу на ручки" и кормежку.
Ноги и руки уже во всю ходили ходуном, новый маникюр был обглодан подчистую. Нечто страшное творилось в животе, сдавливали нервные спазмы.
Никогда еще так не волновалась, как в эту самую минуту.
И вот, Ярослав вышел из ванной.
Но лучше бы он там захлебнулся и утонул...
Поскольку до меня вдруг дошло, что в моей жизни не было ни единого подобного случая. По моей квартире прежде никогда еще не разгуливал полуголый мужик после душа, никто не светил предо мной своим обнаженным торсом, по которому стекали капельки воды.
— У тебя там кран подтекает, — отметил он, присаживаясь за стол.
Кивнула и неуклюже провела ладонью по своим
