Читаем без скачивания Диалоги - Валентин Свенцицкий

Неизвестный. Но как же их примиряет Церковь?

Духовник. Вот это я и постараюсь показать тебе. Ты знаешь церковное учение о таинствах. Мы рассмотрим с тобой значение благодатных даров в деле нашего спасения. Ты ставишь теперь вопрос о взаимодействии Божественной Благодати и Божественного закона, поскольку он требует для своего исполнения личных человеческих сил.

Неизвестный. Да. Ты совершенно точно формулируешь мой вопрос.

Духовник. Вспомним теперь, что говорит Слово Божие о законе и благодати. С первых же слов ты увидишь те «противоречия», которые Апостол нисколько не смягчает для нашего немощного сознания, но поставляет их перед ним в полном объеме. Он говорит: «… ныне независимо от закона явилась правда Божия, о которой свидетельствуют закон и пророки, правда Божия через веру в Иисуса Христа во всех и на всех верующих, ибо нет различия, потому что все согрешили и лишены славы Божией, получая оправдание даром, по благодати Его, искуплением во Христе Иисусе…» (Рим. 3, 24). И дальше: «… мы признаем, что человек оправдывается верою независимо от дел закона» (Рим. 3, 28). Вопрос как будто бы ясен и решен совершенно категорически. Спасение даровано даром, оно есть действие благодати, независимо от дел закона, а благодать — через веру. Значит, и спасение только от веры и действующей через нее благодати. После всех этих утверждений Апостол предвидит неизбежный для человеческого сознания логический вывод, искажающий истину. «Итак, мы уничтожаем закон верою?» — спрашивает он. И отвечает: «Никак, но закон утверждаем» (Рим. 3, 31).

Каждый неверующий человек мог бы воскликнуть:

«Какие странные слова! Кто может это слушать?» (Ин. 6, 60).

И в самом деле, разве не странно, что слова «человек оправдывается верою независимо от дел закона» — утверждают, а не отрицают закон. Но таковы тайны откровений. Они всегда имеют две стороны, как бы отрицающие друг друга и соединяющиеся во всеобъемлющей полноте истины. Раскрывая другую «противоположную» сторону значения закона, Апостол говорит: «Что же скажем? Оставаться ли нам во грехе, чтобы умножить благодать? Никак. Мы умерли для греха: как же жить нам в нем» (Рим. 6, 1–2). И еще: «Грех не должен над вами господствовать, ибо вы не под законом, но под благодатью. Что же? станем ли грешить, потому что мы не под законом, а под благодатью? Никак» (Рим. 6, 14–15).

В итоге перед нами два противоположных утверждения: «…помилование зависит, не от желающего и не от подвизающегося, но от Бога милующего» (Рим. 9, 16). Это одно. А другое? «Воздаяние делающему вменяется не по милости, но по долгу» (Рим. 4, 4). Это ли не явное противоречие?

Неизвестный. Конечно, явное противоречие. Да и ты так подчеркиваешь эти противоречия, как будто бы и сам считаешь их непримиримыми.

Духовник. Напротив. Острота противоречий утверждает целостность истины.

Неизвестный. Но в чем эта целостность истины?

Духовник. Ты увидишь ее. Но мы должны для этого рассмотреть учение Церкви о нравственном совершенстве.

Неизвестный. Да, я понимаю, что надо начать с этого.

Духовник. Нравственный закон был дан людям в Божественном Откровении, на горе Синае, еще до Христа, в десяти ветхозаветных заповедях. Природное начало нравственности, которое является свойством души человека, отличающем его от животного, получило в этом откровении свое более совершенное и строго оформленное выражение. Этот нравственный закон открывал перед ветхозаветным человеком тот идеал совершенствования, который могло вместить его нравственное сознание. Сущность этого нравственного закона раскрыта в Евангелии. Один из фарисеев, законник, искушая Спасителя, спросил: «Учитель, какая наибольшая заповедь в законе?» Иисус сказал ему: «Возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим и всею душою твоею и всем разумением твоим: сия есть первая и наибольшая заповедь; вторая же подобная ей: возлюби ближнего твоего, как самого себя. На сих двух заповедях утверждается весь закон и пророки» (Мф. 22, 36–40).

Спаситель раскрыл ученикам Своим этот нравственный закон в полном объеме: «Вы слышали, что сказано древним: не убивай, кто же убьет, подлежит суду. А Я говорю вам, что всякий, гневающийся на брата своего напрасно, подлежит суду… Вы слышали, что сказано древним: не прелюбодействуй. А Я говорю вам, кто смотрит на женщину с вожделением, уже прелюбодействовал с нею в сердце своем… Еще слышали вы, что сказано древним: не преступай клятвы, но исполняй перед Господом клятвы твои. А Я говорю вам: не клянитесь вовсе… Вы слышали, что сказано: око за око и зуб за зуб. А Я говорю вам: не противься злому… Вы слышали, что сказано: люби ближнего твоего и ненавидь врага твоего. А Я говорю вам: любите врагов ваших…» (Мф. 5, 21–44).

То новое, что говорится здесь, не было отменою старого закона, а было более совершенным выражением все той же заповеди о любви, которая содержит весь закон, как старый, так и новый. Господь пришел не нарушить закон, но исполнить, потому что Он Сам был совершенным исполнителем любви. И тот идеал, который во всей полноте не могло вместить ветхозаветное сознание — сделался идеалом новозаветным, когда через искупление открылся путь Богосовершенства и сделалось возможным получение через веру в Господа Иисуса Христа и принадлежность к Его святой Церкви благодатной помощи в таинствах.

Что же представляет из себя этот новозаветный христианский идеал? Это путь в полноту любви. Что значит жизнь в полноте любви? Это — жизнь в Боге. Об этом благодатном состоянии, как цели нравственной христианской жизни, говорит и слово Божие, и Отцы Церкви, и святые угодники Божии. Я приведу тебе слова преподобного Серафима, и тогда тебе станет сразу ясно, о чем идет речь: «Пост, бдение, молитва, девство и все другие добродетели, ради Христа делаемые, — говорит преподобный, — сколько ни хороши они сами по себе, однако же не в них одних состоит цель христианской жизни нашей, и не затем мы родились, чтобы лишь только их творить: но цель жизни нашей есть та самая благодать Духа Божия, которую они приносят нам, и вот в стяжании или наживании ее-то одной (через них приобретаемой) и состоит цель жизни христианской».

«Истинная цель жизни христианской есть стяжание Святого Духа Божиего. Пост же, бдение, молитва, милостыня и всякое Христа ради делаемое добро суть средства для стяжания Святого Духа Божия».

Неизвестный. Ты приводишь слова преподобного Серафима. Но это — идеал, созданный монахами. В нем содержатся все черты «умного делания». Об этом я еще буду говорить с тобой. Разве Христос ставил такую задачу перед своими учениками? Разве христианский идеал нравственности похож на эту истину?

Духовник. Нет, именно этот идеал и есть конечная цель нравственной жизни каждого христианина. Так учит и слово Божие, и святая Церковь, и святые Отцы.

Неизвестный. Не можешь ли ты указать мне, где именно говорится в слове Божием и у святых Отцов о «стяжании Духа Святого» как конечной цели нравственной жизни христианина?

Духовник. Изволь. В Евангелии от Иоанна читаем: «Кто верует в Меня, у того, как сказано в Писании, из чрева потекут реки воды живой. Сие сказал Он о Духе, Которого имели принять верующие в Него…» (Ин. 7, 38–39).

«И Я умолю Отца и даст Вам другого Утешителя, да пребудет с вами во век, Духа истины, Которого мир не может принять, потому что не видит Его и не знает Его; а вы знаете Его, ибо Он с вами пребывает и в вас будет» (Ин. 14, 16–17). В посланиях Апостольских читаем: «…любовь Божия излилась в сердца наши Духом Святым, данным нам» (Рим. 5, 5). «Но вы не по плоти живите, а по духу, если только Дух Божий живет в вас» (Рим. 8, 9). «…Воскресивший Христа из мертвых оживит и ваши смертные тела Духом Своим живущим в вас» (Рим. 8, 11). «…Все, водимые Духом Божиим, суть сыны Божии» (Рим. 8, 14).

Святые отцы с древнейших времен всесторонне раскрывают это учение, и св. Церковь хранит его как святую истину. Об этом я мог бы привести тебе множество свидетельств, но по установившемуся у нас обыкновению не буду чрезмерно пользоваться цитатами для подтверждения своих слов. Я буду предполагать их тебе известными, а если они не известны тебе — ты потом можешь восполнить этот пробел в твоих познаниях. Но так как в данном случае ты и сам просил меня, я приведу тебе из многого того, что сейчас имею под руками. Св. Игнатий говорит, что совершенный христианин «имеет в себе Бога». Св. Игнатий Лионский спрашивает: «Что сделает полная благодать Духа?» — и отвечает: «Она сделает нас подобными Ему». Св. Симеон Новый Богослов говорит: «Целью всех живущих по Богу должно быть благоугождение Господу Иисусу Христу и примирение с Богом Отцом через приобретение Духа Святого и через это получить спасение: ибо лишь в этом заключается спасение всякой души. И если у нас нет этого искания Духа Святого — то напрасен всякий труд и суетно всякое желание наше; бесполезен путь, не ведущий к сему. Кто же обогатился сим небесным сокровищем, разумею пришествием и вселением в него Христа, Который сказал: „Аз и Отец Мой приидем и обитель у него сотворим,“ — тот по опыту знает, какую получил радость, какое сокровище имеет в сердце своем, беседуя с Богом, как друг с другом, бездерзновенно стоит он перед лицом Того, Кто обитает в нем в свете неприступном. Кто верит тому, что я говорю, тот блажен; кто трудится, чтобы действительно приобрести это, тот преблажен; кто же достиг и, как сын, дошел до Самого Бога, тот, чтобы не сказать мне нечто большее, — ангел. Кто же думает, что имеет в себе Духа Святого, на самом же деле не имея Его, тот, когда слышит, что действия Святого Духа явно и ощутительно бывают в тех, которые действительно его имеют, — никак тому не верит; ибо всякий по собственному состоянию судит и о других. Но кто не сподобился приобрести сие благо, тот пусть винит себя одного, а не говорит в извинение, что дело это невозможное. Будучи обличаем и удостоверяем Священным Писанием, да знает таковый, что дело сие возможно, но по причине нарушения и неисполнения заповедей Божиих каждый сам себя лишает сего блага».