— Ах, ты наконец заметил… — Елена оживилась. — Все это наследие отца. Когда я была маленькой, он ездил в командировки в разные страны и провозил всякую всячину… В особенности ему нравилась Япония, — погладила ножны кинжала на моем боку. — Танто тоже из его коллекции.
К сожалению, чересчур запоздало увидел подтекст в ее словах — уже после того как задал следующий вопрос:
— Почему «нравилась»? Сейчас нет?
Девушка вздохнула — ее фигура будто стала прозрачнее.
— Пару лет назад погиб в автокатастрофе… — не видел ее лица и глаз — лишь темные волосы со спины, поскольку она слегка наклонила голову к груди, но по интонациям понял, что она еле сдерживает слезы — мне представилось, как она смотрела одновременно в себя и в никуда. — Умер в командировке… в своей любимой… стране.
Погладил ее волосы. Некоторое время помолчали. Не стал продолжать тему, как и уточнять, в какой стране именно. Как и расспрашивать о ее матери. А опошлять момент словами в духе «соболезную» — это себя не уважать.
Своего отца я не знал — мать особо не распространялась, да и к осознанному возрасту мне было уже начхать, кто он там и что.
— М… Значит и холодное оружие ему удавалось привозить? Уже заточенное или это сувенирные… вроде макетов? — и показал на небольшой шкаф напротив, где на подставке лежала катана в ножнах.
Девушка благодарно сжала мне руку.
— Нет, только боевое и практичное! Специально ездил за город затачивать у местных умельцев. Если не веришь, можешь взглянуть… О, кстати, вместо танто… Я знаю, какое оружие тебе больше подойдет, — смотря на «перевернутого» меня снизу-вверх и увидев немой вопрос в глазах, добавила. — И это не катана.
Заинтересовался.
— И что же?..
— Взгляни в том шкафу, стоит внизу справа.
То и дело поглядывая на девушку и уходя с траектории воображаемых неприятностей, приблизился к нему. Угрозы там не почувствовал, поэтому откатил выдвижную дверцу влево. Внизу оказался черный зонт.
Не сразу догадался.
— Только не говори, что…
Слегка крутанул против часовой стрелки ручку зонтика и… высвободил матово-черный клинок. Примерно такого же цвета, как и мой нож. К слову, в данный момент он лежал в прихожей в широком кармане толстовки вместе с ножнами и перевязью. Точнее по отдельности от них.
— Ну как тебе? — донесся довольный голос Елены. — Хотя он и предназначен больше для колющих ударов, но также имеет и очень острую режущую поверхность.
Проверил, хоть и не разрезал кожу, но лезвие примерно соответствует моему ножу, может чуть лучше.
Взмахнул пару раз, после чего убрал обратно в ручку зонтика.
— То, что доктор прописал! Мне б еще навыки приобрести пользоваться таким…
Плюхнулся обратно на диван, разглядывая внешнюю структуру зонта, которая также выглядела рабочей по своему назначению.
— Я еще не рассказывала? С детства увлекаюсь фехтованием, даже одно время успешно выступала на соревнованиях по рапирам, — похвасталась девушка. — Так что если хочешь… только подлечусь немного, — и легонько погладила мою руку. — Азам я тебя легко научу.
Прищурился. Но шуточным тоном спросил:
— Не хочешь меня отпускать, да?
И про себя добавил: или ждешь своего Мастера для дальнейшего развития событий и моего использования? Где же истина? Где-то посередине?
Глава 23
Глава 23. Культивируя на кладбище
На часах уже было полчетвертого. Елена часок вздремнула. А после у нее поднялась температура, но вроде не связанная с инородной мутационной инфекцией, о которой я думал. Согласился с тем, что лучше будет вызвать врача. Держа руку на пульсе, а точнее на ее голове: слушал, кого она там вызывала — какой-то знакомый врач из частной поликлиники, объяснила ему ситуацию. Тот сказал, что приедет в течении часа. Подозрительного ничего не заметил.
Приехал уже немолодой дед в годах. Ни грамма внутренней энергии. Перекинулись парой слов. Пока я сидел в кресле, витая в облаках — врач лечил пациентку. В какой-то момент, я даже не заметил, Елена вскрикнула — сустав поставили на место. Далее доктор обработал ей мазью живот, профессионально наложил повязку, выписал и сразу отдал пару лекарств из своей переносной аптечки. Посоветовал постельный режим в течении двух недель и наконец убрался восвояси. Оплатила она его с помощью банковского приложения на смартфоне — от введенной цифры у меня слегка «поплохело» в глазах. Частное лечение, оно такое.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Взял ее номер мобильного. Запомнил цифры. Звонить я ей в ближайшей время не собирался — обговорил с ней другой способ связи.
Были планы, когда начнется рабочий день, купить еще один смартфон «в переходе» вместе с сим-картой. Покупка была связана в первую очередь не с девушкой, а с дальнейшими планами, когда не то что симкой на свое имя лучше не святить, но и «заюзанным» смартфоном. Свой мобильный лежал дома — не стал его брать в парк. И теперь уже в ближайшее время и не собираюсь.
Попрощался:
— Восстанавливайся. Еды… я видел у тебя в холодильнике достаточно. Не забывай медитировать, культивировать — это явно пойдет на пользу восстановлению… Что еще… Да пока все. Я напишу.
Елена потянулась ко мне руками. Наклонился — обняла. Оставила поцелуй на щеке.
На прощание сказала, где в прихожей взять дополнительный комплект ключей…
Ну по крайней мере она мне доверяла. И даже очень…
Что может быть у нее на уме? Или она вообще ничего не замышляет? В этот момент я засомневался. Но быть настороже — это мой девиз.
Оставив девушку отсыпаться до утра, покинул ее квартиру. Танто оставил девушке, но под ее одобрительный взгляд взял «зонтик».
Даньтянь чесался воспользоваться ядром того изверга. Решил на всякий случай не возвращаться домой — уже после закалки мышц возникли планы на будущее место для совершенствования следующей системы органов. Костей. И где это лучше всего делать? Правильно. На кладбище.
Но прежде решил все-таки зайти на речку и даже, как отъявленный душегуб, второй раз посетил место преступления. И надеюсь — последний. Подморозил землю с листьями и снегом. Накидал еще, разровнял. Вздохнул. Огляделся. Прислушался. Принюхался. Тихо и спокойно.
Места поглощения на речке вроде как не особо изменились, нырять не стал, но вокруг лавок энергия потихоньку восстанавливалась за эти двадцать дней… наполовину точно. С одной стороны — медленно, очень медленно, но а с другой — непоправимых явлений не случилось. Или я их попросту пока что не в состоянии заметить. По большому счету — мне-то какая разница? Так, любопытство. Для большего понимания природы внешней энергии.
Пару часов посидел, покультивировал в одном из мест в парке, где жарят шашлыки. Потом отправился к первым утренним автобусам. По моим внутренним часам как раз самое время.
В автобусе, наблюдая за проносящимися городскими довольно угрюмыми и серыми пейзажами, я возвратился мыслями к Елене. Она не выглядела мелочным человеком, готовым ради сиюминутной выгоды продать душу дьяволу. Или же я совсем не разбираюсь в людях. Я уже почти мог бы назвать ее своей союзницей… Но что ей взбредет в голову в долгосрочной перспективе?
Обычная женская благодарность пройдет, а мне что потом делать, если «влюблюсь»?
С парой пересадок добрался до ближайшего относительно большого кладбища около улицы «первой русской революции». Там неподалеку в одном из переходов купил старенький и потрепанный, но рабочий на вид смартфон и даже без треснутого экрана; взял пару симок в придачу, уже с плюсовым балансом. Подумал, что никто не вечен — и чат в том числе. Его без проблем могут заблокировать, предвидела ли это Фея Тиан? Скорее всего — да. Как говорится, ожидаем дальнейших распоряжений.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Если честно, я бы и два смартфона взял, но глядя на сто рублевые оставшиеся купюры, вспомнил, что и на карточке у меня висит сумма из не более четырех чисел в рублях. Остальное в веб — кошельках, криптовалюте и «под подушкой».
