(С. 202–203)
В 3-ем издании «Маленьких детей» — «От двух до пяти» (Л., 1933) Чуковский сократил цитаты из «Ивана Иваныча Самовара», но зато включил цитаты из «Миллиона» и «Вруна».
106
Раньше, однако, Хармс вписал в «Чукоккалу» (в основе своей альманах был издан — Л., 1979) стихотворения «Врун», «Бог проснулся отпер глаз», «Мы знаем то и это» (не включено составителями в «Собрание произведений») и не полностью «Миллион». При просмотрах «Чукоккалы» Хармс оставил следующие записи:
«Самое трудное — писать в альбом.
В этой фомнате с удовольствием смотрел этот хальбом. Но ничего не выдумал.
Пульхирей Д. X.
Совершенно не знаю, что сюда написать. Это самое трудное дело.
13 августа, среда, 1930 года.
Чукоккала меня укокала»
(См. Чукоккала. М., 1979. С. 386–392).
107
Епископ Сергий (Бессонов). В 1935 г. расстрелян.
108
Очень важный мотив в творчестве Хармса — сопоставление религии и магии. См.:
«боги наги
боги маги»
(II, 146)
«Мы с тобой, должно быть, маги,
разрушаем время песней»
(III, 7)
и др.
109
Алиса Ивановна Порет (1902–1984) — живописец, график, художник книги, близкий друг Хармса. Ученица П. Н. Филонова, участник коллектива МАИ (Мастера аналитического искусства). Активно сотрудничала в детском секторе госиздата, а после — Детгизе.
Дом Порет в 1930-е гг. был литературно-музыкальным салоном. «Поэты приходили к нам читать новые стихи, а Даниил Хармс считал, что нигде так много не смеются и не веселятся», — вспоминала она (Мария Вениаминовна Юдина. Статьи. Воспоминания. Материалы. M., 1978. С. 49).
Ее «Воспоминания о Хармсе» (сокращенная редакция) опубликованы в «Панораме искусств. Вып. 3» (М., 1980).
110
Рене Рудольфовна О'Коннель-Михайловская (1891–1981) — художник-керамист, график, театральный художник. Училась в школе Общества поощрения художеств, по окончании которой вышла замуж за И. Я. Билибина (1912, разошлись в 1917). После революции, в основном, занималась художественной керамикой, была дружна с учениками П. Н. Филонова — А. Порет, Т. Глебовой, В. Сулимо-Самуйлло. Ее дети погибли во время войны.
111
Татьяна Николаевна Глебова (1900–1985) — график, живописец, художник книги, театральный художник. Ученица П. Н. Филонова, участник коллектива МАИ. Сотрудничала в Детгизе, в «Чиже» и «Еже», иллюстрировала стихотворения Д. Хармса, Н. Заболоцкого и А. Введенского. В послевоенные годы Глебова вместе с В. В. Стерлиговым разрабатывают оригинальную живописную систему и создают известную «школу Стерлигова».
Недавно опубликованы ее замечательные «Блокадный дневник» (Искусство Ленинграда. 1990. No. 1–3) и «Воспоминания о П. Н. Филонове» (Панорама искусств. Вып. II. М., 1988).
См. также: Татьяна Николаевна Глебова. Выставка произведений. Буклет. Л., 1981.
112
Ср. с поэтическим фрагментом Хармса:
Уже бледнеет и светаетНад Петропавловской иглой,И снизу в окна шум влетает,Шуршанье дворника метлой.Люблю домой, мечтаний полными сонным телом чуя хлад,спешить по улицам безмолвнымеще сквозь мертвый Ленинград
(II, 193)
113
Юбилейная выставка «Художники РСФСР за XV лет» была торжественно открыта в Русском Музее 13 ноября 1932 г. (см.: Каталог выставки «Художники РСФСР за XV лет». Л., 1932). В мае 1933 г. выставка была перевезена в Москву.
114
Знакомство Хармса с К. С. Малевичем происходит в 1926 г., когда Малевич представляет «Радиксу» помещение для репетиций в ГИНХУКе. Историю этого альянса рассказал Г. Н. Кацман:
«Введенский взялся организовать связь с Инхуком. Тут же на пятисотрублевой николаевской ассигнации постановщик [Г. Н. Кацман — А. К., А. У.] написал заявление Малевичу, в котором говорилось, что он собрал труппу и хочет поставить сценический эксперимент с целью установить, что такое театр. Заявление было завязано в „старушечий“ узелок, позвонили Малевичу и тотчас же к нему отправились. План Малевичу понравился, он сказал: „Я старый безобразник, вы молодые, — посмотрим, что получится“. Заявление понравилось ему еще больше, он тут же написал на нем (и на его „нормальной“ копии) резолюцию коменданту, и „Радикс“ получил в свое распоряжение Белый зал Инхука и много подсобных помещений.»
Как справедливо отмечает М. Б. Мейлах, «Хармс, мечтавший о создании союза, который объединил бы все левые силы Ленинграда, не мог недооценивать значения участия Малевича в таком союзе. Вместе со своими товарищами по „Радиксу“ он ведет с Малевичем переговоры и в конце декабря 1926 года получает у него, как сказано в его записных книжках, „абсолютное согласие на вступление в нашу организацию“» (Введенский I, XVIII):
«Беседа с К. С. Малевичем.
1) Абсолютное согласие К. С. на вступление в нашу организацию.
2) Сколько активных человек дает он I разряда. (4 челов.)
3) Сколько II разряда, (мы: 7 челов.)
4) Дает ли он нам помещение (для закрытых малых заседаний комнату предоставим).
5) Связь с ИНХУК'ом.
6) Сколько очков под Зайцем (мы: Граммофон плавает некрасиво).
7) О названии (невозможность „Уновиса“).
1) Косая известность.
2) Не оправдаем начального существ[ования]
3) Возрождение недолговечно.
8) Какова верховная власть.
(Мы предлаг[аем]:
Малев[ич]
Введенск[ий]
Бахтерев)
9) Принцип объединения
(Мы — основной стержень —
даем 4 верховных членов, а может
быть, вообще группа I-го разряда).
10) Срок первого собрания
11) Сколько человек III разряда
(Мы: 20 челов.)
12) На каких основаниях входят члены II-го разряда»
(Введенский, II, 241–242).
Эти намерения создать иерархичный союз нового искусства не осуществились — вскоре Малевич yeхал в Польшу, а ГИНХУК был закрыт. 18 февраля 1927 г. Хармс написал стихотворение «Искушение» с посвящением Малевичу (I, 39–42). Приблизительно в это же время Малевич подарил Хармсу свою книгу «Бог не скинут» (Витебск, 1922) с надписью: «Идите и останавливайте прогресс. К. Малевич. 16.4(?).27 г.» (IV, 225).
Как справедливо отметил И. Левин в единственной статье, посвященной теме «Малевич и обэриуты», один из программных трактатов Хармса «Предметы и фигуры, открытые Даниилом Ивановичем Хармсом» (1927) написан в духе философии супрематизма, под сильным влиянием теоретических воззрений Малевича (см. Levin I. The Fifth Meaning of the Motor-Car: Malevich and the Oberiuty//Soviet Union/Union Soviйtique (Pittsburg). 1978. Vor. 5. Pt. 2. Pp. 287–300).
В 1935 г. Хармс отозвался на смерть Малевича стихотворением «Послание к Казимиру», которое читал на траурной церемонии перед отправлением тела Малевича в Москву.
115
Общество «Круг художников» сложилось в 1925 г., организовано в 1926 г. Председателем «Круга» был избран В. В. Пакулин. В общество вошли выпускники Вхутеина 1925 г., ученики А. И. Савинова, А. Е. Карева, А. Т. Матвеева и К. С. Петрова-Водкина: А. С. Ведерников, А. И. Русаков, И. В. Орехов, В. И. Малагис, П. А. Осолодков, A. П. Почтенный, Д. Е. Загоскин, А. С. Ведерников, А. Ф. Пахомов, A. H. Самохвалов и др.
В своей декларации вполне в духе социалистического строительства общество определило свои устремления — «„на основе коллективного руководства“ в „противовес индивидуальщине и субъективизму“ создать не иначе как стиль эпохи в противовес вкусикам направленчеств, измам и т. д.»
Выставки «Круга» состоялись в 1927, 1928, 1929 и 1930 гг. В 1929 г. после «раскола» часть художников ушла в АХРР.
116
Бродский Исаак Израилевич (1884–1939) — советский живописец, коллекционер. До революции член «Союза русских художников» (1909–1917). После революции — видный деятель АХРР (Ассоциация художников революционной России). Автор известных картин «Ударник Днепростроя» (1932), «Демонстрация» (1934) и др. и известных портретов И. В. Сталина (1928, 1935), В. И. Ленина (1930), «К. Е. Ворошилов на лыжной прогулке» (1937). Его коллекция — одно из богатейших собраний русской живописи XVIII–XX вв.
117
Соломон Моисеевич Гершов (1906–1989) — живописец, художник-график. Учился в Витебске у М. 3. Шагала, учеником которого себя считал, и в Художественно-промышленном техникуме в Ленинграде. Сотрудничал в Детском секторе Госиздата, в частности, иллюстрировал книги: «Живая пропажа» (М.-Л., 1931) Э. Паперной и «Особенный день» (М.-Л., 1931) Е. Шварца и Г. Дитрих. Арестован в конце 1931 г. Был выслан в Борисоглебск в ноябре 1932 г., где вместе с Б. М. Эрбштейном работал художником в Театре музыкальной комедии. По возвращении в Ленинград работал в Художественных мастерских. Персональные выставки С. М. Гершова с успехом прошли за границей, в СССР не проводились.
