и поставил чайник. Сработал электронный замок и на кухню зашел Мишаня: – Добрый вечер, Илья! Ты проголодался? Может что-то приготовить или заказать? -
– Нет, спасибо! Это не мне, это для мамы! У нее голова разболелась, вот и хотел ей принести чаю, – заваривая чай, отчитался юноша.
– Что-то случилось в поездке? – встревожился Мин Хо, – Вот увижу завтра Ча Ки, ей Богу прибью! Ничего мне толком не рассказал, а она заболела!!!
– Не переживайте! У мамы такие боли случаются время от времени, – ушел от ответа Илья.
– Хорошо, я поднимусь и проведаю ее, а ты как приготовишь чай, поднимайся! – остаток фразы послышался уже с лестницы.
Войдя в комнату Маруси, Мин Хо немного постоял у порога, давая глазам привыкнуть к темноте. Она спала на боку в обнимку с одеялом. Полюбовавшись на нее какое-то время, он сходил в ванную и приготовил прохладный компресс из полотенца. Сел на кровать и тихонечко, чтобы не разбудить, начал прикладывать компресс к вискам и на лоб.
Маруся проснулась от ощущения чего-то прохладного на своем лбу. Приоткрыла глаза, и увидела прямо перед собой пару встревоженных глаз… Она смотрела на Мишаню, чувствуя его заботу и нежность, и просто тонула в этом омуте кофейных глаз. «Я что, сплю? Если протянуть к нему руку, он исчезнет?» – подумала она и протянула руку к его лицу. Она прошлась ладошкой по его щеке, погладила пальчиком его нос, лоб, откинула упавшие пряди волос и провела, чуть касаясь, по его верхней губе. Она уже поняла, что это не сон. Вот он, сидит рядом, а в глазах уже расплавился лед и там вовсю полыхает пламя!
Мишаня, как зачарованный следил за ее чуть приоткрытыми глазками, за ее неспешными движениями… Когда она коснулась своей прохладной рукой его щеки, его словно огнем обожгло и по венам понесся поток нежного пламени. Он проникал до самого сердца! Наблюдая за ее уже почти осознанным взглядом, он словно тонул в этом синем океане! Не задумываясь, он повернул слегка голову и нежно поцеловал ее ладонь. Его губы были мягкими и очень теплыми. Сразу сбилось дыхание и сердце понеслось, отдавая тактами в груди, а Мишаня целовал и целовал, прокладывая дорожку от запястья по руке…В синем океане Марусиных глаз Мишаня нашел все ответы на незаданные вопросы. Больше ждать не имело смысла и он наклонился поцеловать Марусю, как именно в этот момент дверь в спальню приоткрылась, и в нее тихонько вошел Илья.
– Мин Хо, я принес для Маси чай с медом, – прошептал он, – Чего у вас тут так темно? После яркого света в коридоре , я ничего не вижу.
Маруся с Мишаней отпрянули друг от друга, как ошпаренные. Он первым пришел в себя и включил ночник. Взял кружку с чаем из рук Ильи, поставил ее на тумбочку рядом с кроватью и выскочил из комнаты, чтобы хоть немного прийти в себя!
«Мне нужен ледяной душ!» Мин Хо ворвался в свою комнату, замер на минуту, успокаивая сердце и пошел в ванную.
Маруся лежала на подушке и боялась открыть глаза.
«Что это было за наваждение? Что за магия? И как много успел заметить Илья?»
– Мася, как ты? Прошла голова? – Бублик тихонько подошел и присел на кровать.
– Да, все хорошо, мой родной! Иди спать. – Маруся на минутку приоткрыла глаза и, скрывая свое волнение, выпалила все скороговоркой.
– Хорошо! Но если что-то будет нужно, сразу звони, телефон вон рядом на тумбочке. – Илья вышел, тихонько прикрыв за собой дверь.
А Маруся, как только он вышел, выпила пару глотков чая, спряталась под одеяло, улыбнулась и снова вспомнила Мишаню и его дорожку из поцелуев.
«А ведь он точно хотел меня поцеловать!» – с этой счастливой мыслью Маруся и уснула.
Глава 7
Проснувшись утром, Мин Хо быстро принял душ, оделся в свой любимый темно-синий деловой костюм, подобрал рубашку и галстук в тон, и очень старался не думать о вчерашнем ночном наваждении.
Направляясь на кухню, Мишаня на минутку притормозил у Марусиной комнаты и послушал у дверей ее размеренное дыхание. Она спала… Непроизвольно он вспомнил ее глаза, в которых бушевало пламя океана. Волнение нахлынуло сразу и сердце устремилось вскачь лишь от одной мысли о Машеньке. Помотав головой, чтобы прийти в себя, Мин Хо отправился на кухню и залпом выпил бутылку воды.
«Мин Хо, такими темпами ты либо поселишься в холодном душе, либо сдашься и пойдешь дальше, но захочет ли она тебя? Примет ли таким, какой ты есть?»
Пока Мишаня предавался сладким мыслям, с лестницы раздались шаги и на кухню заглянул Илья: – Доброе утро, Мин Хо! – спросонья прохрипел Илья.
–Доброе утро, Илья, зачем так рано встал? – удивился Мишаня, – Кстати, какие у вас планы на сегодня?
– Выспался и решил выйти на пробежку, пока все спят. А вы чего так рано? – выпив воды, уже более бодрым голосом отозвался Илья, – На счет наших планов надо у Маси спросить. Она у нас Главнокомандующий. Напишет вам, как проснется.
– Хорошо, буду ждать! – Мин Хо показал Илье, куда лучше бежать и пошел в машину, – Я-то буду ждать, а вот напишет ли она, еще вопрос?
В этот ранний час в палату к няне Ире проскочила Дже Хи.
– Ну, что тебе удалось узнать? – с порога накинулась на нее няня.
– Нет тётушка, ничего не получилось узнать! Вчера Ча Ки был где-то в отъезде вместе с этой новой няней и Софией, – в голосе Дже Хи чувствовалась обида и зависть, – А Мин Хо-оппа был то в отъезде по разным объектам, то опять на совещании.
– Эх, бестолочь! Ничего тебе, дурехе, доверить нельзя! – хлопнула ее по лбу няня Ира, – Ладно, не переживай! Сегодня я всё сама узнаю. Я договорилась с Господином и ко мне привезут вечером Софию.
– Ой, как хорошо! – захлопала Дже Хи в ладоши.
– Как только все проясню, так сразу и составим новый план. А теперь иди уже, чтобы тебя никто не заметил! – Тетушка замахала руками, выпроваживая племянницу, – не переживай! Раз тебе господин Мин Хо так нравиться, то я все сделаю, чтобы вы были вместе!
– Спасибо, моя дорогая тетушка! Все, я побежала на работу! – Дже Хи уже от дверей послала тете воздушный поцелуй и исчезла за дверью.
Как бы не хотела Дже Хи выскочить незаметно, но медсестра со своего поста заметила эту странную особу.
"Наверное, дочка этой женщины? Наконец-то ее хоть кто-то навестил!" – подумала она.
Проснувшись утром, Маруся лежала с открытыми глазами и вспоминала вчерашнее наваждение.
"Что это вчера
