Команда фрегата также спаслась, но не вся. Более 30 человек погибло под шашками и в прибоях, а фрегат «Варна», избитый в бурунах и оставленный горцами, сожжен ими в ту же ночь в виду нашего отряда.
Отряду у Сочи удалось спасти только зафрахтованное судно с быками, назначенное в лагерь начальника береговой линии генерала Раевского. Генерал Самборский взял быков и Раевского уведомил своим отношением. «Жалею, отвечал ему Николай Николаевич, что быки мои остались вам, а не горцам, ибо тогда я бы их отнял, а теперь остаюсь при отношении в. пр-ва и без быков».{140}
Проанализировав обстоятельства происшествия, свой и других опыт плавания у кавказских берегов, адмирал М. П. Лазарев составил и издал Инструкцию командирам военных судов, крейсирующих у берегов Кавказа, на случай штормовой погоды. Составлял эту инструкцию, вероятно, сам М. П. Лазарев, так как кавказский район Черного моря был ему хорошо знаком. Всего только за 18 дней до чрезвычайного происшествия М. П. Лазарев высаживал десант в Туапсе, во главе эскадры из семи линейных кораблей и четырех фрегатов, брига «Фемистокл» и тендера «Луч», флаг свой командующий флотом держал на линейном корабле «Силистрия», которым командовал капитан 1 ранга П. С. Нахимов. Начальником походного штаба у М. П. Лазарева был капитан-лейтенант В. А. Корнилов, который сам разрабатывал порядок высадки и сам командовал левым флангом отряда гребных высадочных средств при высадке десанта. В этом походе на «Силистрии» был молодой Айвазовский, там же он написал картину «Десант генерал-майора Н. Н. Раевского в Туапсе 12 мая 1838 года».
Имя адмирала М. П. Лазарева еще при его жизни специальным императорским указом за выдающиеся военные заслуги было присвоено одному из укреплений черноморской береговой линии, построенному на западном, правом, берегу реки Пзеузапсе на низменном мысу. Это название — Лазаревское — сохранилось до сих пор.
* * *
Большая часть кораблей Черноморского флота, погибших за полтора века, разбилась у берегов Кавказа, Дуная, а также в Азовском море. Конечно, трудно ожидать, что корабли сохранились — они разбиты штормами, но вот корабельное снаряжение с них наверняка находится в местах гибели. Подтверждением этому являются совсем недавние (1992—1993 гг.) поиски и обследования остатков английских кораблей, погибших во время одного из штормов в Крымскую войну недалеко от Севастополя. На небольшой глубине были обнаружены набор корабля (киль и шпангоуты), пушки, часть такелажа и даже бутылки шотландского виски, кстати, прекрасно сохранившегося…
Один из уже упоминавшихся кораблей, тендер «Струя», тонул дважды. Первый раз в 1848. г., в Новороссийске. Для уверенной стоянки в Цемесской бухте во время штормовой боры были поставлены бочки на так называемых мертвых якорях, т. е. якорях с большими металлическими, или каменными, массивами-грузами. На одной из таких швартовых бочек и затонул тендер «Струя», когда началась бора. В июле-августе этого же 1848 г. контр-адмирал П. С. Нахимов, возглавлявший тогда отряд кораблей у Кавказского побережья, провел операцию по подъему этого тендера. С помощью водолазов были подняты орудия, якоря, другие тяжелые вещи корабельного оборудования, помещения очищены от ила, и двумя коллекторами тендер «Струя» был поднят на поверхность.
Тендер после подъема был отбуксирован в Севастополь, восстановлен, после чего еще проплавал несколько лет, но море все же свою жертву не отпустило — в 1855 г. он затонул, на этот раз окончательно, в районе Еникале.
Глава IV.
КАТАСТРОФЫ ВТОРОЙ ПОЛОВИНЫ XIX в.
Вторая половина XIX столетия ознаменовалась дальнейшим развитием судоходства в Черном и Азовском морях, тяжелой для России Крымской войной, которая привела к гибели военного Черноморского флота России, его последующему возрождению после русско-турецкой войны 1877-1878 гг.
Крымская война: первая гибель Черноморского флота
Крымская война продолжалась с октября 1853 г. по март 1856 г. Россия потерпела поражение, затратив на войну 800 млн. руб. и потеряв свыше 522 тыс. человек. Турция потеряла 400 тыс. человек, Англия и Франция — 120 тыс. человек. Огромны были потери судов — как во время боевых действий, так и под влиянием трудных погодных условий и допущенных навигационных ошибок! В огне войны погиб весь Черноморский флот России. Огромны были и потери турецкого и англо-французского флотов. Черное море превратилось в настоящее кладбище кораблей.
…Начало войне положила Турция. Стремясь отторгнуть от России Кавказ, в октябре 1853 г. она объявила войну России. Черноморский флот направил эскадру к берегам Анатолии, чтобы пресечь перевозки между Стамбулом и русско-турецким фронтом, между Турцией и кавказскими городами. Крейсировавшая у берегов Турции российская эскадра под командованием вице-адмирала П. С. Нахимова перехватывала купеческие и военные турецкие суда. Опрос капитанов позволил установить, что в Босфоре «собирается эскадра для Батума»{141}. Турецкая синопская эскадра представляла собой, по словам контр-адмирала П. М. Вукотича, «великую грозу для всего Кавказа» и особой угрозе, по его мнению, подвергался Сухум, как наилучшая якорная стоянка, где турецкая эскадра намеревалась зимовать. В этой связи перед российским Черноморским флотом стояла важнейшая стратегическая задача — обеспечить защиту Кавказа, решить в пользу Черноморского флота баланс сил на Черном море. Нельзя забывать и то обстоятельство, что англо-французский флот уже начал сосредотачиваться в Босфоре. Эскадра адмирала П. С. Нахимова при крейсировании у турецких берегов захватила 6 ноября 1853 г. турецкий пароход. Пленные турецкие моряки показали: в Синопе стоят два турецких фрегата, два корвета и один транспорт. Эскадра адмирала Нахимова в тот момент состояла из пяти 84-пушечных парусных кораблей, одного парохода, одного брига. 7 ноября эскадра приблизилась к Синопу, обнаружила турецкие корабли, но сильный шторм вынудил ее отойти в море. Несколько кораблей эскадры во время шторма получили повреждения, и 9 ноября три парусных корабля и один пароход были отправлены в Севастополь для ремонта. Оставшаяся эскадра (три линейных корабля, один бриг) 11 ноября вернулась к Синопу и неожиданно обнаружила семь больших фрегатов, корвет, шлюп, два больших парохода, три купеческих судна, прикрытые береговыми батареями. Атаковать турецкую эскадру в такой ситуации было бессмысленно. П. С. Нахимов срочно отправил в Севастополь бриг «Эней» с просьбой о помощи, а три корабля крейсировали у Синопа. Шедший на всех парусах «Эней» достиг Севастопольской бухты 13 ноября. Однако в помощь П. С. Нахимову уже 12 ноября в море вышла эскадра контр-адмирала Новосильского, состоявшая из трех 120-пушечных кораблей — «Париж», «Три святителя», «Великий князь Константин». 16 ноября они прибыли к Синопу. В тот же день подошли еще два русских фрегата. Силы П. С. Нахимова возросли, по своей артиллерийской мощи его эскадра превысила турецкую. 17 ноября из Севастополя к Синопу вышли три боевых парохода с начальником штаба Черноморского флота адмиралом Корниловым (рис. 16).
Адмиралу Павлу Степановичу Нахимову в 1853 г. исполнился 51 год. Опытный моряк, требовательный к себе и к людям, адмирал был в расцвете флотоводческого таланта. Он любил флот и его людей, и флот любил адмирала. Его вклад в создание и развитие Черноморского флота, в его боевую деятельность был огромен, как огромен был и его авторитет на флоте. Поэтому, когда П. С. Нахимов принял решение начать сражение, не дожидаясь подхода пароходов, — это не вызвало возражений ни у одного из офицеров.
18 ноября в 9 ч 30 мин на флагманском корабле адмирала Нахимова «Императрица Мария» взвился флаг: «Приготовиться к бою и идти на Синопский рейд». По плану адмирала корабли эскадры двигались двумя колоннами. Нахимовский флагман 84-пушечная «Императрица Мария» во главе, «Чесма», «Константин» с наветренной стороны, вторая колонна во главе с контр-адмиралом Новосильским, державшим флаг на «Париже», затем «Три святителя» и «Ростислав». Фрегаты были оставлены на рейде — на случай бегства турецких судов. Ожесточенный пятичасовой бой закончился полной победой русской эскадры. К концу боя подошли пароходы адмирала Корнилова. Но исход дела был уже предрешен. Погибло 15 крупных кораблей турецкого флота. Удалось бежать только одному пароходу «Таиф» под командой английского советника командующего турецкой эскадрой. Были уничтожены и береговые батареи. Частично пострадал от возникших пожаров город Синоп. Командующий синопской эскадрой Осман-паша находился на флагманском «Ауни-аллах» и был тяжело ранен в ногу. Корабль получил повреждение и начал тонуть. Увы! Экипаж бросил горящий корабль и раненого адмирала. Содрав с адмирала шубу, турецкие матросы скрылись. Русские моряки нашли его в трюме, в воде, среди мертвых и стонущих раненых, оказали медицинскую помощь, спасли ему жизнь.
