Глава 17
Рука Найтхаука застыла над рукояткой пистолета, взгляд - на лице Николаса Джори. - Ты совершаешь чудовищную ошибку! - Мелисенд встала, направилась к мужчинам у стойки. - Шевельнись, и ты покойник, - предупредил Найтхаук Николаса, поворачиваясь к Мелисенд. - О чем ты? - Он - не Ибн-бен-Халид! - Только потому, что позаботился о том, чтобы Олигархия получила фотографию другого человека? - спросил Найтхаук. - Это трюк с длиннющей бородой. Ты слышала Голубые Глазки. Ты слышала Джори. Этот человек Ибн-бен-Халид. - Ты нанял меня за мои уникальные способности. Вот и используй их, вместо того, чтобы игнорировать. Найтхаук вытащил пистолет и, прежде чем Николас успел моргнуть глазом, нацелил на молодого человека. - Руки на стойку, - приказал он. Николас подчинился. Найтхаук обыскал его, обезоружил, отступил на шаг. - Вот так. - Он снова повернулся к Мелисенд. - Теперь говори. Вроде бы ты не можешь считывать эмоции Голубых Глазок? - Не могу. - И ты не телепат? - Нет. - Тогда откуда такая уверенность, что этот человек - не Ибн-бен-Халид? - Я поняла это по его эмоциям, - ответила Мелисенд. - Когда Голубые Глазки обратился к нему как к Ибн-бен-Халиду, его реакцией были шок и изумление. Но как только он осознал замысел Голубых Глазок, эти эмоции сменились ликованием и верностью. Спасти Ибн-бен-Халида ценой собственной жизни он почитает за счастье. - Что еще ты выявила? - спросил Найтхаук. - Какие эмоции? Мелисенд, нахмурившись, посмотрела Найтхауку в глаза. - Только одно.., клубок эмоций, очень мощных, противоречивых, разделить которые я не сумела, в тот момент, когда ты упомянул Кассандру Хилл. - Ты думаешь, он знает, где она? - Я читаю чувства, не мысли, - последовал ответ. - И понятия не имею, что он знает, а чего - нет. - Благодарю, - кивнул Найтхаук. - Возвращайся за столик. Дальше я разберусь сам. Женщина направилась к столику, и Голубые Глазки присоединился к ней. - А ты куда? - остановил его Найтхаук. Дракон обернулся. - Ты меня? - Тащи сюда свою синюю задницу. Придется тебе кое-что объяснить. Дракон приблизился к стойке. - Я защищал своего лидера. - В его голосе не слышалось страха. - И не сожалею об этом. Делал то, что считал нужным, и поступлю точно так же, если представится хоть какая-нибудь возможность. - Едва ли ты проживешь так долго, - сухо ответил Найтхаук. - Ты лгал мне с момента нашей встречи, и из-за твоей лжи я едва не убил невинного человека. - Николас Джори умер бы с улыбкой на устах. Я горжусь его мужеством Николас Джори меня не интересует. Я хочу знать, где Ибн-бен-Халид. - Разумеется, хочешь, - согласился Голубые Глазки. - И желание это останется после того, как ты меня убьешь. - Может, мне лучше убить его? - Найтхаук указал на Николаса. - Две минуты назад он умер бы с радостью, понимая, что защищает Ибн-бен-Халида, - ответил дракон. - Едва ли за это время что-нибудь изменилось. Поступай как знаешь. - А может, мне следует найти девушку и увезти ее? Вот у него язык и развяжется. Ни Джори, ни Голубые Глазки не отреагировали, но Найтхаук наблюдал не за ними, а за Мелисенд; сидевшей за столиком в пятидесяти футах от стойки. Балатаи подпрыгнула, словно ей в голову бросили кирпичом. - Девушка на Сайлене, не так ли? - Теперь Найтхаук смотрел на Николаса. - Это не твое дело! - Извини, но в настоящий момент очень даже мое. У меня просто нет другого дела. Кассандра Хилл в твоем доме? - Пойди и посмотри. Я тебе ничего не скажу. Только что сказал, подумал Найтхаук. Раз ты хочешь, чтобы я обыскал твой дом, значит, ее там нет. Но она где-то рядом. Иначе ты бы так не нервничал. Он повернулся к Голубым Глазкам, - Ты знаешь, где она, не так ли? - Почему бы тебе не вернуться на Делурос и не оставить нас в покое? взорвался дракон. - Тут тебе не место. Ты лишний. Тебе следовало умереть сто лет тому назад. Перестань соваться в наши дела. Найтхаук долго смотрел на него, потом оглядел таверну. - Ладно. Всем выйти. Бар закрыт. Несколько посетителей с любопытством повернулись в его сторону. Найтхаук выразительно помахал пистолетом. - Быстро. Большинство людей и инопланетян подчинились. Канфориты и три человека не тронулись с места. - Ито, сосчитай до тридцати и перестреляй всех посетителей, которые останутся в таверне. Киношита вскочил, выхватил оружие, повернулся к тем, кто не выполнил приказ Найтхаука. Канфориты добрались до двери за десять секунд, люди - за двенадцать. - Готово, - доложил Киношита. - А зачем тебе это понадобилось? - Не хочу, чтобы они отвлекали Мелисенд. - Отвлекали от чего? - спросила балатаи. - Ты же говорила, что чем больше людей, тем сложнее тебе разбираться с эмоциями. - Да, но... - Я хочу, чтобы ты сосредоточилась на... Улавливаешь ли ты эмоции, которые исходят не от меня, Киношиты, Пятницы и Джори? - Ты думаешь, она здесь? Не успела Мелисенд произнести эти слова, как ее отбросило на спинку стула. - В его доме ее нет. И он только что отреагировал на мое предположение, не так ли? . - Кто-то отреагировал, - подтвердила Мелисенд. - Отлично. А теперь скажи мне, сможешь ли ты уловить еще чьи-то эмоции? - Я постараюсь. - Не утруждай себя, - раздался за их спинами женский голос. Все повернулись и увидели черноволосую женщину лет двадцати восьми тридцати, выходящую из потайной комнаты, которую скрывала сдвижная панель - Как я понимаю, Кассандра Хилл? - спросил Найтхаук. - Да. - С вами все в порядке? - Как видите. - Я здесь для того... - Я знаю. И сожалею, что вам пришлось потратить время впустую: Ибн-бен-Халид не похищал меня. Я здесь по собственной воле. - А как насчет требования выкупа? - Ибн-бен-Халид нашел способ выудить из моего отца два миллиона кредиток. Для революционера все средства хороши. - И вы не возражали? - Любви к отцу у меня не осталось. Он - подлый, продажный человек, и я надеюсь, что Ибн-бен-Халид воздаст ему по заслугам. Найтхаук нахмурился. - Это плохо. - Почему? - Я должен возвратить вас ему. - Но я же сказала - меня не похищали! Я здесь потому, что сама этого хочу. И, насколько я знаю моего отца, он больше заинтересован в смерти Ибн-бен-Халида, чем в моем возвращении. - Это так, - признался Найтхаук. - И что теперь? - Я вам сочувствую.., но выбора у меня нет. - Вы можете уйти отсюда и забыть, что видели меня. - Все не так просто. Жизнь дорогого мне человека напрямую зависит от того, вернетесь ли вы к отцу. - Я не хочу возвращаться. - Она посмотрела на Мелисенд. - Спросите у своей балатаи. Найтхаук повернулся к Мелисенд. - Она, разумеется, говорит правду? - Нет. - Это ложь! - воскликнула Кассандра. - Она действительно не хочет возвращаться, - продолжила Мелисенд. - И ненавидит отца, в этом нет сомнений. Но ее ответам недостает искренности. Она многое скрывает. - Вот найдем Ибн-бен-Халида и выясним, когда она говорила правду, а когда лгала, - вставил Киношита. Мелисенд вновь отбросило на спинку стула, как боксера, пропустившего сильный удар. Будь я проклят, подумал Найтхаук. Вот, значит, как открывается ларчик! - Я думаю, поиски Ибн-бен-Халида - потеря времени. Вы согласны со мной, мисс Хилл? Черноволосая женщина холодно смотрела на него - Думаю, он не скажет вам ничего такого, чего бы не знала я. - С этим еще надо разобраться, - заметил Киношита. - Разбираться тут не с чем, - возразил Найтхаук. - Что ты говоришь? Найтхаук не сводил глаз с Кассандры Хилл. - Сами скажете или позволите мне? - Позволю. - О чем вы? - Киношита явно ничего не понимал. - Кассандра Хилл - всего лишь одно из ее имен. - Найтхаук выдержал театральную паузу. - Позвольте представить вам Ибн-бен-Халида.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
