в дальнейшем заполучить ребенка с аллергией и даже ребенка-малоежку, отвергающего попытки добавить в его рацион новые продукты[76]. Ведь у детей мам, ограничивавших свой рацион, и пищеварительная система, и вкусовые рецепторы не натренированы для восприятия продуктов с новыми вкусами и их усваивания. Ученым предстоит еще точнее разобраться с тем, как именно это работает, но первые данные о важности разнообразия питания мамы уже получены.
Состав грудного молока зависит от типа питания и здоровья мамы. Даже по такому простому параметру, как содержание жира, образцы молока могут различаться на порядок — от 7 до почти 90 г на литр! А ведь жир материнского молока обеспечивает примерно 40% энергозатрат новорожденного.
Состав грудного молока зависит от многих факторов, в том числе питания и самочувствия мамы, времени кормления и объема молока в груди. Однако важнее потребности самого ребенка. Организм матери вырабатывает в точности то, что нужно малышу, а это более двухсот различных типов жирных кислот (жирность грудного молока варьируется в пределах 3,5–4,5%), более двухсот типов олигасахаридов, четыреста типов белковых структур и более восьмисот видов различных бактерий. Все это необходимо для здорового роста и становления микрофлоры кишечника ребенка[77].
Знаете устойчивое выражение «впитать с молоком матери», означающее «усвоить с ранних лет»? Его обычно употребляют по отношению к тем или иным особенностям культуры, передающимся из поколения в поколение. Так вот, свежая работа международного коллектива исследователей под руководством Сеппо Салминен из Университета Турку в Финляндии подтвердила точность этой фразы. Ученые проанализировали молоко семидесяти девяти женщин из Пекина (Азия), Кейптауна (Южная Африка), Хельсинки (север Европы) и Валенсии (Средиземноморское побережье) и показали, что грудные выделения, собранные в различных частях света, уверенно различаются как по составу жирных кислот, так и по передаваемой младенцам микрофлоре[78].
Интересно, что и внутри каждой этнической группы, и в общей массе образцы молока различались и по способу рождения — натурального или с помощью кесарева сечения. Мы воздержимся от советов, какие роды «здоровее», и утверждений, чье молоко «лучше». Такая постановка вопроса с точки зрения науки попросту некорректна — есть множество исследований, подтверждающих фактор природной персонализации многочисленных процессов, происходящих с человеком в течение его жизни. Некоторые из них мы пока можем лишь описать и удивиться: по-видимому, первые часы и далее примерно два-три первых года жизни ребенка действительно накладывают микробный отпечаток на последующее состояние его здоровья!
О пользе грязи
В области изучения микробиома новорожденных финны впереди планеты всей! Много шуму наделала работа финского аспиранта Томми Ватанена, опубликованная в журнале Cell[79]. Вместе со своим научным руководителем Рамником Хавье из Массачусетского технологического института он исследовал причины загадочного роста детских аутоиммунных заболеваний в ближнем северном зарубежье, в том числе Финляндии, но не в Карелии. Частота встречаемости пищевой аллергии и детского аутоиммунного диабета между этими двумя районами отличается примерно в пять-шесть раз! В соседней Эстонии переход от социализма к капитализму сопроводился примерно таким же ростом детской заболеваемости. Раньше советская Эстония напоминала нынешнюю Карелию, а теперь стала совсем как Финляндия. Ученые заинтересовались этой важной проблемой и набрали группу из тысячи новорожденных, из каждой страны треть. С момента рождения и до трех лет каждый ребенок был подробно многократно исследован, при этом образцы стула собирались каждый месяц. Группа получила название DIABIMMUNE.
Для своего исследования Ватанен выбрал результаты анализов не всех детей, а только тех, кто был предрасположен к развитию аллергии и аутоиммунных заболеваний, поскольку унаследовал генные варианты, часто встречающиеся у лиц с такими болезнями. Результаты клинического обследования трехлеток показали, что примерно по 11–12% маленьких финнов и эстонцев хоть и были пока здоровы, но уже имели в крови антитела, указывающие на скрытый аутоиммунный процесс и постепенно разрушающиеся клетки поджелудочной железы. Среди карельских детей такие антитела наблюдали всего лишь в 1,9% случаев. Такая же история произошла и со скрытой аллергией на молоко и яйца: 25–27% у финнов, 15–19% у эстонцев и всего лишь 8% у карельских малышей.
Исследование архивных образцов кала младенцев показало, что в кишечниках финских и эстонских малышей первого года жизни преобладали бактероиды, а вот у карельских детишек эти микробы были немногочисленными. В попытке разобраться, как избыток бактероидов провоцирует аллергию, ученые провели подробный сравнительный анализ метаболизма различных обитателей кишечника. Оказалось, что у бактероидов, как и у хорошо известной нам кишечной палочки E. coli, клеточная стенка состоит из так называемого липополисахарида — комплекса бактериальных жиров и углеводов, всасывающихся в кишечнике и попадающих в кровь. При встрече с лимфоцитами липополисахариды кишечной палочки вызывают сильную воспалительную реакцию, а вот такие же молекулы из оболочки бактероидов просто тихо накапливаются в крови.
На первый взгляд кажется, что кишечная палочка ведет себя плохо, а тихенькие бактероиды — хорошо. Однако у физиологии иммунной системы другая логика. Именно на первом году жизни иммунная система учится различать свое и чужое. Постоянный стресс со стороны липополисахарида кишечной палочки постепенно приучает иммунную систему новорожденного отличать реальную опасность от выдуманной. Привыкнув к опасному липополисахариду E. coli, наши лимфоциты перестают реагировать на слабые антигенные раздражители, зато при встрече с реальной опасностью прямо-таки взвиваются в воздух! А вот иммунная система, взращенная на безопасном липополисахариде бактероидов, по неопытности иногда реагирует на что попало: то на вполне безопасный яичный белок, то на антигены своих же клеток. «Детский» диабет возникает из-за того, что лимфоциты почему-то принимают нужные нам инсулинопроизводящие клетки поджелудочной железы за чужаков.
У более обеспеченных городских детей Скандинавии, первый год своей жизни проводящих в «тепличных» условиях, кишечной палочке взяться практически неоткуда. У карелов же ситуация не такая благополучная, и малыши чаще успевают облизать игрушку или поковырять в носу. Именно поэтому карелы встречаются с кишечной палочкой в первые же месяцы жизни, а финны и эстонцы — только после того, как научатся убегать от мамы. Но тогда уже поздно. Иммунная система созрела, и «тепличные» дети более склонны к аллергиям и аутоиммунным заболеваниям.
Так называемая гигиеническая гипотеза, объясняющая всплеск аллергии и аутоиммунных заболеваний в Европе в конце XX века, была предложена британским эпидемиологом Дэвидом Стречаном в конце восьмидесятых годов прошлого столетия. Однако вплоть до недавнего времени она оставалась умозрительной, поскольку подкреплялась в основном эпидемиологическими данными. Работа теперь уже доктора Томми Ватанена и других участников проекта DIABIMMUNE сделала весьма серьезную заявку в поддержку этой гипотезы. Похоже, от грязи бывает не только вред, но и польза.
ПРАКТИЧЕСКИЙ СОВЕТ
Постарайтесь воздержаться от крайностей. Гигиену придумали не зря. Да, раннее знакомство с патогенной флорой действительно
