не знали страха в борьбе и самоотверженно шли на нашу отечественную освободительную войну против фашистских поработителей».
Упомянув о Ленине, Сталин далее заявил:
«Мы должны немедленно перестроить всю нашу работу на военный лад, все подчинив интересам фронта и задачам организации разгрома врага… Красная Армия, Красный Флот и все граждане Советского Союза должны отстаивать каждую пядь советской земли, драться до последней капли крови за наши города и села… Мы должны организовать всестороннюю помощь Красной Армии, обеспечить усиленное пополнение ее рядов, обеспечить ее снабжение всем необходимым, организовать быстрое продвижение транспортов с войсками и военными грузами, широкую помощь раненым.
Мы должны… обеспечить усиленную работу всех предприятий, производить больше винтовок, пулеметов, орудий, патронов, снарядов, самолетов… Мы должны организовать беспощадную борьбу со всякими… дезертирами, паникерами… уничтожать шпионов, диверсантов, вражеских парашютистов… Нужно немедленно предавать суду Военного Трибунала всех тех, кто своим паникерством и трусостью мешают делу обороны, не взирая на лица».
А затем шли знаменитые инструкции по проведению тактики «выжженной земли»:
«При вынужденном отходе частей Красной Армии нужно угонять весь подвижной железнодорожный состав, не оставлять врагу ни одного паровоза, ни одного вагона, не оставлять противнику ни килограмма хлеба, ни литра горючего. Колхозники должны угонять весь скот, хлеб сдавать под сохранность государственным органам для вывозки его в тыловые районы. Все ценное имущество, в том числе цветные металлы, хлеб и горючее, которое не может быть вывезено, должно безусловно уничтожаться».
Далее следовали инструкции насчет «партизанской войны»:
«В занятых врагом районах нужно создавать партизанские отряды… создавать диверсионные группы для борьбы с частями вражеской армии, для разжигания партизанской войны всюду и везде, для взрыва мостов, дорог, порчи телефонной или телеграфной связи, поджога лесов, складов, обозов. В захваченных районах создавать невыносимые условия для врага и всех его пособников, преследовать и уничтожать их на каждом шагу…»
По словам Сталина, эта война не была обычной войной между двумя армиями: это была война всего советского народа против немецко-фашистских войск. Целью этой всенародной войны являлась не только ликвидация опасности, нависшей над Советским Союзом, но и помощь всем народам Европы, стонущим под германским игом. В этой войне, говорил Сталин, советский народ будет иметь верных союзников в лице народов Европы и Америки, включая германский народ, порабощенный его заправилами. Борьба советского народа за свободу своего отечества сольется с борьбой народов Европы и Америки за свою независимость и демократические свободы.
«В этой связи историческое выступление премьера Великобритании г. Черчилля о помощи Советскому Союзу и декларация правительства США о готовности оказать помощь нашей стране, которые могут вызвать лишь чувство благодарности в сердцах народов Советского Союза, – являются вполне понятными и показательными».
И, наконец, следовало заключение:
«Товарищи! Наши силы неисчислимы. Зазнавшийся враг должен будет скоро убедиться в этом. Вместе с Красной Армией поднимаются многие тысячи рабочих, колхозников, интеллигенции на войну с напавшим врагом. Поднимутся миллионные массы нашего народа. Трудящиеся Москвы и Ленинграда уже приступили к со зданию многотысячного народного ополчения на поддержку Красной Армии. В каждом городе, которому угрожает опасность нашествия врага, мы должны создать такое народное ополчение…
Все силы народа – на разгром врага!
Вперед, за нашу победу!»
Эта речь, обращенная к встревоженным, а нередко испуганным и растерявшимся людям, оказала очень большое воздействие. Своим сравнительно коротким выступлением по радио Сталин не только создал надежду на победу, если не уверенность в ней, но и сформулировал в скупых, выразительных словах целую программу поведения всей нации в военное время. Он также апеллировал к национальной гордости, к патриотическим чувствам народа. Это был великий призыв взять себя в руки и быть готовым к тяжелым жертвам.
Замечательное описание действия речи Сталина содержится в известном романе Константина Симонова «Живые и мертвые». В данном случае речь слушают в полевом госпитале.
«Сталин говорил глухо и медленно, с сильным грузинским акцентом. Один раз, посредине речи, было слышно, как он, звякнув стаканом, пьет воду. Голос у Сталина был низкий, негромкий и мог показаться совершенно спокойным, если б не тяжелое, усталое дыхание и не эта вода, которую он стал пить во время речи…
И в несоответствии этого ровного голоса трагизму положения, о котором он говорил, была сила. Она не удивляла: от Сталина и ждали ее.
Его любили по-разному: беззаветно и с оговорками, и любуясь, и побаиваясь; иногда даже не любили. Но в его мужестве и железной воле не сомневался никто. А как раз эти два качества и казались сейчас необходимей всего в человеке, стоявшем во главе воевавшей страны.
Сталин не называл положение трагическим: само это слово было трудно представить себе в его устах, – но то, о чем он говорил, – ополчение, оккупированные территории, партизанская война, – означало конец иллюзий… Правда была горькой, но она была наконец сказана, и с ней прочней стоял ось на земле.
А в том, что Сталин говорил о неудачном начале этой громадной и страшной войны, не особенно меняя привычный лексикон, – как об очень больших трудностях, которые надо как можно скорее преодолеть, – в этом тоже чувствовалась не слабость, а сила»[30].
Этот отрывок тем более замечателен, что он был написан в то время, когда общее отношение к Сталину уже стало весьма критическим. Но Симонов явно не хотел искажать историю в этом важнейшем вопросе. Огромное значение речи Сталина от 3 июля признают все без исключения работы, написанные в конце 50-х годов, даже если некоторые из них и не называют его по имени.
Главным, что осталось в сознании людей после речи Сталина, было напряженное ожидание перемен к лучшему.
Глава IV
Смоленск: первая неудача нацистской Германии в ходе «молниеносной войны»
Взорванный мост через Днепр в Смоленске. Июль 1941 года
Государственный Комитет Обороны, о создании которого Сталин объявил в своей речи от 3 июля, отвечал не только за ведение войны, но и за «быструю мобилизацию всех сил страны». Многие решения, принятые им в те критические дни, имели огромное значение. Они затрагивали всю область организации экономики военного времени, включая мобилизацию и эвакуацию целых отраслей промышленности, а также перестройку вооруженных сил.
В военной области Государственный Комитет Обороны решил несколько децентрализовать систему командования, разделив огромный фронт на три главных сектора, каждый со своим командованием. К. Е. Ворошилов был назначен главнокомандующим войсками Северо-Западного направления с подчинением ему Северного и Северо-Западного фронтов, а также Северного и Балтийского флотов, С. К. Тимошенко – Западного направления с подчинением ему Западного фронта и Пинской военной флотилии и С. М. Буденный – Юго-Западного направления с подчинением ему Юго-Западного и Южного фронтов и Черноморского флота. Членами Военных советов направлений были назначены соответственно А. А. Жданов, Н. А. Булганин и Н. С. Хрущев.
16 июля был восстановлен институт военных комиссаров. Эту меру
