в ЛРК. Катя, Леха, Толя, Ника тоже на месте и готовы к бою.
««Чистильщикам» двигаться впереди нас. Защищать людей».
— Мы готовы выдвигаться, полковник, — повернулся Илья к армейцу, надевая шлем. — Твейсы пойдут в авангарде и если надо свяжут противника боем, а заодно прикроют нас.
— Добро, начинаем. Подключаю ваш отряд к общей сети, — распорядился Таволга. — Вперед!
Бег по центральной аллее не занял и пяти минут. Тем временем туманники сгруппировались и не спеша отправились напрямик к куполу. От него их отделяли лишь кусты, редкая рощица и небольшое поле, за которым уже стояли аттракционы. Дрон держался прямо над противником, выдавая на боевую схему в ЛРК четкую картинку.
— Илья, прикажи своим твейсам атаковать, — раздался в наушниках голос Таволги. — А как только противник остановится и откроет по ним огонь, пусть наши призраки немедленно отступают, не приближаясь. Главное, чтобы противник какое-то время не двигался.
— Сделаю! — схватился за кольцо бывший наемник.
— Хорошо. Внимание местным! Все вниз! Ложитесь, укрывшись за тополями. Ждите. Не мешайте и не высовывайтесь!
Полковник и его бойцы включили камуфляж и почти исчезли из виду, сливаясь с местностью. Тем не менее, Илья видел, как они сошли с аллеи, выходя во фланг туманникам, которых атаковали «чистильщики» по приказу Ильи. А дальше все произошло очень быстро.
Шаори, уже превратившиеся из вихрей-твейсов в человеческие фигуры с оружием в руках, открыли огонь по появившимся перед ними туманным амебам «чистильщиков». Но успели сделать лишь пару десятков выстрелов. Затем со стороны армейцев послышались негромкие хлопки и в воздух взмыли крохотные серые шарики гранат — активаторов локальной деструкции. Армейские «высокоэнергетические штурмовые деструкторы» спецназовцев или в просторечии «вэдэшки», сейчас работали как гранатометы, накрывая туманников. Затем впереди полыхнуло зарево, такое яркое, что шлем у Ильи включил светофильтры, а потом последовал новый залп, после которого полковник со своими бойцами пошли в атаку, открыв огонь из деструкторов. Судя по боевой схеме им к тому времени противостоял один — единственный противник, отметка которого погасла через несколько мгновений.
— Отбой! Противник уничтожен! — прозвучал в наушниках голос полковника. — Всем спасибо, для первого раза вышло неплохо.
Глава 9. Обстановка осложнятся
Всего за первый день обороны «пузыря» случилось семь прорывов туманников. Причем Илье довелось лично поучаствовать только в ликвидации двух из них: самого первого, утреннего, и последнего, произошедшего около семи часов вечера в районе дамбы и закончившегося ожесточенным, хотя и скоротечным боем. Во всех остальных случаях пионеры и армейцы легко справились с шаори сами.
Как оказалось, за прошедшую неделю коммунары сделали выводы из закончившегося разгромными потерями для «квантов света» боя в «пузыре» и на рожон больше не лезли. Армейцы и пионеры предпочитали осторожничать, не давая шаори шанса навязать себе равную схватку, и эта стратегия себя пока оправдывала. Небольшие, с сигаретную пачку размером, дроны-разведчики исправно засекали места высадки туманников как только Мелькор давал подсветку, и уверенно сопровождали цели, отмечая их на тактической схеме бойцов. Появлялись туманники только на главном острове с куполом, возникая рядом с рекой небольшими группами по пять — восемь изумрудных «вихрей», после чего тратили одну-две минуты на перевоплощение в вооруженных бойцов. И лишь затем двигались к центру острова плотной группой или рассыпавшись в небольшую цепь, даже не пытаясь прятаться.
И это играло коммунарам и бойцам Ильи на руку. Столь прямолинейная тактика не давала шаори ни одного шанса нанести серьезный ущерб защитникам Мелькора. Туманников расстреливали из встречных засад массированным огнем деструкторов, забрасывали активаторами локальной деструкции, накрывали разрушающим тонкие энергетические структуры белым сиянием из специальных установок, которые Илья поначалу принимал за «антидроновые ружья». Пионеры и армейцы действовали осторожно и наверняка, а их броня позволяла выдержать одно-два случайных попадания. Обычно не требовалась даже помощь Ильи и «чистильщиков. Исключением стал лишь последний бой, когда семеро шаори ухитрились сразу после «материализации» обнаружить прятавшийся в зарослях у дамбы пионерский патруль из трех бойцов и чуть не помножили его на ноль, выбив броню коммунаров точными попаданиями. Чтобы выручить пионеров и отвлечь огонь на себя, полковнику вместе с Ильей пришлось в сгустившихся к тому времени сумерках провести поспешную атаку сводным отрядом с прикрытием из «чистильщиков», одного из которых туманникам удалось развеять.
Зато потом наступило неожиданное облегчение. Вместо подсветки очередного места высадки твейсов на ночном небе высветилась, словно написанная неоновым рекламным светом, надпись: «Благодарю за отличную работу! В ближайшие четырнадцать часов атак не ожидаю. Мелькор». Повисев несколько минут, светящиеся буквы померкли и пропали, но прочитать их успели все.
— Пока дела идут неплохо, — довольно сказал Леха, когда через полчаса у костра рядом с куполом собралась на ужин вся их странная компания: люди Мелькора, полковник Таволга с одним из своих бойцов и Терентьев с двумя своими товарищами. Илья не забыл свое обещание наказать «эльфа» за чересчур длинный язык и теперь бывший ролевик вместе с одним из полицейских чистил картошку к ужину, пока другой колол привезенные в кузове пикапа дрова, а Ника с Толей занимались мясом, луком и овощами, готовя похлебку на всех. Несмотря на занятые работой руки, рот у толкиниста не закрывался.
— Один день прошел, а мы все живы, даже не ранен никто, — продолжал болтать он. — И шаори эти вялые какие-то… Еще четверо суток легко продержимся. Никаких проблем, все идет как по маслу! — бросил в котелок почищенную картофелину «эльф». — Легко отделались, народ!
— Я бы на твоем месте не спешил радоваться, — задумчиво сказал Илья.
— Почему?
— Во-первых, потому что персонально ты так легко не отделаешься, — строго заметила Катя. — Кто так картошку чистит, а? Она же у тебя почти квадратная, половину клубня с очистками выкидываешь! Тоньше надо кожуру снимать! Кроме того, тебе после ужина предстоит еще казан за всеми мыть! Не забыл?
— Язва ты, Катька! Бурчишь как злая училка в младших классах. Чего ты до меня докопалась? Тебе что, больше всех надо?
— Конечно больше всех! Я же твоя вейга, Леша! Значит, мне тебя и воспитывать. Кто еще из тебя коммунара сделает? Некому больше… И не «язва», а ответственная! Если тебе десять раз не напомнишь про твои обязанности, то ты сделаешь вид, что они тебя не касаются. Я тебя знаю!
— Илюху лучше воспитывай!
— Командир и так все правильно делает и в особенном пригляде не нуждается. А вот ты, как у вас говорят, постоянно косячишь.
— То, что мы живы, это хорошо, — заметил полковник, когда Леха с возмущенным и обиженным видом взял новую картофелину. — А радоваться нам и в самом деле рано,
