Читаем без скачивания Крепость Жемчужины - Майкл Муркок

– Ты пришел мне на помощь. Я узнал, где находится Жемчужина. Но она очень надежно защищена.

Эти слова едва слышным шепотом произнесли сухие губы Алнака.

Элрик приподнял похитителя снов.

– Я тебе помогу Алнак. Скажи мне как.

– Тебе это не по силам. Там есть пустоты… Эти сны сильнее меня. Я тону в них. Они затягивают меня. Я обречен соединиться с теми, кто уже обречен. Неважная компания для человека вроде меня, принц Элрик. Неважная компания…

Жезл снов, белый, как кость, мерцал и светился. Глаза похитителя снов опять сделались синими, а потом – опять черными. В его иссохшем горле билась струйка воздуха. Внезапно на его лице возникло выражение ужаса.

– Нет! Нет! Я должен найти в себе волю!

Жезл снов змеей прошел по телу Алнака, потом перекинулся на Варадию, потом вернулся к хозяину.

– Ах, Элрик, – послышался тот же слабый голос. – Я в западне. Помоги мне, если можешь. Худшего я еще в жизни не видел…

Казалось, это слова пришли к Элрику прямо из могилы, будто его друг был уже мертв.

– Элрик, если есть какой-нибудь способ…

Потом тело задрожало, его словно бы наполнил один огромный вдох, а жезл тем временем продолжал мерцать и извиваться. Потом он замер и успокоился в начальном положении – крючком над двумя сцепленными руками.

– Ах, мой друг, как же я был глуп, полагая, что мне удастся пройти через это и остаться живым… – Едва слышный голос становился все слабее – Но я хотя бы узнал ее характер. Он такой сильный. Такой сильный!

– О ком он говорит? – спросил Райк На Сеем. – О моем ребенке? О том, что захватило ее? Моя дочь из рода Сарангли. Ее бабка могла заколдовать все племя так, чтобы все поверили, будто умирают от болезни. Я говорил ему об этом. Чего же он не понимает?

– Ах, Элрик, она уничтожила меня!

Слабая рука потянулась к альбиносу и стала подрагивать.

И вдруг краски и жизнь вернулись в тело Алнака, и сам он, казалось, ожил и вновь стал прежним. Жезл снов опять сделался подобием крючковатой палки, которую Элрик увидел впервые не так давно на поясе Алнака.

Красавец похититель снов улыбнулся. Он был удивлен.

– Я жив, Элрик! Я жив!

Он крепко схватил свой жезл и попытался подняться, но закашлялся, и из его рта вытекло что-то отвратительное, похожее на гигантского полупереваренного червя, словно Алнак изрыгнул собственные сгнившие органы. Он отвел в сторону жезл, несколько мгновений смотрел изумленными глазами, потом в них снова появился ужас.

– Нет, – сказал он, словно смирившись. – Я слишком уж возгордился. Конечно же, я умираю. – Он упал навзничь. Элрик снова попытался приподнять его. Похититель снов с прежней своей холодной иронией покачал головой: – Поздновато, кажется. Значит, быть твоим попутчиком в этом мире не моя судьба, Воитель.

Элрик, которому эти слова ничего не говорили, решил, что Алнак бредит, и попытался его успокоить.

Потом жезл выпал из руки похитителя снов, и он свалился набок, с его губ сорвался слабый болезненный крик, а потом Элрик и Райк На Сеем почувствовали омерзительный запах. Этот запах грозил изгнать их из Бронзового шатра, словно тело Алнака разложилось прямо у них на глазах, когда похититель снов попытался было опять заговорить, но не смог.

И теперь Алнак Креб был мертв.

Элрик, скорбя об этом отважном и добром человеке, понял, что теперь решена также и его судьба, и судьба Аная. Смерть похитителя снов говорила о том, что здесь задействованы силы, о природе которых альбинос мог лишь догадываться, хотя и знал толк в колдовстве. Он не встречал ни одной книги, в которой содержался хотя бы намек на такую судьбу. Он видел и худшие беды, обрушивавшиеся на тех, кто занимался колдовством, но тут он столкнулся с таким колдовством, о котором понятия не имел.

– Значит, он умер, – сказал Райк На Сеем.

– Да. – У Элрика тоже перехватило горло. – Да. Его мужество оказалось на такой высоте, о какой никто из нас даже и не подозревал. Включая и его самого.

Первый старейшина медленно подошел к тому месту, где по-прежнему страшным сном спала его дочь. Он заглянул в ее синие глаза, словно надеялся увидеть, что они почернели.

– Варадия?

Они никак не ответила.

Райк На Сеем с мрачным видом поднял Священную Деву и вернул ее на прежнее место на возвышении, устроил на подушках, словно она заснула естественным сном, а он, отец, просто отнес ее и уложил на ночное ложе.

Элрик смотрел на останки похитителя снов. Он, несомненно, понимал цену неудачи и, вероятно, именно этой тайной не хотел делиться.

– Вот и не осталось надежды, – тихо сказал Райк На Сеем. – Теперь я уже ничего не смогу для нее сделать. Он отдал слишком много. – Первому старейшине с трудом удавалось удержаться от желания покончить с собой или предаться отчаянию. – Но мы должны подумать, может быть, в наших силах сделать что-то еще. Ты мне поможешь в этом, друг моего сына?

– Если смогу.

Элрик поднялся, превозмогая дрожь в ногах, и услышал у себя за спиной какой-то звук. Поначалу он подумал было, что это звук скорби, который издала пришедшая сюда баурадимка. Он оглянулся и в свете, попадавшем в шатер, увидел только очертания ее фигуры.

Это была молодая женщина, но не баурадимка. Она медленно вошла в шатер, и в глазах у нее, когда она увидела мертвое тело Алнака Креба, появились слезы.

– Значит, я опоздала? – В ее музыкальном голосе слышалась невыносимая боль. Она взялась рукой за лицо. – Он не должен был браться за это. Мне в оазисе Серебряного Цветка сказали, что вы направились сюда. Почему вы не могли немного подождать? Один только день?

Ей с трудом удавалось сдерживать свое отчаяние, и Элрик внезапно почувствовал странную близость к этой женщине.

Она сделала еще один шаг к телу. Незнакомка была приблизительно на дюйм ниже Элрика, ее овальное лицо обрамляли густые каштановые волосы. Ее гибкий и мускулистый торс обтягивала куртка с разрезами, сквозь которые виднелась красная шелковая подкладка, на ней были мягкие бархатные штаны, ездовые фетровые сапоги с узорчатой вышивкой, а на плечах – плащ-пыльник, откинутый назад. На поясе у нее висел меч, на левом плече крючком держался жезл похитителя снов из золота и слоновой кости – более замысловатая разновидность того, что лежала на ковре рядом с телом Алнака.

– Я научила его всему, что знала об этом искусстве сама, – сказала она. – Но для таких дел этого было мало. Да как он вообще мог подумать, что у него что-то получится! Такой цели он никогда не смог бы достичь. У него для этого не хватало характера. – Она отвернулась, вытирая лицо руками.

Когда она снова посмотрела на них, слез в ее глазах уже не было, и она смотрела прямо в лицо Элрику.

– Меня зовут Оуне, – сказала она. Девушка сделала небольшой поклон Райку На Сему. – Я и есть тот похититель снов, за которым ты посылал.