Энохсет прикрыл глаза и стал беззвучно шевелить губами.
Девочка налила себе вина и отломила кусок лепешки.
— Я помню, пират говорил Хотепсету, что до первого из островов осталось три-четыре дня пути. Но это зависит от ветра.
— А сколько их всего? — продолжал расспросы Александр.
— Три! — громко сказала Айри. — Это я точно знаю.
Мужчины внимательно посмотрели на нее.
— Наш лоцман рассказывал капитану, а я слышала.
— Если они рядом, то на каждый остров они потратят по одному дню, — начал считать Алекс. — И получается, что через семь дней их уже можно ждать.
— Вот тогда и подумаем, как поступить, — проворчал старик, поднимаясь. — Покажи ей комнату. Пусть отдыхает, а я хочу умыться.
Александр кивнул. Он сходил за кувшином, тазиком для умывания и глиняной коробочкой с полужидкой субстанцией, служившей мылом.
Когда он вернулся, Айри доела рыбу и болтала с Энохсетом.
Старик смеялся и казался помолодевшим на десять лет. Потом он отправился спать, а Алекс повел девочку на противоположную сторону ограды, где располагался еще один длинный дом.
— Здесь жили слуги и их семьи, — ответил он на ее вопрос.
Александр толкнул дверь, жестом приглашая Айри войти. Пока она оглядывалась, юноша открыл ставни на окне. Полуденное солнце осветило стены из ровно отесанных бревен, земляной пол, черный круг очага, обложенного закопченными камнями. В одном углу располагалось низкое широкое ложе, застеленное циновками. Возле него две низкие табуретки, а напротив стоял сундук так же покрытый циновками.
— Располагайся, — гостеприимно сказал Алекс. — Я схожу за шкурами. Ночью здесь бывает прохладно.
Он отправился в приспособленный под кожевенную мастерскую дом, где отобрал пару козьих шкур.
Когда он вернулся, девочка сидела на кровати, разглядывая комнату.
— Вот, — проговорил Александр. — Если хочешь, можешь положить под голову.
— Я еще не хочу спать, — проговорила Айри, вставая.
Юноша пожал плечами.
— Может быть, хочешь помыться? — предложил он. — Я нагрею воды.
— Я искупалась, — беспечно махнула рукой девочка.
Александр пожал плечами и вышел. Айри как хвостик потянулась за ним.
— А где Энохсет?
— Отдыхает, — ответил юноша. — На него сегодня свалилось слишком много впечатлений.
Юноша собирался после обеда отправиться на речку, где он месяц строил себе лодку. Решение уплыть с острова Александр принял уже давно, но долго искал подходящее дерево, с детства запомнив неудачный опыт Леонида Куравлева в роли Робинзона Крузо из одноименного старого фильма.
Одни деревья казались ему слишком тонкими, другие росли в самом неподходящем месте, третьи имели на стволе дефекты. Юноша понимал, что судостроитель из него еще хуже, чем каменотес, но твердо решил попробовать вырубить лодку из цельного ствола.
Хорошо еще в поселке оказалось полно веревок, с их помощью он свалил выбранный ствол у мелкой речушки, по которой надеялся провести лодку до океана.
— Ты сильно устала? — спросил Алекс, глядя на девочку сверху вниз.
— Не очень, — пожала плечами Айри. — А что?
— Пригляди за стариком, — попросил он. — Мне нужно кое-куда сходить.
— Ладно, — разочарованно согласилась девочка.
Александр ушел из поселка, захватив баклажку с водой и кусок холодного мяса. Он чувствовал, что необходимо привести в порядок мысли, которые разбегались словно тараканы от дихлофоса. Дело не в том, что на острове появилась очередная Пятница, и даже не в том, что она девочка. Теперь существует реальный шанс скоро уплыть отсюда.
Юноша добрался до своей "верфи", взял из ящика топор и с яростью стал вгрызаться в неподатливое дерево. Он, конечно, не собирался сидеть здесь всю жизнь. Алекс хотел вначале построить лодку, опробовать её в прибрежных водах, совершить пару путешествий на ближайшие острова. А уж потом, когда-нибудь, отправиться в дальнее плаванье, если Энохсет к тому времени поправится на столько, что сможет пережить долгое путешествие на лодке, или его не станет совсем.
Если же корабль этого самого Тусета увидит их сигнал, причалит, то Александр очень скоро вновь окажется в совершенно новом для него мире.
Конечно, планета та же, и тело, к которому он успел привыкнуть, вроде, осталось тем же самым, разве что плечи стали чуть пошире, мышцы сильнее, да время от времени приходилось бриться, убирая с лица противные мягкие волоски.
Но в остальном, это, несомненно, будет новое попаданство. Другой мир со своими законами, обычаями и правилами, отличными от тех, к которым он успел привыкнуть в Тонго. Не слишком ли часто это с ним происходит в последнее время?
Юноша вогнал топор в будущую лодку и отпил воды. С другой стороны, следующей возможности выбраться отсюда, можно прождать не один десяток лет.
— Отсюда надо уматывать, — по-русски пробормотал он, поднимаясь.
Но что делать дальше? Куда податься бедному попаданцу на этот раз? Единственная возможность легализоваться — появиться в обитаемых землях вместе с Энохсетом.
— Опять в слуги? — юноша плюнул и чуть не попал топором себе по ноге.
Работа не шла.
"Сначала доберусь до Нидоса, а там видно будет", — решил Александр после недолгого раздумья.
Теперь предстояло уговорить старого келлуанина вернуться на родину.
Юноша еще немного поработал, собрал щепу в корзину, и, размышляя о том, какие аргументы приводить в разговоре с Энохсетом, направился в поселок.
Старик стоял на террасе и, подслеповато щурясь, смотрел на клонившееся к закату солнце.
— Все строишь свою лодку? — спросил он с ироничной улыбкой.
— Любое дело надо доводить до конца, — вернул улыбку юноша.
Келлуанин кивнул, соглашаясь, и строго сдвинул седые брови.
— Алекс, посмотри, в какое рванье одета наша девочка!?
Юноша окинул взглядом мятую, порванную во многих местах тунику и согласился со стариком.
— Покажи ей кладовые и сундуки и помоги подобрать новую одежду, — распорядился Энохсет.
— Может быть лучше завтра? — предложил Александр. — Вот-вот стемнеет.
— Хорошо, — величественно кивнул старик.
Энохсет, изрядно уменьшив за сегодняшний день винные запасы, к концу ужина пришел почти в невменяемое состояние. Он то плакал, вспоминая свою семью, то смеялся, благодаря богов за встречу с Айри. Уставшая девочка смотрела на него осоловевшими глазами и только глупо улыбалась.
Алекс насилу увел старика спать, а когда вернулся к очагу, Айри уже ушла. Посмотрев на дверь её дома, юноша с улыбкой подумал:
"Теперь у нас один Робинзон и целых две Пятницы".
Глава V. Одни чудеса кругом
Произошли, по-видимому, какие-то чудеса, если только он не преподносит нам грандиозную ложь, что, кстати сказать, более чем вероятно.
Артур Конан-Дойль.
Затерянный мир
Девочка привычно проснулась с первым лучом солнца. Несколько секунд бессмысленно смотрела на выложенный сухим камышом потолок, не понимая, где находится. Вспомнив, сладко до хруста потянулась.
Выбравшись из шкур, она натянула тунику, подошла к двери и по привычке, прежде чем выйти, посмотрела в щель между неплотно пригнанными дощечками. Увиденное заставило её замереть от удивления.
Голый до пояса Алекс, широко расставив ноги, стоял возле прудика с каменным выражением на лице. При этом руки его совершали какие-то сложные движения, так что твердые узлы мышц перекатывались под гладкой кожей.
"Колдует!" — испуганно подумала Айри.
Движения убыстрялись, все больше напоминая танец, в котором начинали принимать участие ноги. Юноша двигался как настоящий акробат, поднимая их выше головы, совершая головокружительные прыжки и перевороты.
Девочке ужасно хотелось писать, но она твердо решила не выходить, пока Алекс не закончит свое волшебное действо. Она вдруг подумала, что все это напоминает ей тренировку призовых бойцов в Нидосском цирке. Тем временем парень совершил несколько прыжков, легко, словно играючи сел на шпагат, перекатился спиной, нанося удары ногами, потом резко вскочил и с резким выдохом поклонился.
Айри сглотнула. Юноша поднял ведро с водой и вылил себе на голову. Взял со столика полотенце и начал вытираться.
— Интересно? — спросил он, глядя на дверь домика Айри.
Девочка поняла, что маскировка не сработала.
— Это колдовство? — спросила она, выходя.
— Нет, — усмехнулся Алекс. — Это для бодрости.
Айри фыркнула и поспешила к уборной.
Вернувшись, она умылась и с интересом стала наблюдать за манипуляциями молодого человека. Тот замешивал тесто из остатков вчерашней муки.
— Ты моряк? — поинтересовалась девочка.
— Угу, — кивнул Алекс.
