– Эка, на какой Монблан замахнулись! Рановато, батенька! Однако не исключено, что в не столь отдалённом будущем они исполнят и эту арию.
– Если им дозволят американцы.
– На то и намёк.
– Не понял? Это с какого же бодуна американцы дадут отмашку?
– А вот с такого! – и Виктор Сергеевич торжествующе потряс коричневой папкой. – Догадайтесь, что находится внутри этой скромной корочки? – и, вдоволь насладившись недоуменным выражением собеседника, торжествующе произнёс: – Ни в жизнь не догадаетесь. Отчёт о вчерашнем заседании американского Совета национальной безопасности. Они всё-таки дали предварительное добро на переезд мистера Рокфуллера на работу в Россию! Чуете? Так-то вот.
При этом известии Тонкий на мгновение застыл, словно его в одночасье сковал арктический холод. Казалось, он никак не может избавиться от застрявшего в лёгких воздуха.
– Вот это пуля! – наконец выдохнул он. – Всем новостям новость! Ай да Хворостенков! Ай да ловкач! И как же ему удалось пронюхать?
– А вот и ошибаетесь, батенька! Куда ему! Заседание состоялось только вчера вечером. Полагаю, что ваш Хворостенков будет поставлен в известность в лучшем случае через одну-две недели. Да и то на условиях строжайшей конфиденциальности. То же самое касается, кстати, и нас с вами.
– Ну, это само собой. Должен признать, ваш источник сработал в высшей степени профессионально.
– Да уж не будем скромничать.
– От души поздравляю! С такой информацией не стыдно предстать и перед самим. Пойду доложу.
– Будьте любезны.
– Представляю, как это его обрадует.
– Надеюсь.
Последние слова Толстый произнёс в спину Тонкому, когда тот уже открывал дверь в кабинет шефа.
Глава 10. Письмо сына в Россию
«Здравствуйте, дорогие мои родители, мама и папа!
Не обижайтесь, что пишу вам не так часто, как бы того хотелось. Все эти годы я до такой степени завален работой и другими делами, что продохнуть некогда. Порою сам себе удивляюсь: до чего же я семижильный! Тог и гляди хватит кондрашка. Вот если бы мы могли переписываться по e-mail…“ – В этом месте сын заслуженного картофелевода Ивана Ивановича Агафонова задумался, зачеркнул „e-mail“, написал вместо него „по электронной почте“ и продолжал: – „… то нам было бы куда легче общаться. Я уже так привык делать всё на компьютере, что совсем разучился писать ручкой. Жаль, отец, что ты так и не освоил его. А то бы я смог писать вам намного чаще. А уж черкануть пару строк – хоть каждый день. Ну да ладно, что есть, то есть.
Если кому-то кажется, что в Америке деньги под ногами валяются, пусть перекрестится. Такому в Америке делать нечего. Здесь, как нигде, из людей умеют выжимать соки. Например, на предыдущей работе (кстати, я ведь нашёл себе другое место, но об этом чуть ниже) мой трудовой день начинался ровно в восемь утра и официально заканчивался без четверти пять. Но я добровольно оставался ещё на пару часов, хотя фирма и не возмещала мне ни цента за сверхурочные. И так поступали все сотрудники нашей небольшой фирмы, без исключения. Ты спросишь: почему не уходили сразу по окончании рабочего дня? Отвечаю: а потому, что через год, по истечении контракта, я бы оказался на улице. «Благодарим, – сказали бы мне, – за проделанную работу, было очень приятно сотрудничать с вами всё это время. Но в данный момент фирма в ваших услугах более не нуждается. Если возникнет необходимость, мы обязательно с вами свяжемся, а пока желаем вам всего наилучшего». Примерно так распрощались бы – и будь здоров: забыли бы о тебе навсегда. Но это я так, к слову, чтобы вы на меня не слишком обижались за продолжительное молчание. Здесь хорошо платят, но и три шкуры сдерут не поморщившись.
Ну а теперь, раз уж я засел за письмо, опишу по порядку всё, что произошло со мной за последний год. Во-первых, месяцев семь назад я из Бостона, который находится на Восточном побережье Америки, перебрался в солнечную Калифорнию, которая расположена на прямо противоположной стороне – Западном побережье. Это довольно далеко друг от друга, несколько тысяч километров, но в Америке расстояния не в счёт, если тебе предлагают хороший джоб, то есть работу. В России – где живёшь, там и пашешь, в Америке же наоборот – где пашешь, там и живешь. Американцу поменять место жительства – раз плюнуть. Сегодня в Нью-Йорке, завтра в Хьюстоне, а послезавтра хоть на Аляске. Тем более что разницы почти никакой. Продал свой дом в одном месте, купил или снял в другом – и вперёд. Была бы работа. Ровно это и случилось со мной. Думаю, что даже у вас в деревне наслышаны о знаменитой Силиконовой долине. Наверняка наслышаны, телевизор ведь смотрите, радио слушаете. О ней и в России людям все уши прожужжали. Она как раз находится в солнечной Калифорнии. Там-то я сейчас и работаю, а точнее на фирме «Хьюлетт-Паккард», где мне предложили возглавить один проект в так называемом Стэнфордском научно-исследовательском парке при Стэнфордском университете. К слову, это один из самых известных университетов в Америке. Сразу скажу: новой работой я супер как доволен и получаю вполне прилично, даже несмотря на бешеные налоги. Но здесь так положено: кто много получает, с того и стружка потолще. Иной раз до того жалко отдавать чуть ли не половину заработка, но по-другому нельзя – запросто упекут за решётку на пару десятков лет. Правда, простой работяга и захочет – не скроет, это больше про корпорации… Зато и застрахован я на все случаи жизни: тут и здоровье, и машина, и дом. Да, чуть не забыл: у меня же теперь свой собственный дом с бассейном и садиком, который я купил в рассрочку на тридцать лет. У вас это, кажется, называется ипотека. У нас по-другому. Но смысл от этого не меняется. Так что я теперь стал почти стопроцентным американцем.
Эх, видел бы ты, батя, какой это рай – Калифорния! Такая красота! Приехал бы сюда хоть раз с матерью, точно не захотел бы уезжать. И ведь жить есть где. У меня одних только спален три штуки. Как и туалетов, кстати. Куда мне столько! Жаль, что вы не хотите переезжать, я бы выхлопотал вам вид на жительство. Меня на фирме ценят, помогли бы воссоединиться с семьёй.
А природа здесь – не природа, а сказка! Один Большой каньон чего стоит! Заодно посмотрел бы Лос-Анжелес, Голливуд, Сан-Диего. Смотался бы для интереса в Лас-Вегас – город казино и шикарных отелей. Тебе такие сказочные отели даже во сне не привидятся. Там каждый день десятки тысяч людей просаживают миллионы и миллионы. Играть, ты, положим, не будешь, а вот посмотреть посмотришь. Гарантирую, глаза на лоб полезут. Ну, может, пару раз и испытаешь судьбу. Так, по мелочам. Кинешь пару жетонов в слот, вдруг повезет. А нет – и того лучше. Главное – удовольствие получить.
Только вас с матерью сколько ни уговаривай, вы ведь всё равно из своей деревни ни тпру ногой. Нет, правда, жаль. Я понимаю, возраст, привычка и так далее. А всё равно жаль. Я очень благодарен вам за всё, что вы для меня в этой жизни сделали. Помню, в какой-то голодный год, когда жрать было нечего (именно что «жрать»), мать последнее отдавала мне и Ленке, да ещё приговаривала, как будто сама была сыта: «Лопай, лопай, ровняй морду с попой». Ну мы и лопали. А как ты поднимал меня ни свет ни заря, чтобы я не опоздал в школу в райцентре! А мне так хотелось подрыхать ещё часок! Но ты тряс меня и всё приговаривал: «Вставай, вставай, царство небесное проспишь». Это благодаря вам я его не проспал и вышел в люди. Вы не думайте, я всё помню, каждый день своего деревенского детства, и за каждый миг буду благодарен вам по гроб жизни. Проблема в том, что жизнь штука хотя и приятная, но безжалостная, ей плевать на родственные узы и всё такое, если они не вписываются в её намётки. Вот и у меня, дорогие мама и папа, пока никак не получается вырваться даже на недельку в Россию, чтобы побыть с вами. Ну просто под завязку погряз в делах. Наша фирма сейчас один венчурный проект запустила, в котором мне отведена важная, а если честно, то ведущая роль, и гонит его из всех сил, чтобы конкуренты не обскакали. Чистая каторга. Что за проект, сказать не имею права, громадный секрет, да вам и не так важно, но если выгорит, быть мне миллионером и важным боссом. Поверьте! Так что вы меня не кляните, а лучше постучите костяшками по нашему деревянному столу, но приехать в ближайшие месяцы на побывку никак не получится. Такая вот она – Америка, здесь всё крутятся вокруг работы и денег. Даже дети состоятельных родителей не клянчат у них копейки на всякие гаджеты, а зарабатывают своим детским горбом: кто в магазине на почасовке, кто на почте, кто рассыльным, в общем, устраиваются как могут. Не мне судить хорошо это или плохо, но цену деньгам здесь познают с младых ногтей. Рассказывают, что даже дети Ротшильдов в свободное время подрабатывают на побегушках. Может, и брешут, не знаю.
