Читаем без скачивания Рандеву (СИ) - Джеральд Эмма

— Садись, я помогу тебе надеть ботинки. — нашими переплетенными пальцами Андрей указал на деревянный стул позади меня.

— Думаю, я сама справлюсь.

— Поверь, что не справишься. — с едва заметной усмешкой ответил он.

Я не понимающе уставилась на него, слегка сдвинув брови к переносице, и его улыбка стала шире. Вернулся консультант, и я поняла, о чем говорил Андрей. Таких ботинок я еще не видела, они были усыпаны заклепками и утягивающими ремешками. Мне самой уж точно не разобраться. Расстегнув куртку, я села на указанное место. Андрей сделал то же самое и сел передо мной на корточки.

Взяв мою правую ногу в свою руку, он приподнял штанину и стал развязывать ботинок. Стянув его с меня, Андрей переместил руку на мою лодыжку. Он просто помогал мне переодеть обувь, так почему же я чувствовала все по-другому? По всему моему телу разливалось такое тепло. И, хотя, здесь даже жарко, это тепло ощущалось иначе. Оно возникало только при касании человека, который необходим. Хотелось закрыть глаза и наслаждаться этим чувством. Но присутствие постороннего человека портит столь интимный момент. Я взглянула на Андрея и сглотнула, его прямой взгляд был готов прожечь во мне дыру. Его рука проскользила от щиколотки до пятки, и я заерзала на стуле. Он практически ничего не делал, а я уже начинала возбуждаться. Мои щеки горели. О, Господи! Почему мы сейчас здесь, а не у него дома. Уверена, он догадывался о моих мыслях, судя по его ухмылке. Прозвучала немецкая речь, консультант что-то спросил, и Андрей ответил ему, не глядя на него. Наверное, он устал ждать пока я одену хоть один ботинок. Я виновато посмотрела в его сторону, и тут же отвела взгляд, смущенно улыбаясь. Андрей поймал мой взгляд, и тоже улыбнулся.

Наконец на моей ноге красовался лыжный ботинок, Андрей зашнуровал его, и перешел к другому. Надеюсь, он не будет так медлить со вторым, парень итак уже пыхтел от нетерпения. Через несколько секунд обе мои ноги были готовы. Андрей встал, и подал мне руку. Я поднялась, и едва не упала, не сделав даже шага. Но Андрей вовремя подстраховал меня. Эти ботинки тяжелее и больше даже тех, в которых я была до этого. Мы замерли в таком положении. Чуть отклонившись, я крепко обхватывала руками плечи Андрея. Его взгляд поглощал меня, и я не могла отвести от него глаз. Я нерешительно улыбнулась ему, и он ответил мне тем же. Мы снова забыли, что не одни. Консультант тактично откашлялся, обращая на себя внимание, и Андрей поставил меня на ноги, но руки с талии не убрал. Я чувствовала это, и какая-то детская радость окутывала меня. Молодой человек попросил меня встать на лыжи, чтобы подрегулировать их под мою ногу, и я еле передвинула ногу. Как же я буду кататься, если даже хожу с трудом?

После нескольких манипуляций, я была готова покорять снежные вершины. Поблагодарив за терпение и помощь, мы вышли наружу. Яркий солнечный свет, отражающийся от белоснежной поверхности снега, ослеплял. И пару секунд я часто хлопала ресницами, чтобы привыкнуть. Лопасти вертолета уже не вращались, они замерли на месте, предоставляя мне возможность восхититься дарами природы, окружавшие нас. Я медленно шла к вертолету, вертя головой из стороны в сторону, в то время, как Андрей уже унесся далеко вперед, неся в руках мои лыжи. Неожиданно передо мной появился Владимир.

— Простите, Анна. Я хотел показать, на что способна эта машина. Не хотел вас напугать. — с грустью сказал Владимир.

— О, ничего страшного. — я посмотрела на подошедшего к нам Андрея, и улыбнулась.

Он встал между нами, как бы стараясь защитить меня.

Лицо Владимира посветлело, и просияв ответной улыбкой, он вернулся к вертолету.

— Ты сделала его счастливым. — Андрей взял меня за руки и посмотрел с восхищением; я смущенно улыбнулась, опустив голову вниз.

Интересно, я смогу когда-нибудь спокойно реагировать на его взгляд?

— Пустяки. — коротко ответила я, разорвала наши руки, и обняла его за шею.

Андрей в свою очередь обнял меня за талию, хотя под всем этим слоем одежды ее трудно было распознать, но ему это удалось, и я чувствовала, как жар от его рук проходил под кожу.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Не знаю, что меня сподвигло так сделать, но это было именно тем, чего я хотела в этот момент. Андрей смотрел мне прямо в глаза, и я видела в них столько доброты и нежности, как будто вся любовь мира укрылась в них.

— И надеюсь, мне посчастливится скатиться с горнолыжной трассы вместе с тобой.

Тело не слушало голос разума, сейчас им руководило сердце. И оно подсказывало мне — поцеловать Андрея. Так я и сделала. Я отвела голову назад, подставив ему свои губы, но его действия оказались быстрее моих. Он сильнее притянул меня к себе, и воодушевленно поцеловал. Я поднялась на цыпочки, стараясь стать к нему еще ближе. Мои руки переместились на его голову, вплетаясь пальцами в волосы. Руки Андрея тоже не остались на месте, они прокладывали путь к спине, скользя по ее изгибам. Поцелуй все длился и длился, а когда закончился — мы оба прерывисто дышали.

Андрей облизнул нижнюю губу и заправил мне за ухо выбившиеся волосы. Его взгляд изменился, его горящие глаза говорили мне о том, что он тоже не прочь остаться наедине, но не станет изменять своим планам.

— Ну, что Хиона, готова укрощать снежные склоны? — Андрей положил руки на мои плечи.

Он обошел меня, становясь сзади, и не спеша толкнул вперед.

— Кто-кто? — со смехом переспросила я.

— Богиня снега — Хиона, из древнегреческой мифологии. — тихо проговорил Андрей, склонившись над моим ухом.

***

Андрей укладывал мои лыжи в багажный отсек, а я забралась в вертолет, на свое уже привычное заднее место. Владимир сидел в наушниках и ждал, когда мы соберемся. Терпения у него было явно больше, чем у того парня из пункта проката.

Тоже надев наушники, я ждала, когда голова Андрея появится передо мной, но он занял место рядом. Натянув авиагарнитуру на уши, его рука нашла мою, и похлопав по креслу пилота, тот поднял «машину» в воздух. Через несколько минут мы снова сели. На этот раз остановка конечная — здесь мы и будем кататься, здесь Андрей будет учить меня, как правильно «приземляться» на снег. Ха! Я старалась отвлечь себя глупыми шутками, но перед глазами все-равно мелькала картина, как я мчусь по горному склону, и размахиваю руками, не зная, как остановиться. «Так, успокойся», приказала я сама себе. Я же каталась на обычных лыжах, наверняка и с горными не так уж сложно.

Андрей постучал в окно, и я вздрогнула. Погрузившись в мысли о предстоящем катании, я не заметила, как мужчины покинули меня. Он жестом показал мне, чтобы я выходила, и набрав полную грудь воздуха, я открыла дверь.

— Я подумал ты передумала. — с усмешкой произнес Андрей; из его рта вырывался пар.

Да уж, здесь намного прохладнее. Это и неудивительно, мы ведь поднялись выше. Я уже думала не согласиться ли с предположением Андрея, но, когда увидела его светящееся от предвкушения лицо, поняла, что не могла обломать ему весь кайф. Я обняла себя за плечи, потому что ощутила, как по спине побежали неприятные мурашки.

— Ничего, скоро согреешься. — сказал Андрей, растирая мои руки.

Я посмотрела в сторону, среди очертаний склонов был виден подъемник. Люди поднимались, чтобы скатиться с горы на бешеной скорости. Наша трасса отличалась тем, что располагалась выше и на ней не так много народа. Ну то есть, совсем его нет. На ней нет подъемника, только вертолетная площадка. Андрей полностью арендовал эту трассу на несколько часов, а значит никого другого здесь не будет, тем лучше для меня — никто не увидит моего позора.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Я подошла к краю спуска, и сердце замерло. Первое впечатление — мне никогда не спуститься с этой горы! «Это бездна», подумала я. В голове все отчетливей рисовалась картина, придуманная мной ранее. Живот скрутило. Неужели Андрей хочет, чтобы я себе что-нибудь сломала. Нет, уверена это не входило в его планы.

— Надень это. — произнес Андрей у меня за спиной. Он уже надел свои лыжи и бесшумно подкатился ко мне. — Не хочу, чтобы ты как-то себя травмировала.