Если разобраться, Эрин совершенно не так вела все остальные дела, которые ей до этого поручали. Не смотря на хорошие гонорары, вся ее работа была довольно скучна и сводилась главным образом к бесконечным проверкам всяких махинаций со страховкой. Иногда правда, попадались случаи, как например с похищением картины Рембрандта, когда приходилось выслеживать вора, чтобы поймать его.
Погоня в самом конце была необыкновенно захватывающей... Но это ни в какое сравнение не шло с делом о рейнском рубине. В тех случаях, Эрин удавалось оставаться отстраненной и беспристрастной к происходящему. А теперь у нее такое чувство, словно что-то стоит на кону. Это ее репутация? Нет. Конечно, поражение не улучшило бы ее "резюме", но нельзя же выигрывать все дела. Может быть, все дело в потере комиссионных, составлявших десять процентов от суммы страховки? Нет. Она определенно не так сильно нуждалась в деньгах. А может, ей было невыносимо думать, что вор останется на свободе? И снова нет. Ее это вовсе не беспокоило... ведь своей основной задачей она считала возвращение украденной вещи.
Однако Эрин прекрасно осознавала, в чем заключалось отличие... в Ли Синклер. Все дело в этой необыкновенной женщине. Из-за отсутствия лучшего сравнения можно сказать, что темноволосая красавица пробралась к ней в душу.
Звонок сотового отвлек Эрин от размышлений. "Эрин Брэдшоу".
"Привет, девушка-девчушка", - прозвучал знакомый женский голос в трубке. Он принадлежал Ванессе Сент-Джеймс, ее лучшей подруге.
"Привет", - сразу же заулыбалась Эрин. - "Как - ты?"
"Чертовски устала за целый день, а в остальном просто замечательно". - И действительно ее голос звучал очень оптимистично, впрочем, как и всегда. Они повстречались, когда Эрин трудилась над очередным делом в Нью-Йорке. Это был ее первый год в "Пренхолл и Вайнмен". Ванесса как раз работала регистратором в музее, из которого была украдена дорогая статуя. Две молодые женщины сразу же подружились и с тех пор ни разу не поссорились.
В последнее время подруги играли в телефонные салки. Эрин была занята, постоянно летая по миру в попытках отыскать украденные произведения искусства, в то время как Ванесса днем работала в музее, а по вечерам пыталась раскрутиться и начать свою певческую карьеру.
"Так ты приедешь в Нью-Йорк на свой день рождения?" - спросила Ванесса.
"Не похоже на то. Дело, которое я надеялась закончить за пару дней, начинает затягиваться. Похоже, мне придется пробыть в Майами немного дольше, чем планировалось".
"Разве ты не можешь оставить все на полицию на пару дней?"
На самом деле Эрин спокойно могла оставить все на Макнейла и его команду, с условием держать ее в курсе любых изменений, ведь ее бы не было всего несколько дней. Но Эрин не хотела этого делать. Фактически это было "ее дело", и она не собиралась позволить мисс Синклер проскользнуть сквозь пальцы.
"Нет, я должна быть поблизости. Подозреваемый похож на перевоплотившегося Гудини, с таким количеством фокусов, спрятанных в ее рукаве, что я просто сбилась со счета".
"Ее рукаве? Главный подозреваемый в краже рейнского рубина - женщина?"
"Да".
"Занятно. Но послушай, я всегда говорила, что иногда лучший мужчина для работы - это женщина. Мы не только готовим, убираем, рожаем, но теперь и совершаем грандиозные грабежи драгоценных камней. Разве тебе не нравиться быть женщиной..."
Эрин рассмеялась. Впервые после своего возвращения в участок она почувствовала себя немного лучше.
"Ванесса, я скучаю по тебе".
"Я тоже. Слушай, малышка, я должна закончить свою работу, чтобы успеть на репетицию вовремя. Сообщите мне, если твои планы изменятся. Я действительно надеюсь увидеться с тобой".
"Я тоже". - Эрин услышала разочарование в голосе подруги, поскольку и сама была не меньше ее опечалена сложившимися обстоятельствами. - "Я позвоню тебе. Пока".
Эрин повесила трубку и, опустив голову в руки, тяжело вздохнула. Ей было необходимо какое-то время, чтобы собраться с мыслями и посмотреть на вещи под другим углом. Она закрыла глаза и в ту же секунду перед мысленным взором предстал образ Ли с ухмылкой, которая для Эрин становилась слишком знакомой.
"Ухмыляйтесь, сколько влезет, мисс Синклер, я все равно поймаю вас", - произнесла она вслух.
"Разговариваешь сама с собой?" - спросил Макнейл, положив перед нею на стол папку.
"Нет", - немного смутившись, ответила она и подняла глаза. - "Просто мысли вслух. Что это?"
"Копия зарегистрированных телефонных звонков Хэнсли и это похоже на алиби для одного сексуального главного администратора, с которым нам обоим посчастливилось познакомиться, у которого самые удивительные голубые глаза".
Эрин проигнорировала красочное описание Ли Макнейлом и посмотрела на информацию в папке.
"Телефонный звонок из его кабинета был сделан во время грабежа".
"Да... так как она и говорила".
"Но этот звонок, мог быть сделан кем угодно. Отсюда не следует, что это она сделала его".
"Я уже думал об этом. Поэтому узнал номер и кому он принадлежит. Это номер управляющего Хью Роллинса. Я позвонил ему и спросил, помнит ли он телефонный разговор с Ли Синклер той ночью".
"И?" - нетерпеливо спросила Эрин.
"Помнит, причем слишком хорошо".
"Это ничего не значит. Он может покрывать ее. Я хочу сказать, она вполне могла позвонить ему и оставить трубку лежащей на столе". - Эрин не сомневалась в способностях Ли Синклер убедить любого мужчину сделать для нее все что угодно. Несомненно, просьба солгать о телефонном разговоре была не трудной задачей.
"Это маловероятно. Этот мужчина ненавидит ее до глубины души. Кажется, он и Синклер бодались несколько лет назад по какой-то причине, и в результате он проиграл. Я хочу сказать, он почти битый час жаловался на то, как она достала его своим звонком той ночью, обсуждая какие-то мелкие детали последнего контракта".
"Понятно", - произнесла Эрин, одновременно пытаясь поймать хоть одну из миллиона мыслей кружащихся в ее голове.
"Кажется, у нее есть алиби".
"Это только кажется", - встала из-за стола Эрин. - "Макнейл, она - наш вор. Вспомни трюк, который она выкинула с поддельным рубином. Этим она бросила нам вызов в лицо".
"Или, возможно, это просто шутка. Но точно так же как и ты ... я не нахожу в ней ничего смешного". - Макнейл рассеянно провел рукой по волосам. - "Минтон из офиса окружного прокурора, вцепился мне в задницу, чтобы я предоставил ему хоть какие-нибудь неопровержимые доказательства против Ли Синклер, а у меня ничего нет. Мне не хотелось говорить тебе это Эрин, но если мы не придумываем против нее что-нибудь получше, нам придется бросить это дело", - извиняющимся тоном произнес детектив.
