зараза не обнаружила. В случае рейдерского захвата только с помощью официальных документов можно доказать, что компания когда-то принадлежала ему.
Игорь скептически относился к наставлениям отца (сами с усами, как-нибудь справимся), но все же прислушался и теперь с теплом вспоминал предупреждение родного человека:
— Верить, сын, нужно только себе. Все могут предать. Человек — существо непостоянное. Свои проблемы ему дороже чужих.
В конце концов отец оказался прав. Жизненный опыт перевесил самоуверенность юности.
Игорь вздохнул, спрятал деньги и папку с бумагами под спецовку и тем же путем двинулся к выходу. Он спустился на первый этаж и прислушался: спор по-прежнему не прекращался. «Что можно столько времени перетирать?» — удивился он, посмотрел на часы и изумился еще больше: оказывается, рискованная операция заняла всего пять минут.
Чума прижался к стене и написал Петру СМС: «Я все. Уведи людей от входа». Он видел, как водитель достал телефон, посмотрел на экран, потом на начальника в красной каске и сделал несколько шагов в сторону.
— Мужики, я понял. — заголосил Петр и повернулся к прорабу: — Скажите, а вы долго будете разбирать это здание?
— Сколько надо, столько и будем! — ответил тот и скомандовал щуплому парню, стоявшему рядом: — Серега, марш в кабину!
— Ой, а можно посмотреть? Никогда не видел, как эта «баба» работает.
— Посторонним здесь не место, — сурово ответил прораб. — У тебя своей работы нет?
Игорь тем временем выскользнул из здания и смешался с толпой рабочих. Скандал уже привлек внимание и других людей. На объектах приостановилось движение, все спрашивали друг друга, что случилось. Чума увидел, что к зданию фабрики направлялись люди в деловых костюмах. И тогда он резко свистнул и наклонился к стеллажу кирпичей, делая вид, будто что-то разглядывает.
Все повернулись на звук, Петруха бочком-бочком выбрался из толпы и чуть ли не бегом направился к выходу с территории стройки. Игорь двинулся за ним, радуясь в душе, какой у него замечательный помощник: преданный, сообразительный и осторожный. Если бы не Петр, у Чумы половина задуманного провалилась бы.
Он, не оглядываясь, тоже пошел к воротам. Люди в деловых костюмах оказались совсем близко. Среди них Игорь разглядел Владимирского.
«Вот черт! Принесла его нелегкая!» — сплюнул на землю он и натянул на глаза каску.
— Что там за скандал? — окликнули его.
— Не знаю, — ответил он и проскользнул мимо: не хватало еще, чтобы его узнали.
К машине они с Петром добирались по отдельности, и только когда оказались внутри, смогли немного расслабиться.
— Ох, Игорь Сергеевич! — воскликнул Петруха. — С вами как на пороховой бочке: ни дня без приключений!
— А тебе спокойной жизни хочется? — засмеялся Игорь. — Нет, Петруха, кто не рискует, тот не пьет шампанского! Примитивно, но жизненно. Молод еще, чтобы о покое думать.
— Ну, как? Результат есть?
— Да. И поехали отсюда, пока нас не раскусили.
Дома они подсчитали трофеи. На руках у них теперь было около десяти тысяч в валюте и документы на бизнес. Помощник перебирал листы бумаги, присматривался к печатям и качал головой. Игорь видел, что он расстроен.
— Петь, ты не думай, что я тебе не доверяю. Два года назад я просто осторожничал. Где те люди, которые клялись мне в дружбе? В зале суда, кроме тебя, никого не было. И те, кто клялся мне в преданности, свидетельствовали против меня.
— Я понимаю, Игорь Сергеевич, — тихо ответил Петр. — Просто удивился.
— Так, теперь мы не будем думать о деньгах и начнем реализовывать наш план сразу в двух направлениях.
— А с чего начнем?
— С интернета. Есть у тебя знакомые блогеры? Нужно такого, чтобы много подписчиков было, ну и на социальные темы любил побазарить.
— Надо поспрашивать, — задумался Петр. — А зачем?
— Пока ты со строителями ругался, я снял видео. Если написать под него хороший текст, можно начать информационное хейтерство на компанию Владимирского. Идеально было бы еще организовать поток негативных отзывов.
Глава 11
Лиля была послушной дочерью целую неделю.
Она крутилась постоянно возле мамы, приносила папе в кабинет по вечерам чай, помогала печь вкусные плюшки Галине Ивановне. Словом, изо всех сил старалась, чтобы ослабить бдительность родителей. А сама потихоньку думала над новым способом побега, если вдруг родители ее не захотят отпустить.
Она мило болтала с обеими сменами охранников, украдкой рассмотрела, где стоят камеры, и даже придумала, как не попасть в поле объектива.
Прибегать к снотворному она больше не рискнула: узнала, что в пятницу опять дежурит Михаил с напарником, и обрадовалась, что можно договориться с Оксаной. Веселая украинка сначала не соглашалась ей помочь, но потом сжалилась над хозяйкиной дочкой.
— Лиль, только смотри, чтобы меня с работы не уволили. Твой побег — твоя и ответственность.
— Ты что! Все сделаем так, что родители точно не узнают.
— Как?
— Два пути. Первый: ты отвлекаешь Мишку, а я в этот момент проскальзываю мимо камер и спокойно выхожу через ворота.
— А сигнализация?
— Какая? Если я открою калитку своим ключом, она не сработает. Главное, чтобы парни меня не заметили и не остановили.
— А второй какой?
— Развернуть камеры в другую сторону от дорожки.
— Но это нереально. Они расположены высоко.
— Вот и я о том же. Я не буду со стремянкой бегать по участку. Сразу заметят. Могу только у входа в дом камеру повернуть, но пока доберусь до ворот, меня уже поймают.
Димку она так и не видела. Второй экзамен сдала лучше, но тоже не блеск. Родителям даже боялась заикнуться о результатах. Слава богу, что отец улетел в этот день в Париж, а мама отправилась следом. Но, как назло, вернуться они должны были в пятницу.
По вечерам она запиралась в своей комнате и шепталась с Настей.
— Слушай, ты Рокотова видела? Что ему подарить на днюху?
— Не знаю. Я не приглашена.
— Интересно, а кто там будет? — мечтательно закатывала глаза Лиля. — Может, я одна?
— Губу закатай! — хмыкала Настя. — Он наверняка всех дружков позовет.
Лиля и сама понимала, что перегибает палку, но смертельно хотела увидеть Димку, поэтому слушала подругу вполуха.
— А девушки придут, как думаешь?
— Вот чего не знаю, того не знаю.
В четверг Настя приехала к Лиле домой, а ушла с большим пакетом. Лиля долго вертелась перед зеркалом и выбирала наряд. Она остановилась на коротеньком платье-хамелеоне, которое переливалось разными красками в лучах света и очень ей шло.
— Ты прямо как весенняя бабочка! — воскликнула Настя. — Так и кажется, что полетишь.
К платью Лиля выбрала черные туфли на шпильке. В этот вечер ей
