Сформулирована математическая зависимость времени реакции от числа возможных альтернатив (закон Хика):
Т = a log N,
где Т — среднее время реакции на один объект, а N — число альтернатив. Линейное возрастание времени реакции наблюдается до определенного числа категориально различных альтернатив (6-10), затем рост существенно замедляется или прекращается [354].
В процессе обучения в памяти человека фиксируются вероятности отдельных альтернатив, определяя поведение в сходных ситуациях. Следующая формула учитывает влияние вероятности отдельных альтернатив:
Т = а + b log N,
где а учитывает условную (временную) вероятность, b — вероятность данного объекта [357].
Влияние вероятностной структуры сигналов видно из экспериментов Брунера [46]. Шести испытуемым предъявлялись в дефиците времени для распознавания одновременно два бессмысленных слова, образованных как статистические приближения к английскому языку первого и четвертого порядков. Испытуемые правильно определяли 43% букв первого слова и 93% второго (с учетом их места в слове). Несмотря на то, что возможности предсказания отдельных букв в обеих последовательностях равноценны, различие в результатах распознавания зависело от того, что испытуемые «знали» вероятность следования букв друг за другом в родном для них английском языке.
Человек нередко допускает ошибки, пытаясь оценить частоту событий, причем те из них, которые легче воспроизводятся его памятью (вспоминаются), кажутся ему более частыми. Испытуемым прочитали список из одинакового числа мужских и женских фамилий и спросили, каких больше? Большинство испытуемых ответило, что женских, поскольку женские фамилии принадлежали только знаменитостям, а среди мужских фамилий таких не было.
Таким образом, использование все более разнообразных видов предынформации об объекте позволяет сделать предсказание более глубоким и эффективным. Осуществляя преднастройку к действиям, человек принимает во внимание только те ситуации, которые прогнозируются с вероятностью, большей некоторого порога. Смысл такой стратегии очевиден: при практически необозримом числе возможностей человек упрощает сложную картину среды, учитывая лишь малое число высоко вероятных событий. Можно было бы предположить, что уменьшение времени реакции, связанное с уменьшением числа альтернатив, опосредовано сопутствующим увеличением вероятности появления каждого объекта. Однако, как показывают исследования [328], время реакции на объект, имевший место в 75% всех предъявлении, было большим, когда он предъявлялся в опыте с четырьмя альтернативами, чем когда с двумя. Этот факт говорит о том, что число альтернатив влияет на время реакции независимо от вероятности появления стимула.
Стратегия случайного перебора человеком обычно не используется. Многие поступки, которые кажутся человеку случайными, далеко не таковы. Например, если предложить раскрасить клетки на бумаге в произвольной последовательности пятью цветными карандашами, то окажется, что раскрашенные одинаково клетки будут соседствовать друг с другом значительно реже, чем это диктует случай. Такое поведение становится понятным, если обратить внимание на то, что, изучив вероятностную природу окружающего мира и пользуясь этой информацией, человек может выходить за пределы непосредственно воспринимаемых свойств предметов и предсказывать свойства, недоступные восприятию.
Ценность информации. Возможна ситуация, когда наибольшее значение в решении конкретной задачи имеет не самый вероятный стимул. Тогда на первый план выдвигается его информативность (ценность).
Ценность сигналов для человека может определяться различными факторами: характером получаемого подкрепления, возможностями сигнала способствовать выбору и предсказанию, ролью сигнала в достижении цели деятельности. А. А. Харкевич [284] определил понятие ценности информации в сообщении через увеличение вероятности достижения цели. Он предложил меру ценности, являющуюся функцией отношения вероятностей достижения цели до получения этого дополнительного сообщения и после его получения. М. М. Бонгард [40] характеризовал понятие полезной информации в сообщении изменением трудности некоторой задачи, решаемой человеком. В качестве меры трудности использовались логарифмы среднего числа проб, сделанных в процессе решения задачи до и после поступления этого сообщения. А. Н. Колмогоров [130] вообще исключил использование вероятности при определении ценности информации. Им предложен подход, согласно которому ценность информации определяется через длину программы, потребной для ее извлечения. Информативностью обладают сигналы, снижающие неопределенность и трудность задачи и повышающие вероятность достижения цели. Если найден способ отыскания таких ценных стимулов, то можно упорядочить их по этому новому критерию, вновь сократить исходный класс объектов и ускорить время выбора. Выяснилось, например, что придание одному из альтернативных сигналов «аварийного» значения ускоряет реакцию на этот сигнал относительно других, равновероятных с ним сигналов [164].
Установка. Избирательность памяти в значительной мере определяется субъективной ценностью события — установкой. Скорость реакции зависит не только от объективной вероятности события, но и от установки человека на ожидание именно этого события. Роль непосредственной установки и априорного знания в распознавании продемонстрировали исследования, в которых испытуемым предлагали прослушать сильно зашумленную запись беседы двух лиц [342]. После первого проигрывания записи слушатели ничего не поняли, тогда им сообщили, что собеседники обсуждают вопрос о заказе нового костюма, о портных, ценах на одежду и фасонах. Затем запись была проиграна вторично, и большинство слушателей оказалось в состоянии проследить за всем разговором. Слова как бы сразу «всплыли наружу». Полученный результат можно объяснить тем, что, не имея никаких предварительных сведений относительно обсуждаемого предмета, слушатели выдвигали гипотезы относительно любых тем. Получив установку «о портном», они смогли сузить диапазон гипотез, сконцентрировать свое внимание только на них и правильно распознать содержание беседы.
У человека формируется особая система, ожидания на основании знакомства с ситуацией. Если эта система не оправдывает себя на практике, то производится ее замена. Впечатления от повторяющихся ситуаций формируют состояние внутренней готовности, которая проявляется как тенденция воспринимать вновь встречающийся предмет определенным образом, обусловленным особенностями предшествующих восприятии. Установка облегчает восприятие и опознание, повышая их скорость и точность, но иногда может привести и к ошибкам. Например, если рассматривать изображения в верхнем ряду рис. 10, двигаясь слева направо, то последнее воспринимается как фигура сидящей женщины. Если рассматривать изображение второго ряда в том же порядке, то последнее воспринимается как лицо мужчины. Так под влиянием разных установок одно изображение соотносится с различными категориями.
Экспериментально исследовалось влияние непосредственной установки на выдвигаемую гипотезу. С помощью интрукции у испытуемых двух групп создавали установку на появление слов, относящихся к определенным категориям: животных или кораблей [391]. Затем испытуемым предъявлялось бессмысленное слово «sael» в дефиците времени. При установке на животных это слово воспринималось как «seal» — тюлень, если на корабли, то как «sail» — парус. Затем испытуемым обеих групп предлагалась другая задача — заполнить пробелы в словах с пропущенными буквами. Оказалось, что все испытуемые заполнили пробелы в соответствии с выработанной установкой. Следовательно, установка продолжала существовать и после выполнения задания, при котором она была сформирована, влияя на последующее решение сходной задачи.
Ожидание определенного контекста обусловливает предварительное повышение активности определенного набора категорий в памяти. Избирательное приспособление к будущим событиям сохраняется у человека в виде установки. Оно обусловливается стоящей перед человеком задачей, направленностью его интересов, представлениями о вероятностных характеристиках и признаках объектов [275]. Установка определяет и изменяет даже характеристики зрительного восприятия (см. рис. 10).
В одном из экспериментов [393] детей просили нарисовать Деда Мороза в разные дни декабря: 5, 21 и 31. Чем ближе был праздник, тем больше места занимал Дед Мороз на листе бумаги и тем больше набухал его мешок с подарками. Таким образом, не только вероятность появления события переоценивалась ребенком, но и образ, извлекаемый из памяти, трансформировался под влиянием напряженного ожидания.
