бойцы из отряда прикрытия продержатся достаточно долго, они действительно спасут отступающих ценой своих жизней. Из плохого — они скорее всего быстро догадаются на счёт «ценой своих жизней». И, вероятно, всерьёз расстроятся, вплоть до выхода из повиновения и немедленного бегства. Так что отдавать такой приказ лучше только если есть уверенность, что наши отважные и беззаветно преданные воины его исполнят.
— Заранее подготовить контрудар подвижным резервом. Тут такой интересный момент — увидев, что наша армия бежит, противник практически однозначно расслабится. Всё, победа в кармане, чего уж там? Уже не нужно сжиматься в ощетинившиеся пиками баталии, держать строй, да и вообще, особо напрягаться по части сохранения порядка. Битва закончена, впереди весёлая резня и ограбление трупов. Я это к тому, что втянувшаяся в преследование армия часто неслабо так теряет организацию и становится уязвимой. Атака свежего резервного (настоятельно рекомендуется использовать в этом качестве кавалерию) отряда в этот момент может иметь большой успех. Разумеется, разбить наголову всю вражескую армию этот отряд не сможет (на самом деле в истории нашего мира пару раз удавалось, но это именно что чудо), но ему и не надо. Естественная реакция противника на внезапную атаку — сначала собрать своих разбежавшихся за добычей людей, организоваться, перейти к обороне, а потом уже смотреть, кто и в каком числе на них напал. А пока он занимается всеми этими нужными, но требующими времени вещами, мы сможем отвести как основные силы, так и использованный для контрудара резерв. Короче, метод всем хороший, если бы не одно «но» (Ну почему никогда без него не обходится?!!). Требуется наличие этого самого свежего резерва. Конечно, ничто не мешает выделить его ещё до начала битвы. Вот только будет нас потом до конца жизни преследовать мерзкая такая мыслишка — а ну как, введи мы этот резерв в бой чуть пораньше, вместо успешного отступления мы могли бы вырвать победу?
Вот как-то так. А теперь для особо придирчивых про ещё пару вариантов отхода, про которые я «забыл».
— Ночное отступление под покровом темноты. Ну тут всё довольно очевидно. Видя приближающийся разгром мы выкручиваем яркость Солнца в ноль… Ой! Просим противника прерваться на несколько часов, а потом продолжить? Тоже нет. Короче, вероятность того, что ночь специально наступит именно тогда, когда нужно, очень не очень. Так что рассчитывать на это не стоит.
— Отступление, к примеру, через мост с последующим уничтожением оного. Способ вроде бы годный, но какова вероятность, что у нас в тылу совершенно случайно окажется широкая река с единственным мостом? А кроме того, быстро уничтожить капитальный мост без помощи взрывчатки (которую ещё не изобрели!) задача куда как нетривиальная.
— Бегство в ближайшую тайгу, если таковая есть поблизости. На труднопроходимой местности с околонулевым обзором противник нас сразу же потеряет, правда? Правда. А ещё мы потеряем из виду наших храбрых, но не оснащённых навигаторами и рациями воинов. Так что собирать их потом под ёлками нам придётся ещё месяц. В течение которого противник будет делать что хочет и где хочет, да.
И ещё пару слов про «малую войну» и старую-добрую тактику «ударь-и-беги». В завершающей фазе «беги» вроде бы тоже предполагается отступление из-под удара превосходящих сил. Разница только в том, что мы:
— Действуем относительно небольшим (а значит и куда более простым в управлении) отрядом.
— Заранее уверены, что собираемся уходить от преследования и можем заранее спланировать отход.
Соответственно, тут для отступления мы можем не только использовать труднопроходимую местность (которую наши бойцы заранее изучили), но и дооборудовать её искусственными ловушками и препятствиями. Да и двигаться по ней немногочисленный отряд будет куда более бодро и организованно, чем огромная армия.
Дальний бой, ближний бой…
Кто с мечом к нам придёт, того проще пристрелить.
Собственно, сегодня я хотел бы поговорить о дистанциях ведения боя и некоторых связанных с этим делом стереотипах. Но сначала, по традиции, немного терминологии. Здесь и далее я буду называть:
Ближним боем — бой, ведущийся оружием, так скажем, не покидающим руку воина при использовании. Т. е. копьями (не метаемыми!), мечами, топорами и прочими дубинами. Нормальная дистанция для ведения такого боя ограничена длиной оружия — от 4–5 метров для длинных пик до нуля для ножей, зубов и кулаков.
Дальним (дистанционным или метательным) боем — бой, ведущийся исключительно метательным оружием — луками, арбалетами, пращами и дротиками. Максимальная дистанция такого боя равна предельно убойной дальности соответствующего оружия, а минимальная — дистанции перехода в ближний бой.
Теперь к теме. В наше время по понятным причинам господствует дальний бой. Приблизиться с противнику под огнём автоматического оружия настолько, чтобы ударить его штыком или ножом — практически чудо. Соответственно, ближний бой в глазах наших современников остался уделом каких-то совершенно отсталых дикарей. Хотя так было не всегда. Ещё в 15–16 веках большинство воинов наиболее технически продвинутых армий вообще не имело оружия для дальнего боя и сражалось только врукопашную.
Прежде чем писать о том, как так вышло и что всё-таки лучше, дальний бой или ближний, нужно отметить ещё одну важную вещь. Итак, универсальные бойцы, одинаково способные вести как дальний, так и ближний бой, всегда хуже специализированных на чём-то одном. Потому что:
— Хорошо овладеть даже одним видом оружия сложно. Стать одновременно, к примеру, мастером боя на мечах/копьях и стрельбы из лука — долго, дорого, и вообще не факт, что вообще получится. Чаще всего такой универсал при равном времени, потраченном на подготовку, будет безнадёжно проигрывать и специалисту-лучнику в дальнем бою, и специалисту-мечнику/копейщику в ближнем.
— Стоимость снаряжения для бойца-универсала дороже — ему нужно и оружие для ближнего, и оружие для дальнего боя. Почти за те же деньги можно снарядить двух воинов — рукопашника и стрелка, которые совместно будут явно сильнее, чем один.
— Вес снаряжения для бойца-универсала будет совершенно запредельным. С посвящённой соответствующей теме статье я считал — вес оружия и брони, к примеру, греческого гоплита — в районе 20 килограммов. Это не считая таких мелочей как одежда, немного еды и прочие скучные бытовые штуки. Собственно, вопрос — а он точно унесёт ещё и связку дротиков или лук с запасом стрел?
Как видно, проблемы достаточно серьёзные и случаев их успешного решения в истории не так уж много. Собственно, пример номер раз это ближневосточная и азиатская тяжёлая конница, вооружённая луками в качестве вспомогательного оружия. Традиция владения луком была одной из национальных особенностей составлявших эти отряды народов, так что для воинов не требовалось дополнительное обучение стрельбе. А пример номер
