— Согласен, — коротко сказал Молчун, мазнув по мне мутным взглядом ничего не выражающих глаз, под которыми появились глубокие тени.
— Ну, ничего страшного не произошло, — успокаивающе проговорил Валерон и добавил, посмотрев на меня и Испанца: — Это же первый и последний раз? — Мы синхронно кивнули гривами. И тогда охотник откинулся на спинку жалобно скрипнувшего стула и вальяжно попросил нас, откусив сразу половину пирожка с картошкой: — Давайте теперь выкладывайте правда-матку. Народ ждёт.
Испанец вздохнул и поведал им почти всё так, как имело место быть в реальности. Но о бабке он опять умолчал, а я не стал его поправлять. Незачем лишний раз бередить такую рану. Это же психологическая травма на всю жизнь. После такого вполне возможно то, что член Испанца сумеет поднять только некромант. Кстати, зачётная шутка. Надо будет потом ему рассказать.
Пока же гном первым взял слово после рассказа охотника. Он промокнул салфеткой губы и проронил, задумчиво потирая подбородок:
— Стоит отметить, что Ленаэль проявила себя с хорошей стороны. Может быть, тебе, Валерон, стоит пересмотреть свои взгляды? Она бы пригодилась нашему отряду, несмотря на то, что порой ведёт себя, как взбалмошная особа.
— Я подумаю, — кивнул Бульдог и одобрительно заметил, глянув на Испанца, который отправил половину стакана компота в пересохшее горло: — Славно вы пошумели в Питере.
— Согласен, — поддакнул Профессор и нарочито весело добавил, глядя на меня серьёзными глазами, прячущимися за линзами очков: — А Стажёр-то в очередной раз всех удивил. В одиночку справился с четырьмя подготовленными охранниками — это дорогого стоит. Я уже сам боюсь его.
— Орёл! — похвалил меня Валерон, не уловив никакого подтекста в словах прозорливого гнома. — Мы с ним расхреначим всех московских нелюдей, а потом и за провинцию примемся.
Я польщено улыбнулся, скрывая волнение, появившиеся у меня после слов Профессора. Кажется, хитровыдуманный гном начал что-то подозревать. Надо бы поосторожнее с ним, а то он может настроить против меня остальных охотников.
И я хрен его знает, что гном мог бы ещё такого провокационного учудить, если бы не подошло к концу обеденное время. Нам пришлось пожать друг другу руки и разлететься кто куда. Лично я поехал домой, но не прямиком. По пути я заскочил в магазин, где купил два пакета продуктов. Лишь после этого мне суждено было без проблем добраться до дома и ощутить на себе в подъезде недружелюбный препарирующий взгляд консьержки. Наши отношения не улучшились, несмотря на все мои улыбки. Наоборот — кажется, бабка ещё сильнее невзлюбила меня. Да ну и хрен с ней.
Придя к такому пофигистическому выводу, я поднялся на свой этаж и проник в квартиру. В ней царила звенящая тишина и слышно было как где-то в подвале храпит пьяный слесарь. А где же, собственно, захребетники? В смысле, кот и вампирша? Надеюсь, они не поубивали друг друга?
Я отнёс сумку на кухню, где никого не оказалось, а затем заглянул в зал. И вот тут-то они и обнаружились. Пышкин внимательно смотрел на фигуры, которые стояли на шахматной доске. А Каринэль усиленно хмурила брови, покусывала нижнюю губу и нерешительно тянулась к ладье. Она не замечала в глазах кота радостного блеска, когда её пальцы сжимали ладью. Но стоило ей отпустить фигуру, как блеск мигом тух, словно пламя свечи на ветру. И кот начинал недовольно размахивать хвостом.
Товарищи оказались так увлечены процессом игры, что даже не заметили меня, стоящего в дверях. А я пару секунд поколебался и свалил в свою комнату, не став им мешать.
Глава 13
Брыкнувшись на кровать, я набрал номер Ленки.
— Какие люди, точнее квартероны, — вылетел из телефона её ехидный голосок.
— Привет, — проронил я. — Звоню тебя обрадовать. Валерон поддался тлетворному влиянию Запада и начал задумываться о том, что женщины тоже люди. Эх, погубит он нас. Ей-богу, погубит.
— Не поняла… — озадаченно протянула девушка.
— А что тут непонятного? Ему звонил Клим и сдал нас с потрохами, — поделился я с ней новостью. — Но Бульдог не сильно лаял и даже решил подумать над тем, чтобы дать тебе шанс проявить себя в нашей знаменитой шайке охотников.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— А-а-а-а! — разорвал мою барабанную перепонку её радостный вопль. — Правда?! Ты не шутишь?!
— Да что б мне стать твоим мужем, если я шучу, — выдохнул я. — Всё серьёзно. И я думаю, что Валерон позовёт тебя на ближайшее дело.
— Это же замечательно, — продолжала восторгаться эльфийка, пропустив мимо острых ушей мою шпильку.
— Ага. Очень замечательно сознательно приближать свою погибель, — саркастично выдал я и прикрыл рукой зевок.
— Не гибель, а месть!
— Ладно, ладно, будь по твоему, — согласился я и снова зевнул. Только теперь громко и протяжно.
— Как некультурно, — тотчас попеняла мне Ленка. — Тем более, когда ты разговариваешь с дамой.
— Да я просто не выспался, — пожаловался я, мысленно вспоминая недобрым словом инквизитора. Он, наверное, уже должен замучиться икать.
— И что же ты делал? — деланно безразлично спросила девушка и затаила дыхание в ожидании моего ответа.
— Пытался найти девушку, которая меня поцелует. Я же как принцесса-лягушка. Только мужик. И вот если меня поцелует прекрасная дама, то я тут же стану красивым и род Потёмкиных признает во мне давно похищенного наследника, — проговорил я, уже с трудом справляясь с желанием закрыть глазки и сладко засопеть.
— И что? Никто не позарился на тебя? — ехидно бросила эльфийка.
— Только какой-то не особо разборчивый маньяк, — иронично прошлёпал я губами и решительно добавил: — Так, всё, отбой. Меня прям вырубает. Покеда.
— Пока. Звони если что…
Я сбросил вызов и с наслаждением уснул. И мне удалось проспать пару часиков. Никто не тревожил меня и не доставал.
Всё же проснулся я не совсем по своей воле. Сквозь сон до меня стал доноситься перезвон колокольчиков. И этот звук мигом вырвал меня из крепких объятий сновидения. Я резко открыл глаза и с перепуга нырнул рукой под подушку, где лежал Тетсуя. Мне же было прекрасно известно, что неожиданный перезвон колокольчиков, детский смех и топот маленьких ножек — очень хреновые звуки, особенно, когда в квартире их некому издавать.
Между тем перезвон приближался и вот-вот его источник уже должен был показаться в комнате. Я выдернул клинок из ножен и приготовился атаковать, чувствуя, как сердце ускорило свой бег. Но в спальню заявилось не зло в обличии Чаки, а грустный-грустный Пышкин. И на его голове покоился красно-зелёный колпак шута, заканчивающийся тремя медными колокольчиками.
— Давай, чего ты ждёшь?! Плеть Скорпиона?! — неожиданно завопил Тетсуя.
— А ты это чего? — опасливо спросил кот, покосившись на бледного меня, держащего клинок в руке.
— Ничего, — поспешно проронил я и затолкал нож обратно в ножны. — А вот ты чего?
— Лучше и не спрашивай, — печально опустил голову Пышкин, мелодично звякнув колокольчиками, и тихонько пробурчал себе под розовый носик: — Нет. Я не могу всё так оставить. Надо отыграться. Пусть она сама носит этот собачий колпак!
Пышкин сорвался с места и умчался, воинственно задрав хвост. А я криво усмехнулся и услышал настойчивый писк телефона.
— Кто там ещё названивает? — рыкнул я и взял в руку агрегат. На экране опять красовался номер Константина. Однако, быстро он, когда ему что-то надо. Я нажал на зелёную кнопку и максимально недружелюбно выдохнул, словно он позвонил в службу поддержки сбербанка: — Да, слушаю.
— Час ночи, Гольяновский сквер, мужчина в белой шапке с буквами FBI — арахнид.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
И на этом инквизитор по английский прервал звонок, оставив меня с крайне раздражённой гримасой на лице. Вот ведь гад. Ведёт себя как барин с холопом. У меня в груди вспыхнул костёр гнева, и чтобы потушить его я отправился на кухню, дабы налить себя чаю.
Вскоре ко мне присоединилась довольная вампирша и кот. Последний стал ещё грустнее. К колпаку клоуна прибавился замечательный розовый бант, повязанный вокруг шеи. И Пышкин бросал лютые взгляды на Каринэль.
