Читаем без скачивания Викинги. Мореплаватели, пираты и воины - И. Хит

Последним актом битвы при Брюнабурге для автора саги становится разлад между Эгилом и королем Ательстаном. В рассказанной нам истории саксонский король представляется человеком, готовым на все ради власти. Клан Квелдулфа разделился на две группы: «темных» и «светлых» людей из Мере. Торолф, как представитель последних, питает излишний пиетет пред блеском королевского двора. Эгил, один из представителей «темных», демонстрирует традиционный скепсис, свойственный более раннему периоду независимости. Доверие к королю привело Торолфа к смерти, а потому Эгил искал воздаяния за утрату для клана.

После кровавого преследования разгромленного врага Эгил вернулся, чтобы похоронить брата на поле боя со всеми подобающими почестями, в том числе и с прочтением поэм, одна из которых воспевала славу Торолфа и оплакивала его гибель, другая же воздавала хвалу личным триумфам Эгила. Исполнив долг, уцелевший брат возвратился в ставку короля, где происходило празднование победы. Согласно саге, Ательстан сделал распоряжения, чтобы Эгилу отвели почетное место, однако этого сыну Скаллагрима показалось слишком мало, и он, нахмурив чело, сидел за столом в полных доспехах. В итоге, когда король восстановил положение, оказав достойную честь и вручив понесшему огромную утрату воину золотое кольцо (символически преподносившееся на кончике меча), Эгил почувствовал, что настало время разоблачиться и принять участие в празднестве.

Молдон. 991 г.

Величайшим английским поэтическим сочинением батальной литературы является никак не озаглавленная поэма на смерть Байртнота, наместника Эссекса. Она не только представляет собой один из важнейших источников, освещающих события сражения под Молдоном, но и дает возможность четко рассмотреть очерченные в ней героические идеалы германцев. Историческое значение битвы в том, что она определила судьбу саксонского королевства и дала начало цепи событий, которые привели в итоге к крушению Уэссекской династии.

К концу X столетия исполнилось уже больше века с того момента, когда пришельцы из Скандинавии последний раз выходили победителями в сражении на земле Англии. Независимость Датского Закона подорвал ряд опустошительных кампаний, появились крепости, выстроенные централизованной властью для поддержания своего господства Попыткой войска викингов переломить ситуацию и поколебать саксонские позиции в Эссексе была осада укреплений Молдона в 925 г. Подход деблокировочной армии предотвратил падение города, и границы саксонского присутствия подвинулись дальше на севере к королевству Йорк, где скандинавы закрепились более основательно. К моменту второй битвы под Молдоном господство саксов в равнинной части Британии было уже полным. Королевство делилось на области, где бал правили представители центральной власти. Одним из таких наместников как раз и являлся Байртнот, человек из благородного семейства, бывший ранее правителем Восточной Англии, но с приближением старости переброшенный в Эссекс — на менее важный участок.

В 80-е гг. X века викинги стали вновь появляться в виду берегов Англии. На сей раз разбойников возглавляли не мелкие вожди из лишившихся положения норвежских нобилей, предводительствовавших над жаждавшими земельной собственности крестьянами из перенаселенной Скандинавии, теперь отряды состояли из искателей добычи самого разного положения, которые жаждали серебра — как можно больше и как можно быстрее. Истощение серебряных рудников в Средней Азии привело к затуханию оживления на русских торговых маршрутах, а потому потребовались новые источники средств для викингов. Что особенно интересно, среди вожаков новой волны грабителей находились люди вроде Торкела Длинного (одного из командиров полупрофессионального военного сообщества йомсвикингов) и Олафа Трюггвассона (претендента на трон Норвегии), и тому и другому требовались деньги для реализации амбициозных планов у себя дома.

Возрождение практики набегов на Восточную Англию летом 991 г. имело характер, отличавший его от аналогичных предприятий предыдущих десятилетий. Теперь главными точками притяжения внушительных по численности сил морских разбойников стали крупные города вроде Ипсуича. Как утверждают источники, под Молдоном викинги имели эскадру численностью в 93 корабля, что не дает, однако, возможности установить по этим данным точную численность армии, так как нам неизвестно количество воинов на каждой ладье. Примерно можно сказать, что счет участникам рейда шел на тысячи.

Войско защитников под началом Байртнота включало прежде всего его собственную дружину, вероятно довольно многочисленную, поскольку за долгую и успешную карьеру наместник, несомненно, приобрел большое влияние, что убеждало людей сражаться на его стороне в соответствии с обычными узами верности. Не было недостатка и в ополченцах, или «файрдах» (fyrcl). Молдон являлся центром региона и имел довольно важное значение, так, например, в нем располагался королевский монетный двор, и, надо полагать, при возникновении угрозы со стороны викингов власти попытались мобилизовать все наличествовавшие в Эссексе силы. Подготовка и боевой дух файрдов заметно разнились в качестве, однако традиционно бывали скорее низкими, чем высокими. Недостаток опыта и нехватка мотиваций обернулись катастрофой.

Разграбив Ипсуич, викинги обогнули полуостров Тендринг и вошли в устье Блэкуотер. Они встали лагерем на острове Норти, устроившись так, как обычно полагалось делать викингам на враждебном берегу, в общем, они находились в полной готовности, когда появился Байртнот, чтобы занять позиции на обращенной к суше стороне дамбы, служившей для прикрытия от приливной волны.

Оба противника горели желанием дать битву, что, возможно, говорит о равенстве численности войск сторон. Стремление Байртнота вступить в бой с пиратами могло отчасти основываться на намерении не дать им уйти и позволить бесчинствовать в других местах, или же он твердо верил в возможность одолеть врага только своими силами. Автор поэмы недвусмысленно дает понять, что наместник полностью располагал имевшимися у него людьми, для которых его слово являлось законом, так, соратникам из нобилитета он велел отпустить их ястребов и отогнать коней. Данный прием иносказания применен поэтом с целью показать, что птицы и звери вольны покинуть поле боя, людям же надлежит встать и биться до конца.

Оборона дамбы

Поэма дает нам подробное описание сражения эпохи раннего Средневековья. Посланник от викингов приносит Байртноту условия вожаков, суть которых заключается в требованиях выплаты денег и в угрозах в противном случае не пощадить никого. Наместник дает врагу гордую отповедь в словах, достойных верного подданного государя (в данном случае короля Этельреда II), в которых звучат национальная гордость и презрение к угрозам, а также приглашение скандинавам попробовать силой взять то, что они хотят получить. Отвергнув шантаж, Байртнот готовит воинов к отчаянному сражению, которое распадается на три части. Первая фаза представляет собой обмен метательными снарядами через образованный приливом затон, отделяющий Норти от суши, который перерастает в эпизод обороны прохода по дамбе тремя отважными воинами. Очень маловероятно, что так все и происходило. По крайней мере, невозможно ни доказать, ни опровергнуть утверждение автора, хотя есть подозрение, что в данном случае он черпал вдохновение не в реальных событиях, а в классической литературе о «Горации на мосту» (случай из древнеримской истории едва ли не VI века до Р.Х., когда герой по имени Гораций с двумя товарищами оборонял мост в Риме против наседавших этрусков. — Прим. пер.). Попытки дать все же какую-то правдоподобную интерпретацию данного этапа сражения, описанного в источнике, содержат в том числе и версию, что, возможно, те три саксонских героя были на самом деле командирами трех небольших отрядов, защищавших важные позиции.

Не сумев сломить сопротивления саксов на длинном и узком языке суши, «язычники» вновь послали гонца, который высказал просьбу, чтобы стороны сражались на твердой земле. Любезно соглашаясь на предложение врага, Байртнот становится мишенью для критики со стороны поэта за чрезмерную храбрость (хотя слово ofermod оригинала может означать и неоправданный риск). Как и битва при Брюнабурге, столкновение под Молдоном, вполне возможно, давалось на условиях, понять которые нам теперь не всегда легко. Желание наместника непременно решить спор здесь же и сейчас же в сражении привело к тому, что он позволил «язычникам» перейти на более удобную позицию на твердой земле, чтобы они не отказались от битвы. Когда же англичане оказались перед лицом упорного натиска противника, они стали терять самообладание, Байртнот же допустил просчет, доверив собственного коня некоему Годрику, что обернулось непоправимой бедой, поскольку Годрик бежал с поля боя. Ополченцы из Эссекса ошибочно приняли Годрика за самого наместника и поступили соответствующим образом.