Франции: французов и французского государства; и интересы Вашингтона. Между двумя этими явлениями и разворачивается сегодня основная борьба.
Какое бы усердие не проявляли французские депутаты в стремлении освободиться от американских оков, практика последних десятилетий показывает, что пока европейским политикам сохранить свой суверенитет, отстоять свою субъектность и реализовать интересы народов Европы не удаётся. Но и за покладистость Вашингтон не может предложить французским властям что-то конкретное, значимое. А для того, чтобы они не вздумали снимать санкции в отношении Москвы, применяется только политика принуждения. Речь идёт об угрозах, потому что реально дать что-либо значимое Франции и вообще Европе Вашингтон не может. Да и хочет ли? США с их интересами находятся на другом континенте и по отношению к Европе реализуют, по сути, тот же самый колониальный, эксплуатационный подход, что и ко всем остальным странам. Взять по максимуму, использовать все возможности Европы в американских интересах, эксплуатировать по полной программе, загнать и пристрелить. Классический американский подход. Задача Вашингтона — минимализировать расходы, вложения и издержки, а не предлагать что-то в качестве компенсации, ведь это лишь удорожает процесс. Поэтому Франции нечего ждать от Америки, остаётся лишь повиноваться, либо будет ещё хуже.
Французская буря в стакане воды
Можно успокаивать себя тем, что санкции рано или поздно всё-таки снимут, а для убедительности привести пример Ирана. Ничего, что на их снятие ушли годы. Есть та же Куба, с которой хотя и частично, но всё же сняли санкции. А если французам удастся сделать первый шаг в данном направлении, то тогда совсем скоро их примеру последуют и другие страны. Тем более, что не только во Франции, но и по всей Европе крупные сельхозпредприятия и фермеры говорят в один голос, что санкции — это зло, ибо они отнимают доход у европейских производителей. Однако, если у французов действительно получится вопреки угрозам и принуждению со стороны Вашингтона всё же отменить санкции, это будет означать ни что иное, как начало восстания Европы против американской оккупации. Но неповиновение не входит в список прав нынешней Европы, оккупированной американцами и размалываемой в формате плавильного котла Европейского союза, реализованного по глобалистским лекалам. Неповиновение — это вызов, который изменит ход истории для Европы. Что если вслед за французскими парламентариями последуют итальянские, потом испанские, а за ними греческие, которые вообще ждут не дождутся сигнала к началу цивилизационного бунта Европы против США. Это будет новая европейская революция, которая разорвет американский ошейник, стянутый на горле Европы и освободит её от натовского сапога, пинком заставляющего лаять в сторону России. Картина мира изменится. По сути, начнется новая эпоха.
Но что-то подсказывает, что у французских парламентариев, в отличие от французского народа, не хватит духу на то, чтобы действительно всерьёз взять и отменить санкции, бросив вызов американскому хозяину. Скорее, всё закончится очередным мелким торгом, угрозами со стороны французских парламентариев французским же правительству и президенту, мол, торгуйтесь лучше с Вашингтоном насчёт условий вползания Европы в ярмо Трансатлантического торгового и инвестиционного партнерства (ТТИП). И увеличьте субсидии фермерам, нашим избирателям, «а не то мы как начнём голосовать за снятие санкций с России, мало никому не покажется». То есть, со дня на день ожидаемая буря французской антиамериканской революции вновь произойдёт… в стакане воды. Это куда более безопасный сценарий, нежели реальное снятие санкций с России и возобновление с ней торговых, экономических и политических отношений, что стало бы откровенным вызовом и недопустимой дерзостью.
Санкции эффективны в своей последовательности
Несмотря на провалы политики французских властей, следующих глобалистским курсом, и в социальной, и в экономической сфере, американцы продолжают действовать по привычной схеме. Чётко по методичкам. Если санкции один раз сработали, например, против Советского Союза, то они признаются действенным методом и продолжают автоматически использоваться снова и снова. Если обрушение нефтяных цен ослабило советскую экономику, подточив устойчивость советского блока, то этот метод тоже принимается в работу как эффективный. Это касается и всех остальных подходов. Американцы и англосаксы в целом — последовательные люди, они реализуют своё стремление к глобальной гегемонии последние 100 лет. Они неукоснительно движутся к своей цели, передавая эту задачу каждому новому поколению своих политиков. Они мыслят большими циклами — относительно большими, конечно. Не такими длинными, как китайцы, но и не такими короткими, как российские элиты, кардинально меняющие курс после каждой смены лидера страны. Поэтому американцы могут ждать результата действия санкций и десять, пятнадцать, двадцать лет. Они будут продолжать двигаться к цели, ожидая, пока санкционная политика «порвёт российскую экономику в клочья». Что будет при этом с экономикой Европы, их совершенно не интересует. Что будет с рейтингом Олланда, Макрона или иного их ставленника — их не интересует и подавно, ибо это вообще не предмет обсуждения. Для них сдувшийся сразу после выборов Макрон — это просто очередной стоптанный французский башмак, который будет выброшен на помойку, туда же, где уже находятся Саркози и Олланд.
Американцы циничные, но при этом целеустремлённые люди, их политику и подходы в отношении врагов, нейтральных сил, и… друзей отличает преемственность и стратегический взгляд на процессы. Какие-то сиюминутные сбои или неудачи их совершенно не выбивают из колеи. В отличие от нас. Русского человека неуспех очень сильно травмирует. Столкнувшись с неудачей, мы часто опускаем руки. А американцы — нет. У них достаточно высокая концентрация англосаксонского диурна, который позволяет американским элитам продолжать двигаться к намеченной цели, перешагивая через любые препятствия. Сегодня санкции не дали результата, — ничего страшного, значит, результат будет позже, после очередных выборов в России, после «цветной революции» или после смены нынешних европейских лидеров. В любом случае, американцы будут последовательно настаивать на своём. А мы… А мы с замиранием сердца будем вновь следить за голосованием Национальной ассамблеи Франции по отмене санкций в отношении России или ждать очередного решения Конгресса США относительно нашей дальнейшей судьбы. Потом мы расстроимся, тяжело вздохнём и вновь погрузимся в древнерусскую тоску. Между тем американцы, окончательно разделавшись с Европой, наконец-таки, всерьёз возьмутся за нас, и добьются своего. Или мы проснёмся…
Франция — поле всех либеральных экспериментов[38]
Франция сполна хлебнула глобализации, либерализма и безудержного рынка, управляемого, как известно, «невидимой рукой» незримых хозяев мира. Всё благодаря ставленнику глобальной олигархии Эмманюэлю Макрону — последнему глобалисту Европы, чей либеральный эксперимент над страной, собственно и породившей либерализм, как основу государственного строя, — уверенно ведёт Францию к новой революции. От главного лозунга Великой французской революции «Liberté, Égalité, Fraternité»,
