Глава 13. С новыми силами
К понедельнику я окончательно проспалась, пришла в себя и даже казалась себе посвежевшей. Особенно радовали новые наряды – я больше не казалась себе утомленной домашними делами клушей. И хотя до состояния «звезда полей» было еще далековато, я начинала потихоньку верить, что жизнь может наладиться.
Моя уверенность улетучилась, едва я переступила порог офиса. Нет, я не опоздала. И зеркало у входа подтвердило: еще капелька, и образ сумасшедшей мамаши, которая вместо румян не глядя сует в сумку трасформер из лего, отступит.
Но стоило Яне окинуть меня оценивающим взглядом, как в голове тренерским голосом Татьяны Анатольевны Тарасовой пронеслось «Мы видим, что Виктория Тверская прикладывала максимальные усилия к созданию сегодняшнего образа. Не могу сказать, что она мой фаворит, но… давайте её похвалим, видно, что девочка старалась».
В кабинете чувствовалось напряжение. Как предчувствие катастрофы, которая вот-вот должна накатить. Где-то вдалеке в океане поднимается огромная волна. Ты нежишься на пляже, но тебе уже не так кайфово, как было раньше. Еще не осознал, что цунами скоро смоет тебя, но ощущение страха уже присутствует.
Оно и понятно – после пятничной катастрофы другого настроения и быть не может. Я пробурчала «здрассть» и тенью ниндзи скользнула к своему столу.
Даша размашисто чертила в блокноте. Я мельком глянула – ряд одинаковых букв Д, из которых складывался паттерн. Николай за соседним столом перекладывал бумажки, как будто что-то искал. При этом его взгляд был блуждающим и рассеянным.
- Что-то случилось? – Я сделала вид, что поправляю ботинок, и наклонилась поближе к соседке.
- Ага, огребем сейчас всей песочницей, - ответила она, практически не разжимая губ.
Что ж за коллектив мне достался – постоянно приходится огребать. И никто за тебя не заступится. Я снова вспомнила уютных тетушек из бухгалтерии. Они больше походили не на коллектив коллег, а на дачниц, которые за урожай садоводства готовы крапивой отхлестать каждого, кто позарится на их грядки.
- Я жду! – Яна так и сидела за своим столом, уткнувшись в телефон, и было не понятно, чего она ждет и от кого именно.
- А что надо-то? – Также шепотом я спросила у Даши.
- Решение проблемы. Что делать с плакатами. На новую печать денег нет. Эти отправлять нельзя, естественно.
- Измайлова! – Резко выкрикнула Яна. – У тебя уже готовы идеи? Я слушаю.
Один в один наша химичка. У той не то, что болтать на уроке нельзя было, даже шевелиться запрещалось. Так и сидели до конца урока с нечесаными носами и выбившимися из-за ушей волосами.
Порядки здесь армейские. Может, тут и по стеночке ходить нужно и отпрашиваться в туалет?
- Виктория! - Это уже она мне, таким же строгим тоном, как будто я заняла у нее тысячу и ни в какую не хочу возвращать. – С вас тоже идеи. В конце концов, работу сдавали вы, вам и отвечать.
Приплыли, называется. В пятницу мы были на одной стороне баррикад из опороченных плакатов, до которых нельзя допускать детей, а сегодня я должна отдуваться за них в одно лицо? Да я их видела-то пару минут!
- Их же Егор делал. Пусть он и выплачивает! – Робкий голос Николая потонул во внезапном шуме. Это вошел тот самый директор, то ли новый владелец, который мурыжил меня с макетами для секс-шопа.
Роман Александрович влетел размашисто, хлопнув дверью и на ходу скидывая куртку. Бросил на меня злобный взгляд и из прекрасного незнакомца, о котором можно было бы мечтать перед сном, сразу превратился в мстительного бастарда, которого все обижают и не пускают в рыцарский круг.
- Через три минуты в переговорной! – Выдал он в пространство вместо приветствия, не обращаясь ни к кому конкретно.
- Может, дождемся Алесю? – спросила Яна, не двинувшись с места. – Она обычно к десяти приходит, но может и опоздать.
- Алеся здесь больше не работает.
- С чего это? – Яна выгнулась дугой за своим столом. Она спросила таким тоном, будто она королева Англии, а начальник гвардейской службы не отчитался перед ней о количестве туристов во дворце. – Вы не можете так поступать с персоналом! Мы так не договаривались!
- Скажем так, злоупотребляла служебным положением. – Роман прошел в комнату переговоров, проигнорировав последние фразы Яны.
- Вот это номер! – Николай подскочил со своего места, схватил кипу бумажек, подозреваю, что наугад, и понесся за начальником. Я тоже решила не отставать. Если он так легко расстается с постоянными работниками, страшно подумать, что он может сделать со мной.
В переговорной стоял овальный стол, доска, у стены небольшой кожаный диванчик. Видимо, его цель была исключать моменты, когда переговоры могли зайти в тупик.
Я села у входа в надежде слиться со спинкой кресла и отмолчаться. И у меня это вполне получилось бы, если бы Яна не заявила с порога, что на перепечатку плаката денег в бюджете сейчас нет: на производстве закончилась бумага, а на заказ новой нужно чуть более пятисот тысяч. Учитывая, что тираж нужно отдавать уже послезавтра, а поставки обещают только к концу недели, у нас безвыходная ситуация.
Под конец своей пессимистичной речи она с таким ехидством посмотрела на меня, будто это действительно я виновата в разрухе. Может, гаражи в мамином дворе тоже из-за меня прогнили, а карусель покрылась ржавчиной, потому что я мимо проходила?
