Мы с Тайей всегда разговаривали только по делу, никогда по-человечески, о жизни. Я всегда беру ее номер телефона, а она всегда берет мой, но мы никогда не звоним друг другу. На съемках у нас всегда пессимистические, почти мрачные разговоры. Мы сплетничаем о том, кто плох, кто нет, кто по блату, а кто хорош сам по себе. Она всегда смотрит на порнобизнес с худшей стороны. Я тоже, но я способен посмеяться над всем. Бедная Тайя всегда задумчива на съемках, всегда в стороне, или в наушниках, или читает книгу. Так она терпеливо ждет своей сцены, до того, когда ее, наконец, позовут. Иногда, глядя на Тайю, можно подумать, что она стоит на автобусной остановке. Когда автобус подойдет, она сядет в него и просто уедет в свою другую судьбу. Но путешествие закончено и забыто.
Видели ли вы фильм «Она расцветает всеми красками» (She Comes in Colors)? Именно в нем я впервые встретился с Элле Рио (Elle Rio). Тогда она была новым лицом в бизнесе. В Элле я видел олицетворение чувственности латиноамериканской партнерши по сексу, сексуальной, бразильской богини, созданной для удовлетворения либидо американцев. В сексуальный сценах она, казалось, пытается удовлетворить каждого на площадке.
Когда я узнал, что буду работать с ней, у меня, пока я ехал в Малибу, все время была эрекция. Всегда, когда у порноактера возникает естественная эрекция — это удовольствие. В этом случае не надо никакой «работы»! Элле плохо говорила по-английски, таким образом, словесного сопровождения сексуальных сцен не было. Ее голос мог не принимать участия в действии, но ее язык и другие части тела обязательно! Наша знаменитая сцена по раскрашиванию тела была невероятным опытом. Члены съемочной группы расстелили на полу большое полотно и поставили на него бутылочки с краской для тела. С любой другой партнершей я бы сказал директору: «Бред собачий. Я не позволю нанести это дерьмо на меня». Но с Элле я не волновался. Краска была на моем члене, когда я входил в нее и выходил. Краска оставалась на подошвах моих ног еще полтора месяца. Эта женщина меняла цвета прямо у меня на глазах. Краска была у Элле во рту, на ее лице, в ее длинных каштановых волосах, во влагалище. Везде. Я старался, чтобы краска не попала мне в рот, но потом она запихнула свой пальчик между моими губами. Это решило все! Я разошелся. Я наслаждался самой свободной, бездумной, раскрепощенной сексуальной сценой в моей жизни. Мой пенис вел себя так, как будто он собирался выпрыгнуть из кожи. Я мог бы трахать Элле на люстре или на крыле самолета. В конце сцены я взял ее сзади, ухватил на волосы и сказал то, чего не было в сценарии: «Отвращение создает вдохновение». Именно так я себя чувствовал в тот момент.
Мы с Элле и потом работали вместе, но мы никогда не достигали такой необузданности. Из местечка в Малибу мы вернулись в Голливуд, чтобы снять другую сцену с Элле и Шарон Митчел (Sharon Mitchell). Я был измучен и думал, как мне удастся его поднять. Чтобы помочь себе, я просматривал фотографии Бриджит Нильсен в «Плейбое» и «Пентхаузе». Затем я поднялся наверх, чтобы посмотреть сцену с Элле и Шарон. Как только Ф. Дж. Линкольн (режиссер) разрешил им начинать, Элле опустилась на Шарон. В том случае, если вы не знакомы с Шарон, расскажу, что Шарон снимается в порнофильмах почти с 15 лет и всегда держит себя в руках. Но Элле опустошила ее. Это выглядело так, как будто чемпион в тяжелом весе был побит проигравшим. Я всегда думал, что Шарон непобедима. Она могла принять пенис любого размера. Она могла делать все, но Элле ошеломила ее. Когда пришло время моей сцены, я был готов для них обеих.
Мой персонаж в этой истории думал, что любит Элле. Она обещала ему, что никогда не будет спать ни с кем другим. Когда я увидел их вместе, я должен был заплакать от потрясения. Я должен был плакать, а через несколько секунд возбудиться. У меня всегда были трудности с эрекцией в драматических сценах. Тут возникло противоречие. Несмотря на то, что я наблюдал девушек за камерой уже с эрекцией, я не мог на самом деле войти возбужденным. Мне было трудно контролировать эмоции.
Позже я обнаружил, что Элле на самом деле не понимает, как надо строить сексуальные сцены. У нее совершенно отсутствовало чувство ритма. Как непоседа сбивает шаг, так и она всегда была всюду. Порноактеры должны придерживаться определенного ритма, но Элле могла все разрушить. Она могла оставить следы зубов, когда брала ваш палец и клала его себе в рот, или тянула вас за волосы слишком сильно. Однажды она засунула свой ноготь в мой анус без всякой смазки. Возможно, лично она и получала удовольствие от такой боли, но я нет. При наличии языкового барьера, я не мог объяснить ей эти проблемы и эти царапины очень раздражили меня. Наблюдать работу Элле восхитительно, но работать с ней снова, нет, спасибо!
Впервые я услышал о Никки Шарм (Nikki Charm) в офисе у Реба. Об этой симпатичной, маленькой блондинке ходило множество рассказов. Имя Никки говорило правду — она обладала очаровательной невинностью. В то же самое время, некоторые девушки с неприлично светлыми волосами создают впечатление, что они на самом деле испорчены — заражены плотской чувственностью. Никки была одной из таких леди.
Сейчас Никки наверное чуть больше 20, но когда мы впервые работали вместе, она казалась очень юной. Это было в Малибу, в паршивом фильме Карлоса Тобалинаса (Carlos Tobalinas), но лучшие сексуальные сцены получаются обычно с теми, кого только что встретил. Это вносит нечто свежее в этот затасканный бизнес. Мы делали это в гостиной и Никки очень завелась. Я почувствовал, как она держит меня за спину, как будто предупреждая, что что-то должно случиться. Она продолжала отталкивать меня, лежа на спине, а затем она издала невероятный вопль. Я почувствовал себя так, как будто мой пенис облили из шприца с густой смазкой. Съемку прекратили. Бедная Никки была так смущена, что извинилась передо мной. Карлос сказал ей: «Это было здорово!» Да и другие члены группы не видели ничего подобного. После шока, мы продолжили. Я купался в ее горячих липких соках, здорово возбужденный потому, что знал, что я довел ее до оргазма. Доказательство было на мне везде.
Всегда можно понять, когда Никки кончает, она действительно выпускает струю, почти как мужчина. Она обрызгала мой пенис, намочила мои шары и промочила кушетку. У нее был тот G-оргазм, о котором вы так много слышали. Если вы мне не верите, посмотрите фильм «Скажи мне грязные слова еще раз 4» (Talk Dirty to Me One More Time). Эякуляция Никки невероятна. Совершенно ясно видно струю выбрасываемой ею жидкости. Джон Лесли (John Leslie) был так изумлен, что оторвал свой рот от ее лобка и просто смотрел. Удивительно, как это порноиндустрия еще не наживается на этом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
