И если она сейчас заснет и тронет эту гадость, имеет все шансы не проснуться.
Страх перед сном в одиночестве пересилил здравый смысл, и в себя Марианна пришла только перед дверью Кэлана.
На улице давно стемнело, в комнате Валерии все стихло, и погас свет. В холле девушка тоже не стала зажигать ламп. В темноте, как ни странно, она чувствовала себя уютнее. По идее, ей должны были везде мерещиться черные завитки дыма, но каким-то образом мозг четко различал сон и реальность, и в серебристом свете луны девушка чувствовала себя вполне уверенно.
Что не мешало ей отчаянно паниковать перед закрытой дверью. Пустит ли он ее? Не воспримет ли ее появление как предложение себя? Не то, чтобы она была против… но не так же сразу!
Марианна так и не заставила себя постучать, но дверь и без того распахнулась. Кажется, Кэлан ее почуял.
— Привет. — выдавила она из себя, когда поняла, что пауза затягивается уже неприлично. Она избегала смотреть в лицо Кэлану, но от этого становилось только хуже. Взгляд то и дело цеплялся за мощный торс, видневшийся в распахнутой пижамной рубашке, а то и сползал ниже, на плотно сидящие штаны и то, что под ними. Кровь прилила к голове, затапливая щеки краской по самые уши.
Не думать, не думать о том, что видела во сне в его комнате!
Кэлан с хрустом почесал щетинистую щеку, вопросительно глядя на гостью.
— Привет. Что-то случилось? — поинтересовался он. Видя, что Марианна продолжает мяться, не в силах выдавить ни слова, взял ее за руку и втащил в комнату, закрывая за ними обоими дверь.
Правильно, конечно, нечего торчать посреди коридора, когда Лера может выйти в любой момент, но от осознания этого обстановка менее двусмысленной не становилась. Девушка вконец запунцовела. Взгляд ее перебегал с полуодетого мужчины на такую же двухэтажную постель, как у нее. Только в собственной комнате у нее не возникало вопросов — а поместятся ли они на узкой лежанке вдвоём?
Хотя, для ее плана — вполне закономерное сомнение.
— Можно, я сегодня посплю здесь? — выдавила наконец Марианна. И заметив, как меняется выражение лица Кэлана, поспешно добавила: — наверху, отдельно. Я, наверное, многого прошу, но мне страшно.
Она прикусила губу, просительно глядя на оборотня. Тот тихо рыкнул, стискивая кулаки. Смесь гнева и возбуждения на его лице чуть не заставила Марианну развернуться и дать деру. Остановило ее только то, что Кэлан стоял между ней и дверью, так что путей отступления, считай, не было. В окно бы она точно не успела выпрыгнуть.
— Ты меня вообще не считаешь за мужчину? — тихо, проникновенно поинтересовался оборотень. Марианна сглотнула, понимая, что довела его до предела, и вот-вот практически бесконечное терпение рванет. — Ты понимаешь, чего мне стоит изо дня в день следить за тобой, видеть, как на тебя смотрят другие, и не иметь возможности заявить свои права? Только не притворяйся, что не в курсе моего интереса.
— В курсе. — девушка нашла в себе силы не отодвинуться и не отступить, что было бы равнозначно пошлому заигрыванию. Наоборот, она подняла голову и встретила взгляд Кэлана, глаза в глаза. Как равного. — С моей стороны тоже присутствует… интерес. Но я не могу сразу вот так…
Как именно, она не договорила, но оборотень понял. Прижмурился, беззвучно что-то пробормотал себе под нос, вряд ли цензурное.
— Да, конечно, ты можешь остаться у меня. — прохрипел он наконец, беря себя в руки. — Обещаю, что и пальцем не трону… если только сама не попросишь.
С этими словами он одним прыжком оказался на верхней кровати. Кажется, даже лестницей из трех ступенек, приделанной сбоку, не воспользовался. Или же проделал это так быстро, что Марианна не уловила движение.
Девушка выдохнула и быстро, пока он не передумал, устроилась на нижней лежанке. От подушки несильно, едва уловимо, пахло кофе, мускусом и лесом. Кэланом. Она втянула аромат и замерла, услышав с трудом сдерживаемый рык сверху. Да, провоцировать оборотня, давая понять, что ей нравится его запах, будет не самой лучшей идеей. Марианна забилась к стене, прикрыла глаза, готовясь ко сну… и снова распахнула их.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Сними блокировку, пожалуйста. — попросила она, протягивая наверх руку. Раздражённый оборотень даже не стал уточнять, зачем ей это. Перехватил запястье обжигающе горячими пальцами, что-то покрутил на браслете, и буркнул:
— Готово. Дальше посёлка тебя все равно не перенесёт, а здесь я тебя найду где угодно.
Марианна отдернула кисть и прижала ее к груди, сжимая другой рукой в том же месте, где ее только что трогали мужские руки. Прозвучало как угроза, и в то же время девушке странно полегчало. Словно у нее наконец-то появился человек…разумный, которому она может доверять. В том числе и свою жизнь.
Сон сморил ее резко, прервав мучительные сомнения — рассказать ли Кэлану или все же попытаться самой исправить ситуацию?
Что ж, теперь выбора у Марианны не было. Ее духовную сущность выдернуло из тела, а ноющая песня вновь ударила по нервам. Темный дым никуда не делся, а голос его стал за прошедшую ночь только сильнее. Но по крайней мере девушка пока что могла управлять собственным полетом, а потому направилась туда, куда ей меньше всего хотелось.
В гости к Никану.
Глава 17
Сегодня вопреки обыкновению не мело. Небо было чистым и гладким, колючие звезды и огромная луна безмолвно наблюдали за полетом Марианны. Она задержалась и взглянула на спутник попристальнее. Нет, как ни присматривайся, не понять, правду сказала ей Кандуча или нет. Версия о множественности реальностей на Перекрёстке — как и то, что место где она находится сейчас, вовсе не планета, отказывались укладываться в ее голове.
Отогнав неуместные научные гипотезы, бестелесная Марианна полетела дальше, туда, откуда слышался зов. Движения удавалось контролировать лучше, ее уже не тянуло с такой силой, как в самый первый раз, потому продвигалась она медленно и осторожно, вглядываясь в крыши домов, и только поэтому заметила тонкую нить чёрного дымка.
Не одну.
Девушка подлетела ближе, всматриваясь в тягучую туманную полосу. Дым вытягивался в небо, как настоящий, и истаивал в никуда. Проследить, куда он ведёт, Марианна не смогла, зато посчитала нити и похолодела. Больше десятка! Когда только они развелись в таком количестве?
Она нырнула в дом, оглядела безмятежно спящего на кровати мужчину. Лицо его было смутно знакомо, скорее всего, пересекались в столовой. Не из студентов ее потока, точно. В его груди словно засела тлеющая головешка, только светилась она не алым, а иссиня-чёрным, мертвенным, отчего Марианне хотелось поскорее отвести взгляд.
Так и не решившись ни на что, она снова поднялась в воздух и полетела дальше, к Никану. С него все началось, по идее симптомы должны быть сильнее именно у оборотня.
Он тоже спал, вздрагивая и подергиваясь. Усталое лицо хмурилось, глаза запали, выглядел мужчина неважно. Вроде бы еще и похудел, с беспокойством отметила Марианна. А дымящая язва в его груди стала еще больше, и пылала так, что девушке было больно смотреть. Тем не менее она решительно подлетела ближе и протянула руку к чёрному дыму. Тот встрепенулся, качнулся в сторону Марианны, и ее обожгло нестерпимой болью. Казалось, нечто живое, вроде червя, пытается ввинтиться ей под кожу запястья. Она попыталась отдернуть руку, но дым уже оплёл ее, не позволяя вырваться или отстраниться. Чёрные щупальца поползли вверх, мимо локтя, к плечу, и откуда-то, не иначе от древних предков, девушке пришло обреченное знание — если эта гадость доберётся до ее сердца, все. Ей не суждено угасать медленно и долго, как Никану. Ее эта тварь боится, и убьёт быстро.
В том, что дымящаяся пакость не имеет ничего общего с ней самой, девушка теперь была уверена. Даже если Марианна сноходец, то этот энергетический паразит — нечто совершенно другое. Скорее всего, за века в мире Кэлана некоторые детали подзабылись, или же наоборот, сведения кто-то сознательно исказил. Информационная война, везде бывает, кому-то очевидно сноходцы не угодили, вот и сплели их в народном представлении с каким-то монстром.
