Итак, Лоренцо чуть не погиб. Один из заговорщиков с несколькими приближенными бежал. И добрался не куда-нибудь, а в Константинополь ко двору султана Магомета II, будучи уверен, что уж там-то скроется. Но у Магомета II к этому моменту были хорошие отношения с Лоренцо: они подписали взаимовыгодный договор, облегчавший торговлю между Флоренцией и Александрией. Султан решил выдать злоумышленника. В цепях его доставили к Лоренцо. Расправа была жестокой: убийца и наемники Пацци были повешены. Но жестокость эту понять можно. На глазах Лоренцо зарезали его любимого брата, он сам чудом уцелел. Лоренцо дожил до 1492 года и многое еще успел сделать для процветания своей родной Флоренции, но папа предал его анафеме…
За что? Не «за что», а «отчего» — от злости. Как пишут многие современники, папа почти сошел с ума от неудачи. В союзе с королем Неаполитанским он объявил войну Флоренции. Все складывалось плохо для Флоренции, ее союзники — осторожные венецианцы не торопились с военной помощью. И тут Лоренцо совершил поступок совершенно поразительный, недооцененный, кстати, современниками. В одиночку он отправился в стан врага — в Неаполь, к королю Фердинанду, чтобы уговорить его заключить мир. Он отправился тайно, никому ничего не говоря, потому что ни друзья, ни окружение его бы не отпустили. Отправился, чтобы стать добровольным заложником. Три месяца Лоренцо пробыл во вражеском Неаполе, рискуя жизнью каждую минуту. Поразительно, но ему удалось найти аргументы и уговорить короля заключить мир. Редкий мир, заключенный в результате уговоров! Его возвращение во Флоренцию было триумфальным. Полициано, великий поэт и лучший друг Лоренцо, не смог пробиться сквозь толпу, чтобы обнять его. По поводу дипломатического триумфа он разразился стихами. Толпа неистовствовала, ликовала, торжествовала. В эту минуту она обожала своего правителя.
Но очень скоро все было забыто. Неблагодарная забывчивость, увы, свойственна людям. В 1481 году на него было совершено еще одно покушение. Однако друзья были бдительны — они все время рядом и все время при оружии.
Чем же запомнилось его правление? Для народа это была бесконечная череда праздников. А что же для интеллектуальной верхушки? Это время кватроченто, вершина кватроченто, высшая точка в культуре Возрождения. В это время во Флоренции при Лоренцо Медичи творили Гирландайо и Боттичелли. Юный Микеланджело, подросток, прожил во дворце правителя два года. Увидев талантливого юношу, Лоренцо ввел его в свой дом и свой круг. Как писали о Лоренцо Медичи современники, каждого, кто отличался талантом и интеллектом, он делал своим домочадцем. И когда Лоренцо умирал в окружении своих родных, за дверью безутешно рыдал юный Микеланджело.
Лоренцо окружали интеллектуалы. Лидером их был Марсилио Фичино, очень видный гуманист, философ, мыслитель. В 1469 году в одном из своих трудов философ назвал Лоренцо Великолепным, Magnifico, и с этой приставкой он навсегда остался в истории. Лоренцо Медичи подарил ему виллу, где можно было спокойно работать. Многие поэты получали от него щедрое вспомоществование, благодаря которому и жили. Гениальному Полициано Лоренцо подарил виллу и в дарственной написал: «Для уединения и досуга».
Лоренцо жил в великолепном окружении и, как мог, опекал своих приближенных. Он восстановил Академию классических наук в Пизе, поддерживал Платоновскую академию и философов круга Фичино.
Страсть вернуть ту непревзойденную в интеллектуальном отношении эпоху, какой была Античность, временами охватывала Европу. Во времена Платона основной формой деятельности Академии были дружеские собрания-пиры-беседы, которые назывались исимпосионы, или симпозиумы, как мы сказали бы сегодня. Платон очень любил эту форму общения, в которой главным было пиршество духа, роскошь человеческого общения. Интеллект должен был кипеть, это была своеобразная религия интеллекта. Платон умер на одном из таких пиров в день своего рождения 7 ноября, в возрасте 81 года.
Интеллектуалы Флоренции чтили этот день рождения-смерти и всегда отмечали его. Они воспевали добродетель великолепия, которую понимали как готовность жертвовать крупные средства на общественные нужды, и превозносили тех, кто траты эти осуществлял. И так получалось, что вкладывать деньги в развитие города, в сооружение прекрасных построек, тратить их на приобретение картин и статуй, помогать художникам, мастерам, интеллектуалам было в ту эпоху делом чести, совести и достоинства. Так было в Античности, к этому стремились во времена итальянского Возрождения.
Возможно, получается слишком идиллическая картина. Лоренцо Великолепный живет в праздности в окружении друзей, занимается философскими рассуждениями и раздает заказы мастерам на создание произведений искусства. Чего стоит знаменитая гробница Медичи, настоящий шедевр! На самом деле все не так. Кстати, надгробия он не заказывал вообще, оно было создано существенно позже.
Он очень много сам писал, был хорошим поэтом. В трудах о литературном творчестве Лоренцо подчеркивается, что если бы не такая величайшая, ослепительная конкуренция его современников, знаменитой триады — Данте, Боккаччо и Петрарки, то, может быть, не затерялось бы его имя среди поэтов этого времени. В юности он увлекался элегическими любовными стихами, откровенно подражая Петрарке, но потом ушел от подражания и в результате оставил большое литературное наследие. Он написал несколько произведений, где пародируется куртуазная любовь. Предметом обожания и восхищения он избирает… пастуха и очень удачно, остроумно моделирует смешные ситуации, в которые он попадает. Тоскана, безусловно, была центром формирования из «вольгаре» национального языка, и Лоренцо как писатель внес свой вклад в этот процесс.
Интеллектуальные досуги, по мнению флорентийского правителя-философа, не есть праздность, а форма умственного напряжения. Он написал серьезный философский трактат «Сельва любви» о гармонии бытия — неба и земли, дня и ночи, весны и осени. Думаю, Микеланджело читал это произведение. И может быть, его аллегорические фигуры в знаменитой гробнице Медичи, потрясающие своей глубиной и символикой, навеяны трактатом Лоренцо.
Вместе с тем Лоренцо умел управлять, править. Многие исследователи считают, что он держал Флоренцию железной рукой. В годы его правления жалоб на налоговый гнет стало меньше. Но после смерти Лоренцо все рухнет, и рухнет очень быстро, через четыре года, практически мгновенно. И это значит, что многое в устройстве республики держалось на нем. Не желая нарушать обычай, он не вводил во флорентийский Сенат своих людей, зато смело создавал параллельные органы власти. При такой политической системе очень важна фигура самого принцепса. Без личности яркой, талантливой система просто не работает. Без изворотливости, гибкости Лоренцо, его дипломатического таланта, характера, склонного к компромиссам, не было бы, думаю, такого блистательного взлета Флоренции. Но когда эта личность уходит, случается трагедия.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
